43. Заключительная

Адриан переступил обгоревшую балку, предусмотрительно сняв все защитные заклинания, которые неустанно ставили имперские маги.

Столько лет прошло, а воспоминания накатывают, словно всё случилось вчера… Всё ещё не сгнил обгоревший рояль, и каменный фундамент… что с ним станет? Он же из камня… Частично уцелели оконные рамы, почерневшие, обугленные, они всё ещё хранят на себе следы пожара. Пожара, что унёс жизни двоих дорогих людей.

Адриан возвращается в сгоревшее поместье рода Де Камелье не впервые, в надежде найти хоть какую-то зацепку, которая подтолкнёт к ответам.

И раз за разом находит одни и те же следы… следы заклятья, оставленного некромантами. Очень сложного заклятья, что отразилось от зеркал и послужило причиной возгорания. Хватило искры. Пожар невозможно было потушить, потому что дом был пропитан защитными заклинаниями, которые жадно поглощал некромантией огонь. Тогда, Адриан не обратил внимание на зелёные блики в языках пламени, но теперь…

Кто мог воспользоваться доверием Кристиана Де Камелье, проникнуть в дом и оставить в незаметном месте, рядом с зеркалом, это страшное заклятье отложенного действия? Это должен быть кто-то особо могущественный и влиятельный, кто-то из близкого окружения. Но проблема в том, что Кристиан никого близко не подпускал. Ему везде, как и деду, виделся заговор.

— Как же мне отомстить за твою смерть? Как найти виновных? Дай подсказку… — едва слышно произнёс Адриан, поднимая обгоревшую позолоченную шкатулку Октавии. В этот момент в кармане стал нагреваться переносной эрго-кристалл.

Адриан извлёк его на свет, насторожившись.

— Магистр? Что-то случилось?

Искажённое лицо Дрейка на поверхности кристалла казалось немного встревоженным.

— Ваши люди, которые должны были незаметно сопровождать Николь по пути в деревню, не выходят на связь. А минуту назад мы заметили в воздухе сигнальный огонь, перед этим слышался вой… Пытаемся определить местоположение ребят.

Адриан оцепенел, тело словно парализовало, по спине полз мерзкий холодок. Внутри что-то оборвалось.

Николь…

«Нет, нет, нет!.. я не могу тебя потерять…»

Страх ледяной рукой сдавил горло, мешая сделать вдох. Кристалл в руке треснул… Захрустел. Его перламутровые осколки мягко вошли в ладонь. Пепелище окропилось кровью.

Адриан не заметил. Ни боли, ни крови, ни то, с какой силой продолжает вгонять осколки под кожу…

Он всё предусмотрел. Внедрил в академию своих людей, установил слежку, о каждом шаге Николь докладывали, он всё держал под контролем, тогда почему сейчас чувство, что он её уже потерял, почему чувство, что его маленькая девочка в смертельной опасности?

Грудь обожгло огнём, заставив вскрикнуть, выгнуться назад… и разорвать на себе камзол. Остервенело. Хотелось драть собственную плоть ногтями.

На коже горела печать, оставляя ожог… сила рвалась наружу, прорывая блоки. Набалдашник трости, которую Адриан всегда носил с собой, внезапно нагрелся. Из пустых глазниц черепа полился зелёный, вязкий, словно туман, свет…

— Нет… — Адриан бессильно упал на колени.

Нужно… нужно справиться с собой. Не дать магии выжечь себя изнутри, не дать ей завладеть собой, не дать себя погубить.

Сунул пораненную руку в карман и достал серебренный шаг размером с яйцо. Кинул на землю и зажмурился от резкой вспышки портала. Он должен был его использовать по службе в крайнем случае, но разве сейчас не крайний случай?

Стиснув зубы, усилием воли, поднялся, слегка пошатываясь и игнорируя рвущуюся из потоков магию смерти. Она слишком долго была взаперти.

Туман, исходящий из трости, медленно принимал очертания пса. Крупного, жилистого, с острыми ушами и выразительным, преданным взглядом. Верный слуга Хороса, защитник живых, он может принимать любую форму в зависимости от уровня силы… пусть будет так. Сейчас неважно. Плевать на проклятый дар, если он может пригодиться.

Адриан небрежно поправил на себе распахнутый камзол, перехватил удобнее трость и шагнул в портал, точно зная, куда хочет попасть. Где хочет оказаться…

Перенос был стремительным. Также стремительно возвращались силы, а вместе с ними холодная отрешённость.

… Николь лежала на земле. На шее алой кровью пропитался белый платок. Она казалась такой бледной, будто жизнь уже покинула её тело…

Рядом, на коленях, сидел мальчишка Селены, в стороне с вервольфом сражался капитан, у дерева собрался помирать сержант. Вервольф готовился впиться ему в глотку.

Одним резким движением Адриан снял защитный корпус с трости, обнажая тонкое сверкающее лезвие. Взмах… и голова вервольфа отлетела в сторону. Покатилась, собирая листья, забрызгивая землю Талых Земель тёмной кровью.

Призрачный слуга без команды бросился на защиту. Он хоть и сотворение магии, но дрался вполне как живой. Также скалился, нападал и драл шкуру вервольфа, забирая его жизнь, но не причиняя ран. Чем больше пёс соприкасался с жертвой, тем быстрее из неё уходила жизнь…

Адриан поднял Николь на руки в тот момент, когда на подмогу прибыли магистры академии некромантов.

— Ей нужна помощь, — хрипло вымолвил мальчишка Селены. Он выглядел весьма потрёпанным и измождённым. Перепачканный кровью. В земле… Но больше всего поразило то, с каким искренним испугом и заботой он смотрел на Николь…

— Тебе тоже, — безэмоционально отозвался Адриан и зацепил мальчишку за подранный рукав колета, утягивая за собой в ещё открытый портал.

Ректор Кан со своими людьми дальше справится сам. Они умеют не только магией смерти пользоваться.

… послышались выстрелы и очередной полный боли пронзительный вой. Призрачный слуга растворился при переходе, выполнив свой долг. Адриан чувствовал, что резерв сил заметно исчерпан, что придётся подождать, чтобы снова призвать слугу. Но это пока и не требуется. Главное… это спасти Николь. И Каяна, раз не смог уберечь Селену. Она бы гордилась сыном…

* * *

Я приходила в себя урывками, не всегда понимая, где явь, а где бред, вызванный токсином, что содержится в слюне верфольфов, чтобы укушенная жертва не смогла далеко уйти.

Меня то трясло, то тело полностью лишалось сил. Билась в агонии, металась, что-то бормотала и часто слышала голоса. Иногда, даже немного понимала происходящее…

— Имперский целитель сделал всё, что мог. Организму осталось побороть яд… это займёт некоторое время… — голос звучал виновато, немного напугано и блекло по сравнению с другим.

Ровным. Чистым. Опасным и таким родным.

— А что с мальчишкой? Ему стало лучше?

— Вы говорите о сыне графа Карнэли? Да, он пришёл в себя. Ему подали бульон и чай. Скоро будет на ногах.

— Хорошо, — властно произнёс Адриан. — Пригласите его сюда, как сможет вставать.

— Да, сэр. Рад был служить, сэр…

Лба коснулись прохладные пальцы.

— Прости… прости, что заставил пройти через это. Следовало сразу запечатать дар, следовало сослать тебя в другую империю, в другой мир, если бы потребовалось…

В голосе Адриана было столько боли, что мне непременно захотелось ему ответить.

— Только… попробуй… — на удивление смогла выдавить, несмотря на то, что горло жутко саднило.

Послышался ласковый смешок, и я погрузилась в забытьё.

Временами мне давали напиться, клали на лоб компресс, обтирали кожу влажным полотенцем… а я не торопилась приходить в себя, зная, что с Каяном всё в порядке. Эта мысль странно успокаивала. Хотелось, чтобы и капитан с сержантом уцелели…

В какой-то момент я испытала внезапное облегчение. Просто поняла, что всё, токсина в организме больше нет. Я слаба, не чувствую магию, едва ли могу разлепить веки, но я жива и буду жить, всем вервольфам и Крайденам на зло.

Я буду жить.

Не просто буду, я буду жить счастливо, и уже знаю, с кем хочу связать эту свою счастливую жизнь. С тем, кто был рядом, чьи глаза, полные страха и отчаянья, запомнила последними.

Глубокие зелёные глаза Каяна Карнэли. И плевать, что между ним и Адрианом было в прошлом. Даже, если он его сын…

Сердце болезненно сжалось и заныло, а внутренний жадный голос всё твердил:

«Не отдам!..»

— Пришёл? — прозвучал рядом уставший голос Адриана.

— Я не мог отказать графу Де Камелье во встрече, когда сам её желал…

Мысленно усмехнулась, узнавая ничуть не изменившийся голос Каяна. Он всё такой же до раздражения спокойный, невозмутимый и уверенный. Каян…

— Оставь иронию, — безразлично отмахнулся Адриан. Я могла представить его бесцветные глаза, потухший взгляд и новые, едва заметные, морщинки. — Зачем ты просил о встрече в один день с Николь? Ты же подстроил это нарочно? Хотел, чтобы она что-то узнала? О моём прошлом?

— Не совсем… — скрипнули ножки стула. Меня обдало знакомым запахом свежести, сырой земли… — Я хотел, чтобы между мной и Николь не осталось недопонимания, чтобы наши отношения были прозрачными, без тайн и тяжёлых воспоминаний.

— Что ты хотел узнать? — Адриан как всегда прямолинеен, а у меня порядком затекло тело. Хотелось вытянуться, встать наконец, умыться… но я продолжаю лежать, притворяясь спящей.

— Почему вы не пришли тогда? В день её рождения… последний.

Сразу поняла о ком идёт речь. Сердце пропустило удар…

— Что ты помнишь из детства? — непринуждённо спросил Адриан. Безмятежно. И эта безмятежность успокаивала. Сразу легче стало дышать, грудь перестало сдавливать тревогой.

— Многое, — уклончиво ответил Каян и замолчал, будто сомневается в собственных словах. — Я помню, что мама часто говорила о том, что любит тебя. Что хотела бы быть с моим отцом вместе, но у него уже есть семья и у него скоро родится ребёнок… Но ты приходил почти каждый день, иногда надолго пропадал, но всегда возвращался, а она улыбалась тебе как ни в чём небывало. Поила чаем, говорила обо всём на свете, а ты дарил мне какие-то подарки, и её всегда внимательно слушал… Я хочу лишь знать, почему ты тогда не пришёл и… ребёнок, который должен был появиться на свет, это Николь?

Пауза тянулась вечно. Мои ладони успели взмокнуть, у меня снова поднялся жар. Страшно хотелось пить…

— Всё не совсем так… — начал Адриан, а его голос звучал, как и прежде. Безмятежно. — Селена никогда меня не любила. Это я её любил и уважал, как личность. Мужчина, с которым она хотела быть, мужчина, что является твоим отцом, бросивший вас, Граф Остин Карнэли.

— Что? — глухо переспросил Каян.

Я явственно представила, как Адриан морщится. Как ему тяжело говорить о прошлом. О тяжёлом для него прошлом.

— Мы учились с Селеной и Остином вместе. Были друзьями и… я любил твою мать и поддерживал, после того, как Остин бросил её и стремительно женился на завидной девушке из состоятельного рода, отказавшись от тебя. Я приходил и немного заботился о тебе, потому что чувствовал свою вину. Нужно было лучше бороться за её сердце, нужно было взять в жёны, даже зная, что Селена никогда меня не полюбит. А ребёнок у Остина так и не родился, они с супругой потеряли сына, видимо, судьба наказала. И больше детей иметь не смогли…

— Выходит… Остин Карнэли не опекун, а мой настоящий отец, которого любила мама? — голос Каяна прозвучал безлико.

И я среагировала слишком импульсивно. Мне хотелось его защитить, хоть это глупо… закашлялась, попытавшись вскочить, но едва не рухнула на пол, угодив в заботливые руки некроманта.

— Дурная?! — изумлённо воскликнул он, прижимая меня к себе, и это так похоже на Каяна. Моего Каяна.

— Дурная… — сипло отозвалась. — А вы? — прочистила горло и посмотрела на Адриана. От его облегчённого взгляда защипало в носу. — Не дурные? Нашли место, где разговоры вести.

— Я знал, что ты очнулась, — Адриан оказался рядом и подал воды. — Хотел, чтобы ты услышала. Мы ведь не договорили. Интересное впереди…

— Я больше не хочу ничего знать, — ровно произнёс Каян, укладывая меня в постель. — Ничего не имеет значения, кроме… кроме Николь. Я хотел сказать ей, что не откажусь от наших отношений, даже если… не важно. Сейчас это не имеет значения.

— Отношений? — в ироничной ухмылке Адриана чувствовалась скрытая угроза. — Тем не менее, разговор не закончен. Ты хотел знать почему я не пришёл в День Рождения Селены…

Я замерла, вглядываясь в родные черты лица Адриана.

Он тяжело вздохнул и отвёл взгляд в сторону.

— Тот день забрал у меня жизни троих дорогих мне людей. Я забыл подарок для Селены в поместье брата, когда уже ехал к ней, и вернулся назад. Не мог явиться без подарка…

— Пожар? — догадался Каян, не выпуская моей руки.

— Поджог, — мрачно поправил Адриан. — Я вернулся, когда поместье уже было охвачено пламенем. Его пытались потушить, но с магическим огнём не так просто справиться. Я смог, потому что тогда ещё мог пользоваться магией смерти, смог защитить себя и проникнуть в дом. Магия смерти не трогает магию смерти…

Нашёл Николь и вынес её буквально за секунду до обрушения. Брата и его супругу спасти не удалось. Я спас Николь, но не смог спасти её родителей. И снова я чувствовал свою вину. А потом узнал, что Селена скончалась, не справившись с силой…

— Ты поэтому свою запечатал? — осторожно спросила я.

— Уже знаешь? — невесело усмехнулся Адриан. — Каян сказал? А ты откуда узнал?

— Слышал ваш разговор с кем-то, когда меня везли к… опекуну в новый дом. Это ведь вы нашли графа Карнэли и…

— И взял с него слово, — ровно отозвался Адриан. — Твой отец не возражал, к тому времени, он понял, что детей у него с женой больше не будет, а ты… ты его сын, как ни крути.

— Я вам обязан, граф Де Камелье… — сдержанно произнёс Каян, а я чувствовала его напряжение.

— Нет, — ровно отозвался Адриан. — Как я уже сказал… я лишь пытался загладить свою вину перед Селеной за то, что не смог её уберечь. А ведь у неё были задатки магии смерти. Но за время её обучения в академии инициации так и не случилось. Все решили, что уже не будет. Время прошло, но…

— Она случилась внезапно и выброс был огромным. Мама не справилась, — деревянным голосом закончил Каян, видимо, мыслями возвращаясь в тот день. — Но сейчас уже ничего изменить нельзя.

Адриан потрогал перстень на пальце и взял трость, будто она его успокаивает.

— Я присматривал за тобой всё это время, наблюдал издалека, собирал информацию и могу с уверенностью сказать, что Селена воспитала хорошего сына. Она была бы счастлива.

— Надеюсь, — отозвался Каян, поджимая губы. На секунду отвернулся и повернулся вновь, чтобы уже посмотреть на меня. — С возращением, Недотрога. Больше между нами нет никаких секретов…

— Ты на что-то намекаешь? — скрипучим голосом отозвалась я. — Может, сначала поможете превратиться мне обратно в человека?

Каян улыбнулся одними уголками губ.

— Граф Де Камелье. Могу сказать вам тоже самое, вы воспитали хорошую племянницу. Я бы сказал, удивительную и талантливую.

Адриан хмыкнул, перекладывая трость из одной руки в другую.

— Даже не думай затащить её под венец раньше, чем закончит академию.

— Адриан! — у меня даже голос прорезался. Откинулась обратно на подушки и усмехнулась, ощущая, как душа наполняется счастьем и умиротворением…

* * *

Возращение из госпиталя, что находится на территории императорского дворца, в академию случилось через две недели, после моего полного восстановления. Адриан навещал меня каждый день, хотя у него хватало забот: он и имперские дознаватели пытались выяснить, что привело в Талые Земли вервольфов, откуда столько агрессии, не было ли это чьим-то хорошо-продуманным планом, чтобы добраться до Адриана через меня. Всё же врагов он себе нажил не мало.

Увы, но всё что удалось выяснить, это то, что вервольфов привёл голод. Голод, который сводил их с ума и заставил явиться в деревню и таскать скот.

Сержант и капитан чудом остались живы, и я даже смогла их навестить перед возвращением.

«Жаль, что твоё сердце, Недотрога, уже занято…» — сказал мне сержант напоследок. А капитан похвалил, сказав, что никогда не встречал столь храброй девушки.

Каяна отпустили немного раньше, и признаться, мне не хотелось с ним расставаться. И если бы не поцелуй, что он мне подарил перед отъездом…

В академии меня встречали. Не ожидала, но у самых ворот собрались и адепты, и магистры. Ректор Кан похлопал меня по плечу, магистр Дрейк подарил букет ирисов. Даже соседки меня встречали, включая Еву. А рыжий братец Амелии вручил мне шоколаду в знак глубокого уважения.

Я, словно, вернулась домой после долгой отлучки.

Среди всех выделялся Каян. Его невозможно не заметить. Сердце начало биться чаще раньше, чем я успела заметить некроманта.

— Вернулась, дурная? — с усмешкой поинтересовался он и протянул мне шкатулку, расписанную чёрным замысловатым узором.

— Вернулась, — кивнула, смущённо, принимая неожиданный подарок. — Музыкальная?

— Открой, — произнёс Каян, отведя меня в сторону, после того, как я со всеми поздоровалась. — Тебя обнимала половина академии. И что мне с этим делать?

— Ревнуешь? — иронично хмыкнула и раскрыла шкатулку. На бархатной подушке лежал кулон с подвеской в виде полумесяца.

— Мамин, — произнёс Каян. — Она оставила мне его перед смертью. Сказала, что кулон приносит удачу и помогает справиться с печалью.

Осторожно провела пальцем по кулону и улыбнулась.

— Спасибо…

— Ты понимаешь, что мои чувства к тебе серьёзны? — внезапно спросил Каян, заставив поднять взгляд.

Медленно кивнула, ощущая, как розовеют щёки.

— А твои? — прямо спросил он, пристально заглядывая в мои глаза.

— Серьёзные… — сипло отозвалась я и сглотнула. — Мы можем уже зайти в корпус или так и будет стоять возле ворот?

Каян усмехнулся и внезапно подался ко мне навстречу, срывая жаркий, быстрый поцелуй.

— Спятил? — прошептала, пытаясь отстраниться.

— Как встретил тебя, — усмехнулся он, взял меня за руку и повёл в академию

Впереди у меня два года обучения. Два тяжёлых года. Будут взлёты и падения, испытания. Но я знаю, что справлюсь, пока Каян Карнэли вот так держит меня за руку…