Глава 19

И тут Ташир совершил самую большую ошибку в своей жизни, то есть, если быть точным, то вторую большую ошибку. Он решил меня ударить. И стоило только его руке коснуться моего плеча, … как открылся знакомый фиолетовый портал, из него вышел мой любимый ректор.

Вид у него был несколько расхристанный, такое впечатление, что ему пришлось очень быстро одеваться, но его это явно не смущало.

Первой мыслью пришло облегчение, что ну, наконец-то, а то я уже заждалась.

Вторая мысль была, а почему на ректора никто не нападает, а третья мысль, что, наверное, у них закончились магические сети.

Ректор что-то сделал руками, и все, кто пытался на меня напасть, мои похитители, тоже застыли в пространстве, причём Ташир и бледный застыли где-то посередине между полом и потолком, пришпиленные к стене сарая словно мухи.

А красавчик, похожий на дракона, просто застыл на месте и сейчас стоял, вращая глазами.

— Что здесь происходит? — строгим голосом спросил ректор.

Я обвела глазами всех подвешенных и замерших, и попыталась ответить, но не смогла.

— Карита Ксана, — устало-укоризненно сказал ректор, — ну как вы опять умудрились вляпаться в какую-то гадость?

Он щёлкнул пальцами, и я бы снова упала, больно ударившись коленями, но в этот раз мне повезло, ректор меня подхватил.

— Риз Орш, — сказала я, — я не виновата, меня похитили из Академии!

— И каким же образом вас похитили из магически защищённой Академии? — недоверчиво спросил ректор.

Я продемонстрировала ему ладонь. Он взял мою руку, погладил её пальцами, и во мне появились странные ощущения, которые не должны появляться у студентки по отношению к ректору. Я сжала губы и прикусила щёку, чтобы избавиться от «мурашек».

— Интересно, — сказал ректор Орш и повернулся к подвешенному на стене Таширу. — И откуда же у вас метки-порталы с кровью теневиков, риз Сион?

Но, похоже, обездвиживающее заклинание ректора действовало так же, как и сеть, потому что никто из обездвиженных ответить не смог. Ну или не захотел.

Но это меня не остановило, и я на них нажаловалась. Сказала, что они хотели меня похитить, а этот вот Ташир им заплатил, и они собирались меня куда-то увезти.

— Разберёмся, — сказал ректор, щёлкнул пальцами, а потом вдруг другой рукой как будто стёр то, что хотел сделать, и внимательно посмотрел на красавчика, который был похож на дракона, и спросил:

— Фай?

Ректор снова щёлкнул пальцами, явно для того, чтобы позволить красавчику говорить. Тот усмехнулся и ответил:

— Не знаю такого.

— Ты же Фай ан Каот.

— Фай ан Каот, — сказал красавчик мрачно, — погиб в Чёрной пустыне. Вам ли не знать, риз Орш, что там никто не выжил.

— Я не проверял, — вдруг несколько растеряно произнёс риз ректор, и я вдруг вспомнила, что он некромант и наверняка может проверить, умер кто-то или нет.

— Что с тобой произошло? — спросил ректор и вдруг принюхался. — Ты потерял дракона?

Фай поморщился и произнёс:

— Вот не надо мне говорить очевидные вещи. Именно поэтому Фая больше нет. А есть Бродяга-наёмник.

Ректор его перебил:

— Герой войны, который зарабатывает похищением военных целителей, которых и так мало?

И резко добавил:

— Кому как не тебе, Фай, знать, насколько важен военный целитель для дракона!

Наёмник по имени Фай прикрыл глаза и вдруг хрипло сказал:

— Убей меня, Закария. Я больше не могу так жить.

— Дурак, — совершенно не аристократически сказал ректор и всё-таки щёлкнул пальцами.

И через некоторое время раскрылся портал, и через него вошла городская стража во главе со своим начальником, по крайней мере, так я оценила мужчину, который отдавал приказания и с которым общался риз ректор.

Риз Орш в городскую стражу отправил бледного и Ташира, предупредив главу стражи, что это сын советника Сиона, и, скорее всего, его отец за ним прибежит.

— Отдайте его отцу, не наживайте себе неприятностей.

Потом ректор добавил:

— С ними отступник, его бы надо отправить в столицу, вряд ли получится, сделать это самим, вызовите асов.

Что такое отступник я не знала, а вот про асов память Ахсаны мне подкинула, что асы, это боевые маги, которые способны противостоять тёмной магии.

Я подумала: «Неужели «бледный» теневик? Почему ректор назвал его отступником?»

После чего ректор повернулся к Таширу и сказал:

— Завтра утром ты должен быть в Академии вместе с отцом. Если до четвёртого удара тебя не будет, то после шестого удара ты станешь личем. Мне как раз нужен помощник.

И ректор вдруг каким-то образом выгнул свою ладонь, и с неё сорвалась чёрная капля, которая резко подлетела к Таширу и впиталась ему в лоб.

Мажор тихонько заныл:

— Что вы сделали, риз Орш?

Ректор спокойно и почти что с улыбкой ему ответил:

— Сейчас у тебя в голове твоя смерть, и только от тебя зависит, выживешь ты или нет.

— Всё, — улыбнулся ректор. — Можете забирать, — сказал он, обращаясь к главе городской стражи, который по какой-то причине не заметил того, что произошло.

И это не образное выражение, он действительно не видел этого. Мне показалось, что это видела только я, сам Ташир и ректор.

Когда стражи ушли, ректор повернулся к тому, кого он называл Фай:

— А тебя, Фай, я тоже жду завтра в Академии утром.

— Что, и в меня запустишь смерть? — мрачно спросил наёмник, который, видимо, тоже видел манипуляцию ректора.

— Нет, — сказал ректор Орш, — у меня есть для тебя работа. Ты же не просто так выжил. Захотел бы умереть, уже умер. Но если ты живёшь, значит, есть причина. В общем, приходи, и я всё скажу.

Потом ректор взмахнул рукой. У меня возникло дежавю, потому что передо мной снова открылся фиолетовый портал.

— Прошу, карита Ксана, — с лицом, не обещающим ничего хорошего, сказал ректор, и я сделала шаг, входя в портал.

Вот только оказалась я совсем не в Академии.