Глава 7

– И что же это вы, милая тетушка, здесь делаете? – с притворной лаской в голосе поинтересовалась я, попутно осматривая комнату. Вроде все на месте. Что ей здесь понадобилось?

Мэдью Авизо испуганно заметалась из стороны в сторону, словно воришка, пойманный на месте преступления. Но через пару секунд до нее дошло, кто она и кто я. Тетка выпрямилась во весь свой небольшой росток и задрала повыше подбородок.

– Это ты что здесь делаешь, хабалка?! – прогремела она, стукнув кулаком по туалетному столику. Флакончики с ароматной водой и баночки с кремом жалобно звякнули. – Ты должна развлекать гостя, а не прятаться в собственной комнате!

– Пришла переодеться, – кротко сообщила я ей, разводя руками и указывая на промокшее платье. – А вы, тетушка?

– А я пришла исправить твое недоразумение! – Она кивнула на мой сундук. Его ножки в полосатых гольфиках вытянулись на полу и казались бы частью неприбранного гардероба, если бы не постукивали ботиночками друг об дружку, выбивая такт популярной в этом сезоне мелодии.

– Зачем? Я же говорила, что мне так даже удобнее. Не нужно ни нанимать носильщиков, ни просить кого-либо о помощи.

– Это же позор! Напортачить с простейшим заклинанием, а потом не суметь его устранить!

Тетка зашевелила пальцами над сундуком, что-то бормоча себе под нос. Но ничего не получилось. Кто бы сомневался. В свое время ее сложно было назвать прилежной ученицей – мэдью Авизо не освоила даже базовые заклинания.

Достав кружевной платочек из рукава и промокнув пот с лица, тетка замахала руками, выделывая незнакомые мне пассы, а вернее, здорово искажая классические.

– Не трудитесь, – сжалилась я над ней, когда мне надоело наблюдать за происходящим и замирать при каждом правильном жесте. – Я все равно их заново отращу, даже если вы их уберете.

– Я тебе запрещаю! – истерично взвизгнула тетка, недовольная своим провалом в повседневном заклинании. – Что подумают о нас люди, когда увидят этот несуразный сундук на ходунах?!

– Тогда потребуется человек для переноски вещей, – флегматично заметила я, внутри кипя от бешенства. – Думаю, репутация больше пострадает, если я сама начну таскать груз, чем если появлюсь в компании прелестных ножек.

Визг тетки прервал меня. Заветное слово «ножки» было произнесено, и сундук нетерпеливо заметался по комнате, не понимая, чего от него хотят.

Мэдью Авизо запрыгнула на туалетный столик, грозя проломить его, и верещала на весь дом.

– Место, – не сразу, но опомнилась-таки я и указала на пустующий угол.

Ножки радостно вернулись на выделенную часть комнаты и, звучно грохнув сундуком, как и прежде вытянулись на полу.

– Я это так не оставлю, – пригрозила тетка, сползая со столика и попутно сметая с него несколько флаконов.

Знаем, проходили: если не устроит пакость немедленно, то дело можно считать закрытым. Ножкам быть. Победа в битве осталась за мной.

И, как выяснилось, не только в данном вопросе.

На следующий день тетушка потащила меня на очередной прием, где хозяева обещали ограниченное число гостей, среди которых должны были оказаться и несколько завидных холостяков. Приглашение к малознакомым Фоксам досталось нам по баснословной цене через десятые руки.

Уж не знаю, что подумали хозяева, увидев в своем доме мэдью Авизо с племянницей, но тетка буквально порхала по бальному залу и светилась счастьем, мало обращая внимания на косые взгляды. Не теряя времени, тетушка заводила полезные знакомства, благодаря которым пожилые мэдью меня быстро взяли в оборот и пристроили к долговязому прыщавому юнцу явно младше меня на несколько лет. Я даже имени его не запомнила, настолько он показался мне серым и обезличенным.

Мальчишка, наподобие взрослых бруталов, старательно кривил губы, изображая скуку смертную, и отпускал сквозь зубы неуместные пошлые шуточки. Спустя полчаса в его обществе я готова была приплатить и ему, и Фоксам, лишь бы меня освободили от компании столь завидного потенциального жениха.

Парня же, видимо, все устраивало, так как отпускать он меня не спешил. Напротив, стоило мне только сделать шаг в сторону, как он задавал какой-нибудь вопрос, и уйти в этот момент было бы верхом неприличия. После чего начинался новый поток скабрезностей или восхваления себя любимого.

– Быть может, мы присядем где-нибудь? – предложила я, вконец утомившись стоять перед молодым человеком, надо сказать, удобно облокотившимся на каминную полку.

– Разумеется! – Парень шустро переместился на стоящий неподалеку диванчик и похлопал по месту рядом с собой.

А я в этот момент почему-то вспомнила Майка, галантно придвигающего мне стул. М-да, воспитание у некоторых богатых деток сильно хромает, в отличие от попаданцев с Земли.

Под грозным теткиным взглядом мне пришлось присоединиться к парню. Вот только я не стала садиться на диван, а перехватила по пути стул и поставила его неподалеку. Дистанция оказалась оптимальной для ведения беседы, при этом достаточно приличной, чтобы не прикасаться к юнцу даже складкой платья.

Новый знакомец «оценил» по достоинству мой маневр и скривился. Зато тетка с другого конца зала одобрительно кивнула и продолжила «наводить полезные связи», как она называла попытки обрести приятелей из более знатного и состоятельного круга магов.

Среди гостей мелькали зачарованные подносы с напитками. Мой собеседник, не прерывая разговора, жестом подозвал один из них и взял для себя высокий бокал.

«Майк бы сначала предложил своей спутнице», – мрачно подумала я. И тут же себя одернула. Стоп! При чем здесь снова Майк? Моя задача за эти каникулы забыть о нем, стряхнув магию его дара. Если я буду каждого сравнивать с попаданцем, да еще и отмечая его превосходство, ничего хорошего из этого не выйдет. Нужно срочно исправиться. Майк совсем не идеальный. С тех пор как полностью проявился его дар, он стал угрюмым и нелюдимым. А еще он бабник! И молчаливый, смазливый, сильный, смелый, милосердный, заботливый, самый лучший на свете! А-а-а!!! Забыть его, забыть!

Пока мои мысли витали рядом с Майком, юнец успел наговориться и выпить еще пару бокалов крепкого алкогольного напитка. Уши и кончик его носа покраснели, взгляд расфокусировался, а на губах нарисовалась похабная улыбочка.

– Предлагаю наше знакомство продолжить в более уединенном месте, – с видом прожженного соблазнителя произнес он.

Я скрипнула зубами, но сдержала первый порыв отхлестать нахала по щекам. Не стоило привлекать к себе внимание скандалом – обществом это осуждалось.

– Боюсь, в таком случае тетушка меня потеряет и станет сильно волноваться. А у нее мигрени, – с милой улыбкой отговорилась я.

– Мы ненадолго отлучимся, ваша тетушка даже не заметит, – продолжал увещевать молодой человек, играя бровями и не желая слышать отказа.

– И все же нет, – прямолинейно и уже менее вежливо ответила я, стирая с лица улыбку.

Парень тоже перестал лыбиться и навис надо мной с недовольной миной.

– Ладно ломаться, крошка, так всех женихов упустишь, – выплевывал слова он, стараясь говорить шепотом, но в гневе ему это плохо удавалось, некоторые гласные он почти кричал. – Кто ж не знает, что тебя тетка привезла на смотрины? Только неужели думаешь, что кто-то возьмет замуж девку не из своего круга, да еще и не сняв пробы?

Каждое его слово уже было оскорблением, а все вместе и вовсе приравнивалось к ушату помоев. Я почувствовала, как краска заливает мое лицо, и усилием воли заставила себя не вспылить. Вымучив улыбку с капелькой высокомерия, я взглянула в мутные от алкогольных паров глаза.

– Вы что-то напутали, мэд. Я помолвлена, а здесь сопровождаю любимую тетушку. Ее же, в свою очередь, лично пригласили к себе хозяева этого мероприятия.

Нужно было видеть, как стекала самоуверенная ухмылка с лица этого болвана. Несколько минут он пребывал в растерянности, не зная, какую линию поведения со мной выбрать.

– Какого я тогда с тобой столько времени убил? Не могла сразу сказать? – вырвалось у него.

– Мне кажется, прием у Фоксов – не то мероприятие, где выбирают себе невест… на ночь, – с достоинством и некоторой кротостью отозвалась я.

Осознав, что его занесло, парень побледнел и мгновенно ретировался.

Только я выдохнула с облечением, как ко мне подлетела тетка:

– Что ты ему такое сказала, что молодой человек, должна заметить, из очень богатой семьи, сбежал без оглядки?!

– Ничего особенного, – сделала честные глаза я и захлопала ресницами.

И тут меня осенило. А ведь это выход! Да еще какой. Тетка оставит меня в покое на время обучения, а если повезет, то и дальше получится играть комедию с липовой помолвкой.

– Ты мне тут не рассказывай сказки, – пригрозила мэдью Авизо, ухватив меня повыше локтя. Ее пальцы больно впились в кожу.

– Рассказала ему правду. – Я сделала вид, будто неохотно выдаю свою тайну. – Я помолвлена и не могу ответить ему взаимностью.

– Что?! – Тетка даже руку мою выпустила, настолько удивилась.

– С иномирянином, – добила я, прекрасно зная, что подобные помолвки невозможно отменить даже родственникам. В Светлонии законы к попаданцам более чем лояльны. – Извините, тетушка, я просто не знала, как вам об этом сообщить, поэтому молчала. Очень боялась вашего гнева.

Тетка растерянно отошла от меня, не сказав больше ни слова. Всю обратную дорогу она молчала, как, впрочем, и последующие дни каникул. Видела я ее редко, как правило, за завтраком, после чего она уходила из дома и возвращалась поздно вечером, когда я уже лежала в постели.

Мэдью Авизо старательно искала выход из сложившегося положения, но не находила его. С попаданца за невесту не возьмешь ни денег, ни земель, ни драгоценностей, а отказать мужчине из иного мира имела право лишь сама невеста. И что самое неприятное – для тетки, разумеется, – с момента свадьбы опекунша обязана передать родительское наследство моему супругу и снова остаться ни с чем.

И почему мне раньше не приходил в голову такой простой и гениальный способ отвязаться от сватовства и угрозы ненавистного замужества? Впрочем, почему не приходил, как раз таки понятно: с детства девочкам вдалбливались постулаты о том, что они обязаны слушаться родителей или опекунов и доверить им решение всех вопросов касательно своего будущего. Выбор молодым людям моего положения никто не предоставлял, поэтому с мыслью о нелюбимом муже я смирилась давным-давно, лишь надеясь, что любящие родители приглядят для меня не самого противного мага.

Нет, вопрос нужно ставить по-другому. И как только меня озарила столь великолепная идея? Могу поспорить, сказалось влияние соседок-иномирянок с Земли, у них удивительно нестандартное мышление.

Тетка заговорила со мной накануне моего отъезда в академию:

– Кто он?

– Вы о чем, тетушка? – ласково отозвалась я, отвлекаясь от индейки, которую повар запек с экзотическими фруктами на ужин.

– О твоем якобы женихе, – язвительно пояснила тетка.

Кто-то надоумил ее, что я могу блефовать?

– Попаданец, я уже говорила, – ответила я с как можно более невинным видом.

– Дар? Курс? Имя?

О боги! И как я не подумала заранее, что тетка может потребовать подробностей? Так, спокойно. Если сейчас что-то быстро придумать, то завтра вполне реально забыть какую-нибудь мелочь. Тетка хитрая, и память у нее отличная, поймать меня на нестыковках ей проще простого. Да и проверить мои слова несложно. Значит, нужно отвечать что-то максимально приближенное к правде. Попаданец, попаданец…

– Его зовут Майк Одли, он учится вместе со мной на втором курсе, дар проявлен и очень силен, – скороговоркой отчиталась я, отложив нож с вилкой и доброжелательно глядя тетке в глаза.

Нет, тетушка, я не проколюсь. Речь идет о моем будущем. И если есть возможность не отдавать вам его в загребущие ручки, то я жизнь положу, чтобы иметь право самой решать свою судьбу.

– А почему на тебе нет брачных браслетов? – наконец вынула свой козырь из рукава тетка.

– Так у иномирян же свои порядки, – усмехнулась я такой пустячной придирке. – Не знал он о браслетах. Но обещал после каникул подарить.

Нужно к следующей поездке в отчий дом непременно приобрести для себя пару брачных браслетов. Молодец, тетушка, подсказала! Только бы не забыть.

Мэдью Авизо по-детски насупилась и уткнулась в свою тарелку. Видимо, рассчитывала меня подловить, да не вышло. Ай-ай-ай, как обидно!

В академию уезжала я не просто с удовольствием, а с огромной радостью и в предвкушении скорой встречи с друзьями. Я сказала «с друзьями»? Надо же. У меня никогда не было настоящих друзей. Приятельские отношения с некоторыми местными девушками и парнями не в счет. Никакой взаимовыручки, каждый сам за себя, а отношения все сводились лишь к приятному общению. А тут вдруг сдружилась с попаданцами. Невероятно!

Увидев Дашу живой и здоровой, я до того обрадовалась, что сжала девушку в объятиях. Я, сама. И мне это понравилось! Оказывается, очень приятно касаться людей, которые тебе симпатичны. Интересно, как ощущались бы объятия с Майком? Стоп! Вот же глупейшие мысли лезут в голову!

Я взахлеб взялась рассказывать Даше о том, как провела каникулы, оставив самое важное на потом. Уж больно страшило меня предстоящее признание в содеянном. Как отреагирует Майк на мое заявление о несуществующей помолвке? Уверена, что разозлится. Само собой. Я бы тоже не плясала от восторга. Мужчины же и вовсе трепетно относятся к своему холостому статусу. А Даша? Они с Майком так близки… Неужели друзья не войдут в мое положение и разобидятся?

Когда спустились с подругой в столовую и присоединились к Майку, я долго болтала ни о чем, оттягивала момент неизбежной ссоры, набираясь наглости и уверенности в себе. Но момент истины все-таки настал: сделав глубокий вдох и выдох, я выпалила о беспрерывном тетушкином сватовстве и принятых мною мерах.

Друзья от подобных новостей перестали жевать и хором переспросили:

– Что?!

– Что, что… Отныне для тети, Майк, мы с тобой пара. Иномирянин – партия достойная, глава Светлонии одобряет подобные браки. Поэтому она хоть и жутко недовольна, но возразить ничего не может. Как-то так. Вот…

Майк уставился на меня нечитаемым взглядом, но, кажется, злости в нем не было. Я выдохнула с облегчением и сразу же спохватилась:

– Не надо на мне испытывать свои чары! Я, конечно, понимаю, что поставила тебя в затруднительное положение, и прошу прощения. Так глупо вышло. Но ничего не поделаешь. Поздно! Сказанного не вернешь!

– Уверена? – уточнил Майк, его щека нервно дернулась.

– Да! – без тени сомнения подтвердила я и заискивающе улыбнулась. Подумаешь, назвала женихом холостого парня. От него ведь не убудет, верно? Но, несмотря на все мысленные самоуговоры, все-таки почувствовала необходимость пояснить свой некорректный поступок: – В борьбе за счастье любые средства хороши.

– Я это запомню, – вернул улыбку Майк, и на его лице появилось хищное выражение.

Я что-то упустила? Он ведь не угрожал мне сейчас? Нет?

Мой взгляд метнулся к Даше, но она тоже не выглядела расстроенной. Соседка мило улыбалась и с интересом следила за нашим разговором.

– Я потом что-нибудь придумаю, не переживай. Обязательно, – пообещала я Майку.

Он мотнул головой, то ли принимая подобный вариант, то ли имея по этому поводу собственные соображения, в которые не собирался нас посвящать.

Я не сомневалась, что ответственный Майк, пока мы с ним связаны пусть даже фиктивной помолвкой, вряд ли сделает предложение другой девушке. Это и радовало, и вызывало чувство вины. Получалось, что я ничуть не лучше тетки Нинельи, преследующей собственную выгоду за счет счастья другого человека. Но отказаться от задумки я уже не могла.

– Просто пока не опровергай, пожалуйста, слухи о нас, если вдруг появятся. Ладно?

– Без проблем. – Давая обещание, Майк не выглядел ни удрученным, ни сердитым, скорее заинтересованным и непривычно возбужденным.

И я немного успокоилась. Хотя его странная реакция должна была, напротив, меня насторожить.

Студенты академии по-прежнему продолжали пропадать, – за время каникул ничего не изменилось, – но я о таких вещах даже не думала. Не до того оказалось. Все мое внимание принадлежало Майку. Он слишком серьезно воспринял свою роль в лжепомолвке и взялся вести себя как взаправдашний жених.

На следующий же день встретил меня после уроков и протянул длинный бархатный футляр с эмблемой, выбитой на крышке золотом. Похожие я видела на витрине знаменитого ювелирного магазина.

– Что это? – подозрительно спросила, предусмотрительно отступая на шаг.

Майк терпеливо открыл коробочку и продемонстрировал содержимое. На бархатной подушечке заманчиво поблескивали бриллиантовыми капельками браслеты. Невероятно красивые и безумно дорогие.

Я отступила еще на несколько шагов и спрятала дрожащие руки за спину, боясь жадно вцепиться в коробочку. Даже голова закружилась от желания немедленно примерить украшения.

– В честь помолвки жених дарит невесте браслеты. – Майк снова протянул футляр.

– Ты не жених.

– Об этом никто не должен знать, – с хитрой улыбкой напомнил он.

Я согласно кивнула. Верно. Браслеты нужны хотя бы для того, чтобы убедить тетку в реальности помолвки. Я все равно их собиралась покупать.

– Хорошо, отдам тебе деньги, – предложила я и обеими руками потянулась за вожделенным сокровищем.

Интересно, сколько времени мне придется копить, чтобы отдать долг Майку?.. Ай, какая разница! Более красивые парные браслеты даже сложно себе представить! Отказаться от них вряд ли уже смогу.

Майк воспользовался тем, что я не сводила глаз с украшений, и ловко их надел мне на запястья.

– Теперь может жених поцеловать свою невесту?

Я оторвала-таки взгляд от драгоценностей и перевела на парня, с усмешкой ждущего моей реакции.

– Целуй своих поклонниц, у тебя их много, – фыркнула я. – А за браслеты спасибо, назови их стоимость, и я верну тебе деньги.

Улыбка спала с его губ. Ощутимо повеяло холодом. Майк резко развернулся и ушел, оставив меня в растерянности. Не поняла. Чего он? Обиделся? Не мог же он в самом деле рассчитывать на поцелуй за украшения?

Я была уверена, что Майк будет еще долго дуться, но на следующий же день он поджидал меня у дверей лекционного зала с яркой коробочкой из столичной кондитерской. Конфеты я всегда любила, особенно шоколадные, поэтому моментально решила, что обязательно приму от парня сладости, с какой бы целью он их ни принес.

Я в предвкушении приблизилась к Майку, он ожидаемо протянул коробку, обвязанную алой лентой, и в этот момент послышалось шипение. Змеиное.

Мне запомнился на всю жизнь случай, когда в сад, разбитый вокруг родительского дома, заползла змея. Укус и дикая боль. Тогда слуги устроили ужасную шумиху, пока поймали ее. А вот моей пострадавшей ногой занялись в последнюю очередь, поэтому к приходу лекаря конечность опухла и почернела, да и сама я к тому времени чувствовала себя неважно. Лечение затянулось на несколько дней. С тех пор змей не выношу.

Я отпрыгнула от Майка на приличное расстояние, ударилась локтем о стену и закусила нижнюю губу, чтобы не взвыть. Переполох в и без того неспокойной сейчас академии вряд ли бы кто оценил.

Шипение повторилось, только теперь вперемешку с глупым хихиканьем. Тогда-то я и заметила двух девиц, недовольно косящихся то на мои конфеты, то на меня. Вот кто шипел! Слава богам!

Я с облегчением вдохнула, но было уже поздно: Майк принял мое поведение на свой счет и помрачнел. Даже коробку перестал протягивать.

– Шоколад? Ей? Серьезно? – обиженно прогнусавила одна из девиц, явно состоящая в рядах верных поклонниц попаданца.

– Серьезно, – ответил Майк и строго посмотрел на меня, так обычно нянюшка зыркала, когда я в трехлетнем возрасте не желала есть молочную кашу.

– А с чего бы? – с претензией вопросила вторая студентка, сильно растягивая гласные. – Другим девушкам ты никогда ничего не дарил.

– Невестам полагается делать подарки, – ровно ответил возмущенным девицам Майк, не сводя с меня глаз.

– Ей? Это она-то невеста? – не могли поверить услышанному те. – Ты собрался на ней жениться?

– Да ее тетка костьми ляжет, но не отдаст племянницу без выкупа! – нашлась одна. – А за мной, между прочим, еще и приданое дают.

Вот ведь… курица!

– Зачем Майку невеста, – не выдержала я, – которую никто не берет замуж, даже приходится жениху за отчаянный шаг приплачивать?

Задрав повыше нос, я гордо прошла мимо девиц. У входа в лекционный зал меня перехватил Майк, очень старающийся не рассмеяться, и сунул в руки злополучную коробку. Я фыркнула, но взяла, покосившись на притихших студенток. Те снова дружно зашипели. Мне пора начинать бояться и оглядываться, проходя по темным коридорам замка?

Похоже, да. Потому что через несколько дней Майк принес мне в подарок кольцо, мотивируя тем, что на Земле это знак помолвки. Ага, а я такая наивная, что поверила, даже три раза. Разумеется, не приняла, посоветовав развлекать сказками своих поклонниц. Затем были перчатки, веер, ридикюль. Меня чуть не разорвало желание обладать всеми этими роскошными вещами, но я гордо отказывалась от подарков.

Терпение Майка закончилось на букете.

Вечерело. Обещая скорый приход весны, снег стал рыхлым и потемнел. Низкие снежные тучи скребли переполненными животами по верхушкам парковых деревьев. Видимость была никакая, но магическое освещение на улице еще не зажгли. Я бежала из административной части замка к себе, старательно глядя под ноги, чтобы не споткнуться в сумерках, поэтому не сразу заметила Майка. Он поджидал на крыльце женского крыла, зажав в руке несколько веток ятрышника.

– Дашу ждешь? – поинтересовалась я на бегу и попыталась проскочить мимо.

Не вышло. Майк заступил мне дорогу и протянул букет.

– Зимний сад ограбил? – хмыкнула я, убирая руки за спину. – Можешь не хвалиться. Если Крымза увидит, наградит по высшему разряду.

Парень не оценил моего чувства юмора.

– То есть цветы от меня ты тоже не хочешь принимать? – процедил он сквозь зубы, сверкая из-за челки чернющими глазищами.

– А зачем? – Я действительно не понимала. Если дорогими подарками он пытался купить меня, то цветы и шоколад как-то выбивались из общей картины домогательства.

– Знак внимания.

– Кажется, внимания ты мне уделяешь в последнее время более чем достаточно! – не выдержала я, теряя в этот момент всякий страх и желание не доводить дело до прямой конфронтации. Развернувшись к нему лицом и уперев указательный палец парню в грудь, я спросила в открытую: – Сколько можно-то, а? Я уже тысячу раз пожалела, что придумала отговорку для тетки. Мстишь мне так?

– Как? – оторопел Майк от моего напора и даже отступил на шаг.

– Компрометируя!

– Чем? Цветами?

– Дорогими подарками! Ни одна уважающая себя девушка не возьмет ничего более или менее ценного из рук мужчины, если он не муж или близкий родственник.

Мы уставились друг на друга, пыхтя и сверля взглядами. В голове Майка явно шел мыслительный процесс. Быть может, стоило ему сказать о своем возмущении раньше?

– Я понял, – наконец выдал этот невозможный парень. – Больше никаких дорогих вещей.

– Спасибо, – настороженно ответила я, понимая, что Майк собирается добавить к сказанному что-то еще. И не ошиблась.

– Но и ты обещай принимать сладости и цветы без скандалов.

– Запросто. Договорились. Только зачем? Ах да, помню-помню, знак внимания. Но тебе-то какая польза от этого?

– Не мне, а тебе.

– Мне? Польза от внимания? – Может, он прав и его внимание мне действительно нужно, еще как, но я в этом ни за что не сознаюсь.

Майк вздохнул:

– Как считаешь, слухи о наших отношениях дойдут до твоей тетки?

– Наверняка, – пробормотала я, только сейчас осознавая, что тетка непременно поинтересуется наличием в академии некоего Майка Одли и существующими между нами взаимоотношениями. Подарками попаданец заявлял о правах на меня, только не с той целью, о которой поначалу подумала я. И в моих интересах, чтобы он и дальше продолжал проявлять эти самые его знаки внимания, вводя в заблуждение окружающих. Тетке обязательно обо всем сообщат, не сомневаюсь, найдутся «доброжелатели».

– Так что? Конфеты и цветы? Или предлагаешь иначе демонстрировать всем нашу помолвку? – Одна его бровь вопросительно приподнялась.

– Это как? – в который раз не поняла я ход его мыслей.

– Быть может, вот так?

Майк шагнул ко мне, и наши взгляды встретились. Я старалась не смотреть в его глаза с того момента, как узнала про коварный дар обольщения, боясь еще больше попасть под чары иномирянина. Позволяла себе лишь мельком мазнуть по гибкой, но мускулистой фигуре или выражению лица, если он его не скрывал за занавесью волос. И вот теперь просто пропала в черном омуте. Но долго парить в чернильных глубинах мне не позволили. Горячие губы прижались к моим, вызвав бурю эмоций. Я замерла, не зная, как реагировать. Захотелось прильнуть всем телом к парню и не позволить ему даже на птичий шажок от меня отстраниться. На чуть морозном воздухе ощущения от поцелуя были сродни залпам фейерверков в безлунную ночь. Горячо, ярко, восхитительно… Одновременно с удовольствием на меня накатил страх. Крупная дрожь прошла по всему телу, и Майк, почувствовав ее, отшатнулся.

– Понятно, конфеты и цветы, – констатировал он и, сунув мне в ослабшие пальцы букет, ушел.

Вот так просто взял и ушел после того, как только что наши губы, касаясь друг друга, казалось, никогда не пожелают разлучаться. Я рвано выдохнула облачко пара.

А что ты хотела? У него таких, как ты, половина академии. Скажи спасибо, что помогает дурить тетке голову и не тащит в постель, хотя мог бы. Причем с легкостью, как показал недавний инцидент, только предложил бы – и сама прыгнула бы с превеликой радостью.

Но, несмотря на разумные доводы, обида не проходила. Я потопала к себе, пребывая в странном состоянии: Майк посеял в моей душе столько смятения и волнения, что мысли перескакивали с одной темы на другую, не находя ответов на бесконечное множество вопросов.

– Вот она! – услышала я шепот в одном из коридоров, после чего свет для меня померк. В буквальном смысле. Мне накинули что-то на голову и повалили на пол.

Несколько ударов пришлись по касательной. Я сжалась в комок и приготовилась к более серьезным побоям, когда издали донесся знакомый голос, полный восторга и энтузиазма:

– Шейла, во мне, кажется, дар проклятийницы проснулся!

Нападающие прыснули от меня в разные стороны, только удаляющийся топот слышался. Выпутавшись из тряпки, оказавшейся покрывалом, я увидела спешащую ко мне Дашу.

– Ты как? – принялась ощупывать меня подруга.

– Нормально. – Я тяжело поднялась с пола и побрела в свою комнату. До чего противно! Неужели кто-то думает, что парня можно заполучить, просто устранив со своего пути соперницу?

– Покрывало оставь.

– Мм?

Я обернулась. Даша взглядом указала на угол покрывала, зажатый в моей руке, а потому тянущийся вслед за мной.

– Ну не-эт, – предвкушающе отозвалась я. – Война так война!

Хоть немного отвлекусь от Майка, бросив бурлящую во мне энергию на подрывную деятельность. Можно было бы, конечно, нажаловаться попаданцу на его пакостных поклонниц, но неинтересно. Гораздо веселее самой дать отпор, чтобы некоторым неповадно стало.

Я вернулась в свою комнату и прикинула, какие средства имеются в моем распоряжении. Девочки пока не знают, с кем связались. Я – бытовичка, волей судьбы и двух попаданок изучившая массу материала, который не преподавался студентам в академии. Ох как ошибались те, кто составлял учебный план, считая, что многие ритуалы и заклинания нам в будущем просто не пригодятся. Зато у меня теперь есть масса преимуществ перед неприятельницами.

Для начала найду виновниц сегодняшнего происшествия. И хотя я подозревала, что это те самые девицы, которые стали свидетельницами нашего с Майком разговора о конфетах, но рубить сплеча не собиралась. Мне нужны были доказательства, и я знала, как их получить, причем не самым мирным путем.