Глава 5

Мы танцуем, смеемся, а вечер все продолжается и продолжается. Так приятно оказаться в компании старого друга, вспомнить прошлое… а еще, чувствовать на себе мужские руки. То, как они касаются голой спины в вырезе платья, как сжимаются на талии. Они все смелее или мне только так кажется? Почему я не противлюсь, а льну к ним? К таким горячим и неторопливым, словно мне нравится их тепло?

Странный и необычный вечер, и как же хочется себя отпустить.

- Свет, поехали, я покажу тебе свою квартиру. Должна же моя жена знать, где живет ее муж в те редкие дни, когда сбегает от родителей.

- Как, Шибуев, неужели ты тоже живешь с родителями? Ты – вольный кот?

- Я единственный сын, а моя мама потрясающе готовит. О, нет, я не готов уйти из рая, дорогая. Мое удовольствие никогда не выходит за границы моей свободы, и я никогда не остаюсь на чужой территории.

Мы едем в такси, и свет от фонарей отбрасывает в салон длинные тени. В полутьме взгляд Шибуева, как неостывший жженный сахар, обжигает из-под полуприкрытых век, а лицо так близко. Темная голова вдруг склоняется, и губы касаются шеи.

На миг я задыхаюсь от острых ощущений, закрыв глаза. Сжимаю пальцами сильные плечи.

- Ш-шибуев прекрати.

- Светка-а… - хриплый шепот бежит по коже, проходит электричеством по возбужденным нервам и ударяет в нутро. Стягивает жилы в животе. – Никто не узнает. Мы никому не расскажем. Я хочу тебя, Светка.

Я пьяна и сошла с ума. Совершенно точно сошла. Но я живая, и внутри меня полыхает пламя.

Наши губы встречаются, и отвечают на поцелуй.

Шибуев огонь, теперь я знаю.

Пробуждение приходит неспешное. Сытому и нагому телу тепло и уютно, между ног приятно покалывает возбуждение. Это тело соскучилось по близости, я еще не проснулась, а уже слышу собственный стон удовольствия в ответ на ласку руки и пробравшиеся в меня пальцы. Они берут, скользят во влажности, и в ответ на их движения я подаюсь навстречу.

Сколько же раз я кончила за эту длинную ночь? Не помню. Но желание не угасло, с приходом дня оно разгорается вновь, и вот уже бедра раскрываются, и сбивается дыхание. Я открываю глаза и вижу темную голову Шибуева, склонившуюся к моей груди. Он проводит горячим языком по напряженному соску, спускается ниже, облизывая меня как кот сметану. Приподнимается на руках, приготовившись накрыть собой.

Отличное пробуждение, ничего не скажешь!

- Андрей, стой!

- Что?

Я отталкиваю его в плечи и сажусь в постели, прикрывшись одеялом. Господи, это действительно случилось!

- Ты с ума сошел? Что ты делаешь? – говорю почти с ужасом. - Ладно вчера мы с тобой оба напились в дым и не понимали, что делаем, но сейчас-то пора очнуться!

Шибуев протягивает руку и пытается спустить одеяло с моей груди. Я не позволяю ему это сделать, и он удивляется.

- Почему не понимали? Я отлично все понимал. Светка, солнце, ну чего ты? – бормочет, притягивая меня к себе. – Иди сюда, Сахарочек. Я точно знаю, что тебе понравилось.

- Шибуев, прекрати! – я закрываю глаза и выдыхаю. – Андрей, пожалуйста, - прошу, упираясь ладонью в крепкую грудь, - дай мне сказать.

- Хорошо, даю.

Он ложится на спину, закидывает руки за голову и смотрит на меня с ленивой улыбкой, и не думая скрывать свое возбуждение. Приходится бросить на его бедра подушку, и решительно стереть из памяти воспоминание, как я сидела на этих бедрах сверху, постанывая от удовольствия.

- Уй! Садистка!

- Можешь не красоваться. Поверь мне, я уже все оценила, - выдыхаю, на миг коснувшись рукой виска. - Да, мне понравилось, ты хороший любовник, но мы должны признать, что совершили ошибку и все забыть. Черт, Шибуев, - не выдерживаю, все еще не в силах поверить, - чем мы с тобой вообще думали?! Как это могло произойти?!

Но кажется поражена случившимся только я.

- Свет, да ладно тебе, - Шибув поворачивается на бок и подпирает голову рукой. - Можно подумать, что ты переспала с первым встречным.

- Да в том-то и дело, что лучше бы с первым встречным! Ты мне нужен, понимаешь? Ты, Андрей! Как друг, как близкий человек, а не как спарринг-партнер в постели. Я не должна была этого допустить. Ведь я, как никто, тебя знаю!

- Не вижу, как одно мешает другому. К тому же, Светка, для здоровья женщины секс полезен, это я тебе как врач говорю. И если мы еще пару раз повторим, я не перестану быть тебе другом.

- О-ох, ты не меняешься. - Я торопливо отворачиваюсь и спускаю ноги с кровати. Дергаю на себя одеяло. – Ладно, мы уже не дети, чтобы жалеть о совершенном. Что случилось, то случилось, но увязать в болоте подобных отношений я не хочу. Это не мое. Надеюсь, Андрей, ты меня понимаешь. Иначе я не была бы два года одна. А сейчас отвернись, пожалуйста, мне нужно одеться.

- Шибуева, между прочим, я твой муж, - не совсем к месту упоминает Андрей. - Вроде как! И ночью ты меня не стеснялась.

Он не отдает одеяло и мне приходится укутаться в отброшенное в сторону покрывало. Я встаю и закрываю грудь. Но плечи все еще голые, и горят под черным взглядом.

- Вот именно, что вроде как, - говорю в сердцах.

Шибуев вслед за мной садится на край кровати. Смотрит с грустью, наклонив голову. Не удержавшись, я протягиваю руку и глажу его по щеке. Склонившись, касаюсь поцелуем губ. В конце концов, ночь нашей близости - моя вина, и я это понимаю.

- Андрей, ты мне друг и я тебя люблю. Но если у меня будет муж такой же бабник, как ты, я или возненавижу его или сама повешусь. Моя гордость собственницы этого не перенесет. Тебе тоже не нужны проблемы. Давай просто забудем, хорошо? Представим, что все это нам приснилось. Вино иногда и не таким фантазиям способствует.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Сказала, а у самой  щеки вспыхнули от воспоминаний. С другом такого не вытворяют. Вот разве что во сне.

- Как скажешь, Света. Хотя, знаешь, такое сложно забыть. Я и сейчас тебя хочу.

Он говорит это, оставаясь серьезен в лице, но ловит мое запястье и притягивает к себе. Обнимает рукой под ягодицами.

- Сахарочек, мы обязательно все забудем, обещаю. Потом. А сейчас я еще разочек хочу с тобой уснуть. М-м, Светка-а… - Пальцы у Шибуева - длинные и чуткие пальцы хирурга. Такие умеют ласкать и говорить с телом особым языком, пробуждающим в нем жизнь. Они забираются под покрывало и ползут по ноге. Касаются самых интимных мест. Их напору так трудно устоять, и я чувствую, как горячая волна возбуждения затапливает меня с головой

- Пожалуйста, Андрей, отпусти. Мы не должны…

- Не могу.

Мы уже не пьяны и когда он входит в меня, я обещаю себе, что это в последний раз.