Глава 15

– Что? Как? О чём ты? Я совершенно ничего не понимаю – что я сделала-то? – Об этих милых кудряшках, детка, – хмыкнул драгх, проводя пальцами по чёрному треугольнику между ног. – Мне больше по нраву ухоженные девушки, которые следят за собой. Я вспыхнула от стыда, попыталась возразить, промямлить что-то… довольно невнятно… Но меня не стали слушать. Поднявшись, Даур коротко поцеловал меня в губы, отчего его эрегированный член дёрнулся, что я ощутила своим животом, и, обхватив меня ладонями за плечи, усадил на бортик гаурхи. В специальную выемку, спиной к стене из тёплого серого камня. Сам же снова опустился передо мной. Я с силой сжала колени. – Раздвинь ножки, пичужка, – хриплым голосом приказал Даур. Раздался щелчок и в мужской руке сверкнула лезвием опасная бритва. – Нет! – против воли вырвалось у меня. Драгх склонил голову набок. – Что ты сказала, детка? Повтори. Не решаясь повторить, я прикусила губу и помотала головой. – Умная птичка, – дёрнул уголком рта драгх. – Никогда не говори мне «нет», малышка. И если не выполнишь в следующий раз мой приказ – имей ввиду, накажу. Тебе, конечно, понравится… но ты запомнишь своё наказание надолго. И в следующий раз хорошо подумаешь, прежде, чем ослушаться снова. А теперь будь послушной деткой – раздвинь ножки. – Что ты собираешься делать? – я не могла оторвать взгляда от опасной бритвы в руке обнажённого драгха. Вид у него был настолько опасный, насколько и… притягательный. Даур Адингтон – живое воплощение тех самых «плохих» парней, которых девочек с детства учат опасаться. В драгхе в каких-то немыслимых пропорциях сочетается уверенность, властность, цинизм и ни на что непохожая харизма. К нему влечёт, неудержимо влечёт… Ох, не зря я сразу поняла, что он опасен и выбрала другого близнеца! Арнэю достаточно было бы подчинить моё тело. Дауру этого мало. Ему нужен контроль над моей волей. Над моей душой… И – что хуже всего – мне не хотелось ему противиться. Напротив. Даже такой холодный, такой отстранённый и властный тон высшего аристократа невероятно заводит. Губы драгха вдруг растянулись в улыбке, холодные синие глаза опасно сверкнули и прежде, чем я посмела выполнить его приказ он поднялся и рывком вздёрнул на ноги и меня. – Я не… – в тот же миг мне закрыли рот поцелуем. Жарким. Обжигающим. И невероятно нежным. Медленным. Слишком медленным… В то время, как хотелось быстрее, резче. Глубже. Шрявь болотная, что происходит?! Одним движением меня крутанули на месте, разворачивая спиной. Мужские пальцы до боли впиваются в ягодицы. Голова идёт кругом, я хватаю ртом влажный и густой, ароматный воздух. Прекратив терзать ягодицы, которые так и запылали от грубой, бесцеремонной ласки, драгх кладёт руку мне на плечо и надавливает, в то время, как другой придерживает живот, вынуждая нагнуться. – Упрись ладонями в стену, – командует он и, вздрогнув, я подчиняюсь. Его колено упирается в моё с внутренней стороны, вынуждая шире расставить ноги. Шлепок по ягодицам. И сразу за ним ещё один! И ещё! Вскрикиваю и хватаю ртом воздух, против воли прогибаясь в пояснице. И без того разгорячённая кожа чуть не воспламеняется от соприкосновения с ладонью драгха! – Я предупреждал, пичужка: ещё раз не выполнишь мой приказ сразу и с удовольствием – накажу, – низким, хриплым от страсти голосом проговорил Даур Адингтон, медленно проводя пальцами по моей спине, по каждому позвонку под корсетом. – Прогнись в пояснице и отклячь свою круглую попку, детка! Ещё. Ещё, я сказал! Да, вот так. Хорошо… Я ждала, что на этом его воздержание от секса и окончится. Вместе с моей девственностью. Я ждала, что он продолжит шлёпать меня… Кажется, я ждала всего, чего угодно… Не всего. В следующий миг ощущаю горячие мужские губы на том самом местечке между мокрых (и не только от воды!) складочек. Местечке, где сконцентрировалась сейчас вся моя суть… Пальцы драгха властно и уверенно сминают мои ягодицы, раздвигают складочки, нежно массируют сжавшийся кружок ануса, а язык и губы в это время медленно и очень умело сводят с ума. – А-а-ах! Ах! А-ах! Пожалуйста! Ах! Не… надо… надо! Ах! – я выгибаюсь, колени подкашиваются, ноги слабеют с каждой секундой, с каждым обжигающим прикосновением этого чуть шершавого, совершенно бесстыжего языка! Но сильные руки Даура Адингтона крепко держат меня за бёдра, не давая упасть. А язык выписывает какие-то сложнейшие фигуры на скользком и влажном, набухшем от внутреннего желания бугорке… Я тяжело и часто дышу – волны желания, омывающие изнутри грозят вот-вот схлынуть вместе с сумасшедшим удовольствием! Ах! Д-да-а… Вот, вот оно! Первые его волны уже начинают омывать изнутри… да, да, да, да! Ещё немного, ещё, пожалуйста!.. И вдруг всё заканчивается. Вообще, всё!!! Даур отстранился. Я больше не ощущаю его горячего дыхания там, внизу… И, прежде чем успеваю захныкать от разочарования звук шлепка прорезывает пространство, а беззащитное и сокровенное местечко обжигает болью! Это не столько больно, сколько неожиданно! До слёз, что так и брызнули из глаз! – Наказание – не для удовольствия, детка, – сказал драгх своим хриплым, сводящим с ума голосом. – Привилегию кончать нужно ещё заслужить… Он рывком поднимает меня, и, развернув к себе лицом, обхватывает лицо руками и грубо вонзает свой язык мне в рот, вынуждая посасывать его. От ритмичных движений мужского языка у меня во рту низ живота сводит судорогой желания. И боль от шлепка чудесным образом возвращается. Там, внизу всё так и пылает! – Когда придёт время, я буду трахать тебя так долго, что ты будешь уползать и молить дать тебе хоть минуту передышки, пичужка, – хрипло обещает драгх прямо мне в рот. – Буду трахать тебя так жёстко, что твои жалобные крики услышат даже на островах… Голова идёт кругом, колени слабеют, я ошарашенно понимаю, что ещё секунда этой сладкой пытки и прошепчу, глядя в его глаза: «Трахни меня прямо сейчас» … …Даур Адингтон всё же отпустил меня. После чего надавил на плечи, вновь усаживая на краешек ванной. – Раздвинь ножки, детка, – сказал драгх, и на этот раз я послушалась сразу. – Молодец, – похвалил драгх и потрепал по щеке, как породистую суку. Какая-то презренная, рабская часть моей натуры о которой я прежде и не догадывалась, заставила охнуть и потереться об его щёку ладонью. Каждое прикосновение драгха отзывается сладкой пульсацией внизу, предвкушением удовольствия, которое вот-вот нахлынет. Я даже ноги инстинктивно сжала, предвкушая скорую разрядку, ту самую, которой меня лишили, только лишь раздразнив. Мои ухищрения не укрылись от Даура Адингтона. – Маленькая похотливая сучка, – сказал он. – Мне это нравится. Ты будешь часто умолять меня, чтобы я тебя трахнул. Умолять, стоя на коленях. И не словами. Я вспыхнула и довольный произведённым эффектом Даур, подмигнув, вновь опустился между моих разведённых ног.