23

Я легла и провалилась в тревожный сон. И снился мне Гордей. Он сидит в какой-то тёмной комнате, только маленькое оконце наверху, через него падает солнечный луч. Он смотрит с тоской на него и шепчет:”Дождись. Я приду”.

Проснулась с щемящей тоской в груди. Но, унывать мне некогда. Надо приготовить и пойти покормить Евсея и свою подопечную. На кухне уже у плиты стояла Любава и Добрава. Они вдвоем резали и чистили овощи. Да, ранние пташечки.

— Доброе утро. Почему не спите?

— Мам, мы помогать пришли, — ответила Добрава.

— Опередили меня. Молодцы. Не забудьте, нам ещё двоих кормить. Еду им отнести надо.

— Я отнесу, — с готовностью вымолвила Любава.

— Сиди тут. В такой одежде по улице нечего ходить. Как Яна? Кашляет?

— Нет, всю ночь не кашляла.

— Вот и славно. Надо ещё заварить травы. Пусть попьёт дня два-три. Дед, есть у нас ещё тулуп и валенки? — увидев его, спросила.

— Найдётся. Аккурат Евсею подойдут.

— Дед, ты у меня золото, — расхохоталась я. — Всё у тебя в запасе есть.

Я шла к своей подопечной, а в голове крутилась песня. Весёленькая.

Понапрасну ни зло,

Ни добро не пропало,

Всё горело светло,

Только этого мало.

Жизнь брала под крыло,

Берегла и спасала,

Мне и вправду везло,

Только этого мало….

Да и чего это мне весело? Тут плакать надо, а мне”только этого мало…”

Что за напасть. Мне и этого много.

Старуху покормила, вот звать даже не знаю. И спросить уже неловко. Евсей поел, и я его отправила к нам домой помыться. Дед согрел воду в бане. А я потихоньку навела порядок. Подмела, убрала раскиданные вещи.

— Еленка! — позвала меня старуха.

— Ты тут посмотри, что можно, забери. Только что тут возьмешь. Тряпьё одно, — заворчала она.

— Бабуль, ты прости меня, а как тебя величать?.

— Ха, величать меня собралась. Тебе это надо? Я всю жизнь, старуха. Меня даже сын так звал, — злилась она.

— Как так?

— Неродной он мне. От другой жены был. Он родился, а она померла. Вот и выдали меня за нелюбимого. Хотя сговорена была с другим, — рассказывала она.

— Да зачем тебе это знать. Былое- это, всё мхом поросло, — и она замолчала.

Да, с такой судьбой вредной можно быть, я её не оправдывала, но и не жалела. Каждый проживает свою жизнь. Может, если бы она не ожесточилась, то всё было бы иначе. Кто знает. Баба Мотря не дожила до праздника несколько дней.

В этот день стояла ясная и солнечная погода.

Евсей поселился у нас. Он, и, правда работал в кузне и получал за работу зарплату. Когда принес мне их и положил на стол, был очень взволнован. Я улыбнулась.

— Вот, ещё один сын, мне опорой стал.

От этих слов он весь просиял и кинулся обнимать меня. Вскоре они все привыкли к нам. Уже спокойно сидели на наших посиделках и с интересом слушали сказки и песни. Всё чаще я видела улыбки на их лицах. Когда мы выходили на торг, все вместе, на нас оборачивались. Все в городе знали, что я взяла в семью детей. Да, большая семья. Только накормить всех надо уйму времени и продуктов. Но, кто говорил, что легко будет. Дом мы решили продать, Евсею всего девять, девчатам меньше, за это время, пока вырастут, дом совсем разрушится. Легче потом купить.

Прошло два года. Я уже давно сняла браслет. Сватались ко мне, только я отказывала всем. Присматривалась, как они относятся к моим детям. Кто-то равнодушно, кто-то пытался заигрывать с ними. Но не тянулась к ним моя душа.

Многие хотели быть рядом с ведуньей. Тут почёт и уважение. После истории с козой, ко мне зачастили люди. То корова стала давать мало молока, то конь плохо ест. И ходила я к этим животным и разговаривала с ними, и знала точно, что надо животине. Стала я в городе, как бы ветеринаром. Если кто лгал, то от взгляда моего, сразу робел и правду говорил.

Так что и уважали и боялись. И я решила, раз не судьба мне замужем быть, так я буду поднимать детей. А они взрослели. Скоро уже приданное надо будет девчонкам собирать. Они у меня всё уже умели. И шили, и вязали. На Добраву уже многие глаза косили. Знали, что она белошвейка. Любава от неё не отставала. Но у неё хорошо получались паутинки. Такие узоры вывязывала, одно загляденье. Кирей пошёл в ученики к древоделу. Нравилось ему возиться с деревом. Яна старалась успеть за сестрами, но у неё хорошо получалось готовить. Повар из неё выйдет хороший. Ераст, хоть и тянется за старшими, но в ученики не пустила, пусть подрастет. Анита у нас нянька с Василисой. Та от неё не на шаг. Но тоже старается помочь старшим. А наши вечера стали проходить веселее. А если поем, то поют все. Я сделала игру монополия.

Только назвали её- построй свой город. Много пришлось изменить, но игра детям понравилась и все играли с интересом. Ведунья Марья уехала. Забрала её Дорофея. Как всегда, не сказав ничего конкретного. Надо и всё. Так, что и больные ко мне приходили за травами. Этому тоже поспособствовала Марья. Уезжая, показала на меня, мол, к ней все вопросы.

Вот так мы и жили, пока однажды на пороге дома я не увидела Гордея. Я только зашла в калитку, как увидела его. Он стоял с дедом и о чем-то разговаривали. Увидев меня, они замолчали. Дед потихоньку ушёл, а мы смотрели друг на друга.