Глава 15

— Дима? — отозвался Седой.

— Здравствуй. Я сегодня видел тебя с Дашей. Что у тебя за интерес к этой девочке?

Я был зол и не скрывал это. Но мой собеседник услышав мои претензии только довольно рассмеялся.

— Эх, Дима-Дима… я иногда удивляюсь. Как ты мог столько добиться, будучи таким тугодумом. Я жду тебя уже больше месяца. Через десять минут в ресторане в торговом центре на центральной площади, — жестко закончил он.

Я был на месте через пять. Занял столик в углу напротив входа. Заказал кофе. Гнев не прошел окончательно, все не слова Седого посеяли зерна сомнения, но затаился где-то в глубине души, как черный грозовые облака на горизонте. Непонятно, чего ждать. Будет буря или нет. Неизвестно. Но ради Даши я готов биться даже с ним.

Седой появился ровно в означенное время. Мелкий, худой и совершенно незаметный в толпе. Сначала я не понимал, как он стал тем, кем в стал. Но когда столкнулся с его нечеловеческой наблюдательностью, умом и способностью мгновенно анализировать огромные объемы информации… Если бы он пошел по другой дорожке, то вполне мог бы затмить славу Шерлока Холмса.

— Здорово, — кивнул он мне и присел рядом. Возле столика мгновенно замаячила официантка, хотя мне пришлось подходить к бару, чтобы сделать заказ. Это была еще одна особенность Седого, он странным образом действовал на всех, заставляя подчиняться. Одного его взгляда было достаточно, чтобы свирепый бугай, в полтора раза больше и в сто раз мощнее, становился кротким и тихим, как ягненок. И я не хотел бы, чтобы когда-нибудь Седой посмотрел на меня этим своим фирменным взглядом.

— Так, Дима, — Седой дождался, когда ему принесут облепиховый чай, и только тогда начал разговор, — ты разочаровал меня. Я не думал, что ты настолько тупой и невнимательный идиот.

Я вскипел мгновенно, но не успел произнести ни слова, как меня прервал рык:

— Сядь! Распрыгался тут! Наворотил дел! Сядь, говорю, и слушай. Вот скажи мне, дурень, ты хоть на миг задумался, почему я так хотел женить тебя на Светке?

Я сел. Сжал кулаки. И ответил, понимая, что несу глупость. Но все еще не мог разобраться, где я ошибся.

— Потому что я спас Свету от насильника?

Седой хохотал до слез. Черт. Я реально чувствовал идиотом. Сейчас, через столько лет мне вдруг стало ясно, что никогда и ни за что, такой человек, как мой визави, не стал бы сватать свою племянницу за того, кто набил морду другим идиотам.

— Вижу, что понял. Так вот, дурень, за тебя замолвил словечко один мой очень близкий человек. Сказал, что ты весьма хорошо рулил бригадой.

— Амур?! — вскинулся я. Больше просто было некому. Ни одни мой знакомый больше не мог быть вхож на такой уровень, как у Седого, — я не знал, что вы знакомы…

Седой странно на меня посмотрел и захохотал. Снова. Что за черт! Что происходит?!

— Уф… не могу, — он откинулся на диванчик в бессилии, — ну ты даешь. Ты это нарочно?!

— Я не понимаю, — глухо ответил я. Седой явно намекал мне на что-то, но я никак не мог уловить на что именно.

— Ты меня разочаровываешь, Демон, — назвал он меня детдомовским прозвищем, — я думал ты умнее. Ты хорошо помнишь Амура? — Я кивнул. — а теперь представь, что я набрал пять килограмм, загорел и покрасился в… в карамельно-каштановый, — он явно передразнил кого-то.

Пока он говорил, я живо представил себе Седого в описанном виде. И подавился воздухом. Твою мать! Этого просто не может быть! Пока я кашлял, Седой, родной брат Амура, улыбался одними губами.

— Вижу ты понял. Мы с Амуром братья. Близнецы.

Я выругался, мгновенно вспомнив, кто такой Амур для Даши. Твою же мать! Вот это новость!

— Ага, — довольно улыбнулся Седой, словно прочитав мои мысли, — вижу, хоть это ты знаешь. Помнишь мы встретились в ресторане? Я еще тогда заподозрил неладное. Очень уж знакомой мне показались черты этой девочки, а когда она стала угрожать мне… о! Это было бесподобно. Я был уверен, что знаю ее отца очень хорошо. Я перебрал всех своих знакомых, но так и не смог понять на кого она похожа. А потом мне собрали на нее все, что могли. И как только я увидел адрес, на который ее привезли из роддома все понял. Амур жил там несколько лет.

Я молчал. А что мне оставалось.

— Но это еще не все, — Седой вздохнул и постучал пальцами по столешнице. Я с удивлением понял, что он волнуется. Черт возьми, он волнуется?!

Я смотрел на него не отрываясь. Пожалуй, мало людей смогли бы сказать, что видели этого жестокого и бесчувственного человека в таком состоянии.

— Не все… Мы с братом сознательно изменили внешность, чтобы не быть похожими друг на друга. И пока брат вел более-менее тихий бизнес в наших кругах, я беспределил. А когда садился на дно, приезжал к нему, красился, отъедался, и через неделю ничем не отличался от брата. Мы водили ментов за нос. И до поры до времени на все сходило с рук.

Я молчал. Седой тоже. Только все быстрее постукивал пальцами.

— Опять не понял? — он посмотрел на меня исподлобья, — не заставляй меня произносить это вслух.

И я понял.

Бедная Ника столько лет гонялась не за тем братом.