11. Дмитрий

(Утро того же дня)

Мое такси ползло как черепаха, словно в замедленной съёмке ползли и машины вокруг меня. Два перелета в течение двух дней не лучший способ взбодриться, поэтому такси казалось удобнее и безопаснее. Но будь я за рулём — давно уже обогнал бы не одну машину и смог бы быстрее оказаться у отца в больнице.

Не могу медлить, ждать, это меня дико раздражает. Мне сложно сидеть на месте и просто ждать чего-то. У меня всегда куча идей. В детстве это приводило к постоянным травмам и конфликтам, но зато было весело.

Моим напарником по проказам всегда был Игорь, у нас небольшая разница в возрасте и мы отлично ладили. Иван всегда был серьезным, может быть из — за того, что старше. Я его хорошо помню лет с одиннадцати и всегда он был спокойным. Но жизнь потом доказала верность поговорки о том, что в тихом омуте водятся хвостатые товарищи.

После смерти мамы Иван словно переродился, я даже испугался в какой- то момент, что он либо убьет кого-то в драке, либо погибнет сам. До сих пор не понимаю, что случилось в тот жуткий вечер восемь лет назад. Отец был в кабинете, мама отдыхала в спальне после поездки в больницу.

Иван влетел к отцу и между ними сходу начался спор. А потом мама умерла. Её нашла прислуга у дверей кабинета. Непонятно, что произошло. У мамы всегда было слабое сердце. Вероятно, скандал спровоцировал приступ, а может быть и нет. Теперь этого не узнать.

Я был в спортзале, Игорь на очередном свидании. Затем похороны, словно во сне всё происходящее вокруг. Вместе со смертью мамы умерла и наша дружная семья. Иван побыл пару минут у могилы мамы и сразу уехал. Потом несколько недель пил и влезал в разборки в барах. С отцом они больше не общались. Оба ничего мне не говорили о причинах разлада.

А через пару месяцев Иван исчез. Оставил лишь сообщение мне и Игорю, что он уехал из страны, но с ним все хорошо. И так почти шесть лет он сообщал, что жив, но приехать не может.

Наконец-то! Моё черепашье такси подъехало к больнице. Я выпрыгнул из машины и побежал вверх по ступенькам. Отец был ещё в палате интенсивной терапии, но чувствовал себя гораздо лучше, поэтому я уговорил врача пустить меня на пять минут пообщаться с отцом.

Мне кажется, от этого улучшилось состояние нас обоих. Отец явно был счастлив меня видеть и, радостно улыбаясь, протянул мне руку, пусть для слабого, но всё же рукопожатия. А у меня словно усталость схлынула, стоило мне прикоснуться к отцу.

Какое счастье, что он жив и идет на поправку. Операция его сильно ослабила, но он явно лучше выглядит, чем до неё. Почти год врачи рекомендовали оперативное лечение, но отец упирался. А приступ, после которого он чуть не умер, сам решил все сомнения.

Мы перекинулись парой слов и я поехал в офис. Там меня ждал Иван и куча проблем. Одна из которых сейчас летела в самолете из Германии. Ничего, разберемся, не в первый раз. Главное, что отцу лучше.

На стоянке у офиса вижу машину Ивана. Иду сразу в его кабинет, разговор не терпит отлагательства.

— Привет, Вань! — говорю, заходя в дверь. — Ты, смотрю, успел дела поделать пока я ползал в такси по городу?

Иван протягивает мне руку.

— Привет! Да, дела идут! Видел отца?

— Видел, он молодец. Я ожидал увидеть немощного старика, а он порозовел и выглядит лучше, чем до операции. Зря он тянул с ней, чуть нас сиротами не оставил.

— Ладно, сирота великовозрастная! — Ванька улыбаясь, толкает меня в плечо, — давай, рассказывай, что там конкретно хочет Крепов?

Вынимаю документы из папки, которую привез с собой, и протягиваю брату. Ему достаточно минуты и он начинает материться.

— Да, ***, как так можно?! Мы вбухали гору денег, Крепов ещё больше! — Ваня не на шутку разошелся, — Дим, есть лазейки в этом договоре?

Сажусь в кресло брата и делаю пару вращений. Классное кресло, надо себе такое купить. Иван ждёт ответа. Смотрит на меня и с надеждой, и с раздражением одновременно. Люблю, когда он такой, живой что-ли. А то всё больше, как истукан каменный бывает. А сейчас вон как его плющит! Брат не выдерживает:

— Дима, ты чего молчишь?! — Иван поворачивает кресло вместе со мной и двумя руками опирается на подлокотники. — Не зли меня! Что ты с юристами нарыл в договоре?

— Вань, — отвечаю спокойно, глядя в глаза брату, — женись на Элле.

И сразу резко отправляюсь в путешествие вокруг своей оси — Иван знатно крутанул кресло и зашагал вдоль стола.

— Дима, прекрати шутить, не смешно! Я не дрессированный медведь, чтобы плясать под гармошку Крепова и Эллы. Нужно искать юридический выход из всей этой ситуации.

— Вань, Элла красивая, вы с ней неплохо. кхмм. дружили. Может не так страшно всё? Женишься, тебе пора уже.

— Пора тебе по башке надавать, а не мне жениться! Дима, ищи ходы, чтобы спасти фирму, а не меня сватай!!! — Иван уже почти рычал, — Как вообще так получилось, что договор не защитил нас от отзыва обязательств Крепова?

— Вань, ты не вчера пришёл в бизнес, поэтому знаешь, что купить можно всех, — встаю с кресла и подхожу к брату, — Крепов сам создал форс-мажор, вернее купил пару человек, которые все организовали, а для суда это повод признать договор недействительным. Формально мы сорвали поставку, но это бы никогда не стало поводом для таких разборок. Но тут оказалась замешана…

— Элла, — сказал, словно выплюнул, Иван и теперь сам сел в кресло, — любимая племянница Крепова.

— Нууу, я хотел сказать, что замешана "любовь"! — не могу отказаться от возможности позлить Ивна. — Но, в принципе, ты прав. Элла хочет тебя и плевать ей на "Фарматику", и на то, что её дядя потеряет кучу денег, и на твои чувства, похоже, тоже. Вот какая целеустремленная женщина! Живёт по принципу — вижу цель, не вижу препятствий. Напоминает мне ядовитую змею — и прекрасная и отталкивающая одновременно.

— Что говорят юристы? — Иван неутомим, — есть хоть малейший шанс повернуть все в нашу пользу? Или они тоже жениться мне рекомендовали? У нас целый отдел законников! А мы оказались в такой ж***! Разогнать их всех что-ли?

— Вань, юристы не боги, тем более тут замешаны гигантские деньги и крепкие связи. Этому можно противопоставить только тоже самое, но размером побольше. Давай подумаем о том, чтобы отсрочить все эти расторжения договора и неустойки. А там, может быть, и сам Крепов поймет, что ты не очень уж хорош для его племяшки.

Ванька смотрел на меня так, словно через секунду даст мне по шее. Как когда-то в детстве за обзывания.

— Нужно встретиться с Креповым, — брат явно справился с желанием мне треснуть, — поговорить с ним как с мужчиной, он должен понимать, что так семьи теперь не создаются. В конце концов, мы свободные люди!

— Вань, именно поэтому тебя и волокут под венец! Будь у тебя хотя бы невеста или, на крайний случай, постоянная девушка, то Крепов не пытался бы так рьяно свести тебя с Эллой. Но ты же больше одного раза ни с кем и не встречаешься, поэтому и нечего предъявить Крепову. Он тебе добро делает — осчастливить хочет, семью тебе помогает строить. Счастливую!

Брат встал и начал ходить по кабинету. Ну точно, как лев в клетке зоопарка. Но я ему этого говорить не буду — точно врежет мне тогда.

— Дима, завтра с утра позвони Крепову и назначь встречу, — Ваня ерошит волосы на голове и продолжает ходить, — поедем договариваться.

— О чём, Вань? — тихо спросил я, присаживаясь на стул рядом с дверью и вытягивая ноги.

— О спасении фирмы, Дим. А сейчас, давай займёмся работой, зови юристов, потом пусть придет Зиновьев, он спец по трудным делам. Будем искать новых оптовиков. — Ваня открыл блокнот и начал писать туда что-то. — Что сидишь? Беги давай, время не ждёт!

Я продолжаю сидеть.

— Вань, отцу ничего говорить не будем. А там как уж получится. Мы можем потерять почти шестьдесят процентов фирмы, в лучшем случае. Такое не скрыть. Да уж, Крепов втянул нас в такую сделку, что…Вот тебе и друг семьи называется.

Иван подошёл ко мне и глядя сверху тихо проговорил:

— Дим, ты прости меня.

Я в недоумении уставился на брата.

— За что?

— За то, что пропал тогда и оставил вас, хотя, как старший, должен был быть рядом с вами после смерти мамы. Да и теперь из-за меня такая вот чехарда.

Улыбаюсь, глядя на Ваню, и так же тихо, как он говорю:

— Ну что поделать, — я сделал преувеличенно тяжёлый вдох, — если женщины из-за тебя готовы целые фармацевтические империи рушить. Такой вот ты роковой мужик.

Ванька засмеялся и шутливо стукнул меня по лбу. В такие моменты брат был таким же, как до смерти мамы, как до своего исчезновения на шесть лет — живым.

И в этот момент у него зазвонил мобильный. Брат глянул на экран и чертыхнулся. На экране горело "Элла".

— Да, Элла, здравствуй, — Ваня явно не собирался избегать общения с ней, — ты в Москве?

Дальнейший разговор я не слушал, но и так понятно, что она хочет встретиться. И срочно. И это тоже понятно. Девушка сильно хочет получить Ивана и не желает ждать.

Иван положил трубку и повернулся ко мне.

— Дим, Элла вечером приедет к нам домой. Попытаюсь её вразумить как-то. — в голосе брата было мало уверенности. — А сейчас давай попробуем найти хоть какую-то реальную возможность спасти дело отца.

И мы до вечера ищем возможность избежать потери средств компании, но пока, кроме долгих судебных разбирательств, никто ничего предложить не может. Это даст отсрочку неизбежного, но не решит проблему.

Около половины восьмого мы с Иваном едем домой. Едем молча. Настроение просто даже не на нуле, а где-то в отрицательных значениях. Дома, не сговариваясь идём в кабинет, словно это место может нам помочь. Поели мы на работе и поэтому сидим и хлещем минералку. Мозги нужны трезвые, поэтому никакого алкоголя. А выпить дико хочется. И сломать что-нибудь хочется. Или разбить.

Минут через двадцать явилось наше чудо — Элла. Прекрасна, как всегда. Тонкая и яркая, в красном платье в облипку, каблуки, все дела.

Иван пытался воззвать к разуму этой избалованной заразы, потом стал просить отложить решение по отзыву средств хотя бы на полтора месяца. Это бы помогло уменьшить наши потери вдвое. Но женщина висела на Иване как груша, пыталась прижаться к нему всеми своими стратегическими местами. И стояла на своем.

Потом она начала злиться и даже истерить. В своем красном платье Элла напоминала мне яркий Чили перчик — красивый, но очень сильно жжется.

Последним доводом брата стало то, что у него якобы есть серьезные отношения, и он не может жениться на другой. Элла начала требовать доказательств этой версии Ивана. Брат просто взвыл уже и решил уйти из кабинета. То есть бежать из этого бессмысленного боя.

Иван резко распахнул дверь… А через несколько секунд предъявил Элле будущую жену. Анну.