Глава 16

Не помню уже, когда я ходила на свидание. С тех пор, как Агата появилась в моей судьбе, на личной жизни пришлось поставить крест… А этот обед… Наедине с мужчиной… Черт! Хватит нервничать! Что я, не справлюсь с этим гребаным Максимом, который уже мой муж, по совместительству?! – Ну, мы с тобой просто что-нибудь съедим. И вернемся обратно. Посмотрим, что тут нам Агата сотворит, вместе с парнями? – А за парней ты точно не боишься, Макс? – Слушай, тут Лена одна воевала, и ничего – выжила. А там – целая толпа мужиков. Расслабься, Фаин… – Вот именно толпа мужиков меня и напрягает… Агата же возьмется там себе женихов выбирать… – Себе? – Макс иронично дернул бровью. Наверное, он не мог себе представить всю силу обаяния своей дочери. Он же не видел ни разу, как эта девочка пытается охмурить Деда Мороза и каждого мужчину-аниматора на детских праздниках… – Ну, если ей лично никто не понравится, начнет и мне подыскивать. У нас это дело уже – норма… – Значит, нам нужно поторопиться, Фаин. Перекусим по-быстрому, вернемся, и спасем людей от ее пагубного влияния! Не давая опомниться, он подхватил меня под локоток, забрал сумочку, забытую на диване, и поволок за собой. – Что ты предпочитаешь? У нас тут поблизости есть рестораны с грузинской, китайской, азиатской и европейской кухней. – Что-нибудь такое, от чего не случается заворот кишок… – Фи, дамочка… Разве настоящие леди так разговаривают? – Мне совсем не понравился тон Максима: слишком интимный и искушающий. Значение слов никак не вязалось с тем, как они звучали… – Если тебя что-то не устраивает, вали, догоняй свою Иру! И пускай она тебе хоть колыбельные поет! – Ммм… Как мне это нравится… – Мы зашли с ним в лифт, и нас тут же придавило толпой, заставив прижаться вплотную друг к другу… – Не смей меня тискать тут, понял?! – А разве я тискаю? – Он поднял руки вверх, демонстрируя, что даже не пытается меня трогать. Правда, все его тело практически вдавилось в мое… – А чем же ты так доволен? – Ты меня ревнуешь, Фаин? Правда же? Иначе бы ты даже не вспомнила про Иру… – Он зачем-то склонился ниже и теперь шептал мне куда-то в район шеи… – Ухо – выше! – Что? – Говорю, что не надо мне шею и плечи облизывать! Если хочешь прошептать что-то – ухо найди и говори в него! – Ой, прости! – Не слышно было ни грамма сожаления в его голосе… Максу, кажется, нравилось то, что происходит. Особенно – мурашки, разгоняемые по телу его теплым дыханием… – Не прощу! – Это отчего же? – Люди вышли. – Так и тянуло поднять колено и заехать ему по причинному месту. Чтобы отодвинулся и больше надо мной не издевался! – Ну, да. На этом этаже находится буфет и мини-кафе. Народ потянулся туда… Но я свою жену не поведу в такую забегаловку! – Спасибо за заботу, Макс. Но я, вообще-то, намекаю тебе на другое! – Уже было сложно сдерживать свою злость. Хотелось царапаться и кусаться! – На что конкретно? – Лифт – пустой! Какого лешего ты ко мне прижимаешься до сих пор?! Отодвинься уже, сколько можно-то?! – Прости, не могу. Он даже не шелохнулся, не попытался сделать шаг назад! – А что такое? Ноги отказали?! – Нет. У меня стояк. – Что у тебя? – не поверила ушам. Переспросила. Хотя… – Ну, разве ты не чувствуешь? Я же не коленом в тебя упираюсь… Оно намного ниже… – Твою мать! Скворцов, что ты себе позволяешь?! – Физиология, Фаина. Я же тебе не изменяю, и даже не планирую… А молодой мужской организм – ему не прикажешь… Господи… Куда я вляпалась? Как мне пережить эти два несчастных месяца с озабоченным дураком?! – Я сейчас в лицо тебе плюну! Понял?! – Господи, Фаин… У тебя такой образ романтичный, а ведешь себя, как гопница! – – Он продолжал ко мне прижиматься. И улыбался при этом довольно, как мартовский кот. То, что торчало из него вместо колена, причиняло неудобства только мне. Максим нисколько не напрягался. – Зато твоя физиология сразу же даст сбой! Еще ни разу не видела, чтобы человек утирал свою рожу и при этом кого-то хотел! Да, мой романтичный образ на глазах рассыпался… Да и хрен с ним! – Ну… Я слышал, есть такие извращенцы… – Ты из них? – Непроизвольно попятилась… Но дальше отступать было некуда: за спиной была стена лифта. – Слушай, ты как собираешься идти на обед? Вот так, не отлипая от меня? – Ну… Могу остаться в лифте. Буду кататься, пока не отпустит… А ты оставь мне свою сумочку – прикроюсь ей, на всякий случай… – А зачем тебе прятаться, Макс? Нужно всем окружающим показать, что у тебя все в порядке с физиологией! – Ага. Там еще Агата в кабинете мне народ погоняет, я в лифте попугаю… И можно смело начинать процедуру банкротства… – О, смотри… Как только вспомнил про деньги и банкротство, сразу все начало опадать… А теперь представь: когда ты со мной разведешься и отдашь половину имущества, еще и алименты Агате начнешь платить… – Тьфу на тебя, Фаина! Макс тут же отлип и отошел в сторону. Нахмурил брови… И – да, больше там ничего не торчало. Вообще нигде никаких признаков хорошей физиологии больше не наблюдалось! – А говоришь, это я себя веду, словно гопница! Лифт уже давно стоял на месте, только двери, отчего-то, не спешили открываться. Мне это не понравилось от слова совсем! – А почему мы не выходим, Макс? Неужели еще и застряли? Долбанула со злостью ногой по двери. Ни в чем не виноватой, конечно же… Но только этого счастья мне сейчас и не хватало! Агата – в кабинете с незнакомыми мужчинами. И я боюсь не за ее психику, само собой. А за этих несчастных! А я – заперта в лифте с мужчиной, о котором тоже мало знаю… – Ща, разберемся, немного погоди… Он отодвинул меня от створок, заставил снова прислониться к стене… – Это что? Такая техника безопасности? Ни разу не слышала о подобном… – Нет. – Не успела сообразить, как Максим прижался к моим губам. Человек-внезапность, блин! – Ты же только-только избавился от проблемы! Хочешь опять ее создать?! Ничего не настраивало на романтику, и целоваться меня не тянуло ни разу! Оттолкнула его, заодно наступив каблуков на ногу. Чтобы неповадно было повторять! – Ты еще рот оботри, чтобы показать, как я тебе противен… – Дверь открывай и пойдем уже. А рот вытирать нельзя – размажу помаду… Он надавил на какую-то кнопку и, наконец, выпустил нас из закрытой коробки, которую я уже успела возненавидеть! – Фаин… Ты удивительная. Я только успела сообщить официанту заказ и отложить меню в сторону. – Пюре с котлетой и овощной салат… Что такого удивительного в моем выборе? Ты не видел женщин, которые так питаются? Хочу открыть тебе страшную тайну, Макс: девушки, которые пьют цветочный нектар и пыльцу с крыльев бабочки – это фигня! Таких на самом деле не бывает! – Это почему же? – Потому. Им какать нечем будет, если такое употреблять! Он поперхнулся водичкой, но ничего не сказал. – Вот и правильно. Молчи и думай. Ты, когда молчишь, кажешься намного умнее, Макс. – Вообще-то, я имел в виду не твои вкусовые пристрастия. – А что конкретно? – Ты заказала самые простые и недорогие блюда. А могла бы развести меня на неплохую сумму. Это не самый дешевый ресторан… – Не парься. Я уже нормальную сумму с карты сняла и перевела на счет Агаты. Зачем теперь мелочиться? Тем более, я реально люблю пюре и котлеты… – Хрен с ними, с деньгами. Я тебе карту отдал, чтобы ты могла ею пользоваться. А на что и каким образом ты будешь тратить – меня у же не колышет. – Очень щедро. И все же, ты мог бы нам с Агатой все сразу отдать, о чем я просила, и идти в ЗАГС. Мы уже могли бы с тобой оформлять развод, а потом бы ты женился на Ирине… Или сколько там еще невест в очереди? – Я не хочу на ней жениться. – Вот как? А мне казалось, у девушки очень конкретные планы на твою фамилию… – Ну… Мне она тоже казалась вполне подходящей и перспективной… – И что вдруг случилось? – Я познакомился с вами. Зачем-то взял меня за руки, наклонился ближе… Почти лицом к лицу… Заставил заволноваться даже… – Макс. У меня что-то с лицом? Чего ты так внимательно его рассматриваешь?! – Ага. Проверяю: что с бровями. Ты же их собиралась сегодня украшать? Или как это называется? – Завтра могу отвести тебя в салон, сделаешь то же самое… И поймешь, почему у меня такое хреновое настроение… – Слушай, мы все время уходим от важной темы. Помолчи пока, а я скажу. Пока не забыл, и пока это имеет значение! – Это почти невыполнимое задание! Я не умею молчать! – Отчего-то я все больше нервничала. Обычно в кино с такими интонациями люди признаются в любви… Или в том, что изменили свое завещание… А мне сейчас ничего подобного слышать не хотелось. Ни сейчас, ни когда-то после! – Значит, снова будем целоваться! А потом ты меня выслушаешь! – И он снова угрожающе приблизился. Еще плотнее, чем было… – Говори. – Я не могу перестать тебя сравнивать с другими знакомыми женщинами! – И? Я же брови выщипала, вроде, стала не сильно от остальных отличаться… Указательный палец мужчины прижался к моим губам. – Молчи! Тебе практически подкинули чужого ребенка! Подменили паспорт… – Блин! Теперь ты молчи! Я тебе зачем это рассказала, чтобы ты трепался на каждом углу?! – Нет. Просто это… ну, почти геройство… не каждая способна поступать, как ты, Фаин… – А что я должна была сделать? Отнести ее в приют, а сестру искать через полицию? Чтобы ее потом посадили? – Так она же тебе всю жизнь испортила! Разве это правильно? – У меня прекрасная жизнь! – Захотелось встать и уйти! Схватить Агату в охапку и бежать, бежать подальше от этого дурака! Но что-то остановило… Наверное, нога, которая была зажата между ботинками Максима… – Вот. Я же говорю: ты – удивительная. – И что дальше? – Я не хочу с тобой разводиться.