Глава 9

Надя с Андреем как по команде повернулись к говорившей – даме средних лет, со светлыми волосами, уложенными в пышную прическу, сверху которой была водружена кокетливая шляпка.

– Прошу прощения? – первой подала голос Надя, справившись с удивлением.

– О, я понимаю, что это крайне невежливо. – Дама сделала пару шагов к ним, ловким движением доставая из рукава цветастой накидки трубку для курения. – Но вы выглядите как люди, которым точно не помешала бы помощь. Что, Химмельштос выгнал вас ни с чем?

– А вы откуда знаете? – Надя с подозрением прищурилась, а вот Андрей, наоборот, сделал шаг к незнакомке, предлагая синий огонек с пальцев.

– О-о-о, синее пламя! – Дама уважительно покосилась на мага, перевела взгляд на Надю. – Не переживайте, фройляйн, я не слежу за вами. – Дама затянулась своей трубкой, рассматривая дознавателей. – Я лишь услышала русскую речь, проходя мимо. А так уж вышло, что я немного в курсе дел Витгенштейнов.

– Позвольте спросить, откуда? – улыбнулся Андрей. Такой вежливый, учтивый, до тошноты. Надя неосознанно сжала пальцы в кулаки. Все мужчины одинаковые: чуть увидят красивую женщину, так готовы стелиться перед нею.

– Все просто. – Дама протянула свободную от трубки руку в перчатке. – Позвольте представиться: Матильда Изенбург, крестная Софи.

Андрей, который наклонялся к руке Матильды, так и застыл, тупо глядя на свою собеседницу. Надя тоже не смогла скрыть удивления.

– Крестная? Вы не шутите? – Она все же подошла поближе.

– Нет-нет, какие шутки! – Матильда взмахнула трубкой, улыбнулась. – А вы, наверное, приехали из-за Софи?

– Прошу прощения. – Надя кивнула, протягивая руку. – Надежда Огонь-Догоновская, а это мой спутник – Андрей Голицын. Мы приехали по приглашению Софи. На свадьбу.

Матильда пожала протянутую руку, кивнула.

– А свадьба, возможно, и не состоится.

– Вы что-то знаете?

– Не здесь же. – Женщина поморщилась. – Не хотите ли выпить чаю? У меня здесь недалеко лавка. Приглашаю.

* * *

Лавка оказалась воплощением мечты любого большого ребенка. Даже взрослого неминуемо привлекают яркие витрины магазинов с игрушками. Что уж говорить про игрушки, которые им и предназначались?

Матильда Изенбург оказалась хозяйкой лавки магических артефактов. И втиснутый между узкими каменными домами магазинчик походил на что-то среднее между магазином игрушек и антиквариата. Войдя в двери лавки, дознаватели будто шагнули в портал в иной мир. Небольшое пространство было заставлено застекленными шкафами. А внутри… Чего там только не было! И простенькие подвески – накопители силы, и громоздкие ларцы, и зачарованные компасы, статуэтки. Тут же теснились большие напольные глобусы, наверняка не без секрета. С потолка свисали стеклянные шары с живыми растениями внутри. Это придавало жизни лавке, в которой царил дух библиотеки.

За конторкой стоял молодой человек с модным пробором в каштановых волосах. При виде хозяйки он встрепенулся:

– Госпожа Изенбург?

Женщина махнула на парня рукой.

– Все хорошо, Альберт. Мы с гостями выпьем чаю у меня.

Матильда провела Надю с Андреем в дальнюю часть лавки, за бархатную занавеску. Здесь ютились помещения, не предназначенные для глаз простых посетителей. В том числе уютный то ли кабинет, то ли гостиная хозяйки лавки. Матильда усадила гостей вокруг низенького кофейного столика и принялась сама хлопотать над угощениями.

– Так уж вышло, – после короткого обмена любезностями хозяйка первая завела разговор, не дожидаясь, пока ее начнут допрашивать, – что мы с графом не ладим. Но с Софи мы в добрых отношениях. Боюсь, я – единственное, что осталось бедняжке в память о покойной матушке.

Здесь же, в кабинете-гостиной, оказался небольшой уголок, где можно было приготовить чай. По щелчку пальцев под горелкой, похожей на алхимическую, вспыхнул огонь. Сверху водрузился чайник. Матильда пару раз взмахнула руками, и из серванта полетел сервиз. Пока чашечки вставали на положенные блюдца, а чайник отодвигал свою крышку, показывая пустое нутро, хозяйка лавки открывала баночки с чаем. Надя смотрела на это абсолютно завороженная. Матушка никогда не одобряла использование магии в таких простых бытовых вещах, мол, она дана Господом не для этого. Да и большинство магов, насколько Надя знала, были того же мнения. Но Матильда как будто плевать хотела на эти запреты.

– Вы знали мать Софии?

– Конечно, – кивнула Матильда. – Они молодоженами с графом жили на две страны, то здесь, то в России. И здесь у бедняжки совсем не было друзей. Мы сблизились, стали подругами, если это можно было так назвать. – Голыми руками госпожа Изенбург сняла закипающий чайник, залила кипятком заварку. По комнате пронесся запах свежего чая. – Когда Софи крестили по протестантской традиции, я стала ее восприемницей. Большая честь, ведь у меня в роду ни князей, ни графов.

Женщина подхватила поднос и прошла к гостям. Андрей с Надей помогли Матильде расставить все на столике. К чашкам присоединились две вазочки. В одной был колотый шоколад, а во второй что-то похожее на печенье.

– Сладкие дампфнудели, делает моя соседка. Лучшие в Пфальце! Пробуйте, – улыбнулась хозяйка.

– Прошу прощения за столь бестактный вопрос! – Надя взяла в руки одну из чашек. – Но вы сами сказали, что далеки от князей и графов, тем более удивительна ваша дружба с княгиней Анастасией. Как так вышло?

– Забавное совпадение, – тепло улыбнулась Матильда. – Как-то княгиня зашла в мою лавочку за согревающим амулетом для дочки. Анастасия была уверена, что девочка постоянно мерзнет, а потому все время хлюпает носом. Софи тогда было около четырех лет, и она правда постоянно намеревалась утереть нос кулачком, за что получала замечания от матери.

– Княгиня сама пошла за амулетом? – удивилась Надя. Странное дело, она бы на месте Анастасии Петровны скорее послала бы слуг.

– Анастасия скучала здесь, думаю, что прогулки по городу были едва ли не единственным ее развлечением, – вздохнула Матильда. – Амулет я продала, заодно и нос девочке подлечила. Мы с Анастасией как-то разговорились, я пригласила ее выпить чаю в моем садике. Тем более что у меня тоже дочь была примерно возраста Софи. Девочки быстро подружились, и княгиня стала захаживать довольно часто. Чуть позже она призналась, что моя Одетт первая, с кем Софи нашла общий язык, все остальные игры со сверстниками оканчивались скандалами. Жаль, что Софи решили отдать в пансионат, они с Одетт так хорошо ладили… Думаю, девочку увезли в Россию отчасти потому, что Франц не одобрял нашу с Анастасией дружбу.

– Вы сказали, что в курсе дел Витгенштейнов, – аккуратно вернул Андрей Матильду ближе к предмету разговора.

Женщина кинула на него хитрый взгляд.

– Я немного слукавила, уж прошу меня простить! – Она вздохнула, покорно сложила руки на коленях. – Понимаете, новая хозяйка… Трепещет от одного упоминания моего имени.

– Отчего же?

– Не могу сказать точно. – Матильда пожала плечами, а потом неожиданно хитро улыбнулась. – Но мое ведьминское чутье подсказывает, что графиня крайне ревнива. Думает, что раз у нее получилось околдовать Франца своими чарами, то он с такой же легкостью может убежать ко мне. – Женщина кокетливо пожала плечом, так что Андрею показалось, что ревность графини не беспочвенна. – Одним словом, ходу без Софи мне туда нет. Однако я, как и многие, должна была присутствовать на помолвке, которая не состоялась. Официально объявили, что Софи приболела, но в таком случае граф никогда не отказывал мне в визите. Однако теперь меня и на порог не пустили, потом, смотрю, наши ищейки что-то засуетились. А сегодня встретила у Химмельштоса двух молодых людей, которые говорят по-русски. Полагаю, ни о какой болезни Софи и речи быть не может.

Андрей с Надей переглянулись. Надя плотнее обхватила пальцами свою чашку. Друг или враг? Вот в чем вопрос. Ей казалось, что Андрей думает о том же самом.

– Понимаю, вы сомневаетесь, – закивала Матильда, доливая себе чай. – Но если вдруг я буду полезна… – Она вздохнула, и на красивое лицо набежала тень. – Понимаете, Софи мне как дочь. Особенно после пропажи моей Одетт. – Матильда запнулась, отвернулась. Надя проследила за взглядом хозяйки лавки, он был обращен к фотокарточке в рамке на секретере: юная девушка с длинными распущенными волосами и пышным бантом на затылке, в скромном платье, она лучезарно улыбалась фотографу. – К сожалению, мы с Софи виделись нечасто, но вели переписку, я всегда старалась помочь девочке если не делом, так советом…

Матильда неожиданно замолкла, склонила голову, вновь сложила руки на коленях, кажется глубоко задумываясь о чем-то своем. Светлые локоны упали ей на лоб, скрывая лицо. Она выглядела действительно опечаленной. И Наде казалось, что такую печаль подделать точно невозможно. Во всяком случае, не обязательно говорить всю правду…

– Дело в том, что мы и сами толком не знаем, что произошло, – решилась Надя. – Софи пропала без следа.

– О! – Матильда вскинула голову, взгляд ее забегал от одного гостя к другому. – И что? Никаких зацепок?

– Увы, – заговорил Андрей. – Мы пытались договориться с генералом фон Химмельштосом, но как видите…

– Пропажа… – Матильда постучала пальцем по своему подбородку. – Неужели Софи сбежала?

– Она что-то говорила перед помолвкой? – тут же вцепилась в чужие слова Надя.

– Как вам сказать… – Волшебница смутилась, отвела взгляд. – Я не должна этого говорить, но раз дело столь серьезное. Я знаю, что у Софи был сердечный друг. Ничего такого, вы не подумайте, вспыхнувшие чувства, случайная встреча. Но Софи разумная девочка. Она прекрасно была осведомлена о том, что выйти замуж по любви у нее вряд ли выйдет, – кивнула Матильда собственным словам. – Да. Так что не думаю, что она действительно могла бы сбежать, ну, знаете, как в этих романах.

– Все равно стоит проверить… – пробормотал Андрей.

– Я тоже так не думаю, – кивнула Надя вслед за хозяйкой. – Софи – тонко чувствующая натура, но на такие риски она не пойдет.

– Знаете, мы ведь можем проверить! – вдруг воскликнула Матильда, хлопнув в ладоши. – Слышали ли вы что-нибудь про «Уиджа»?

– Доска для спиритических сеансов? – Андрей поморщился. – Какое-то странное модное веяние. Ведь это просто фикция. Во-первых, никакая магия не позволит пообщаться с духами умерших. А во-вторых, насколько я слышал, эти самые сеансы проводят и люди без магии.

– Вы правы, но не совсем, – мягко возразила Матильда, вставая. – В отчаянное время вера людей способна порождать как новую надежду, так и самых темных демонов. Да, многие из тех, кто называет себя медиумами, – просто актеры, которые отыгрывают роль проводников к потустороннему. Несмотря на все официальные опровержения магов. – Матильда подошла к своему рабочему столу и, раздвинув какие-то коробки, выудила из-под них небольшую доску. – Но и для магов можно раздобыть в этом мракобесии кое-что интересное.

Надя невольно поджала губы. Фрау Изенбург так уверенно размышляла о силе веры, что, кажется, совершенно не учитывала, какой вред могут нанести эти медиумы. Заигрывание со лженаукой никогда не приводило ни к чему хорошему. Сколько обманутых в своем ожидании? Сколько загубленных судеб и даже жизней, только лишь потому, что они доверились этому самому проводнику?

Матильда тем временем вернулась. Расчистила место и уложила на стол принесенную доску. Та оказалась удивительно простого вида: сверху полукругом алфавит, чуть ниже цифры до 1 до 9, еще ниже слова «Да» и «Нет».

– Знакомы ли вы с магией демонов?

Андрей с Надей взглянули друг на друга. Знакомы ли? Надя невольно усмехнулась. Ну, если не считать того, что она являлась какой-никакой, а хозяйкой демонов-артефактов в виде огромного поместья где-то в глубине России… Почти нет.

– В какой-то степени, – ответил за них двоих Андрей.

– Опасная и интересная магия одновременно, – вдохновенно произнесла Матильда. – С помощью «Уиджа» невозможно общаться с духами, но вот выйти на контакт с демонами можно.

– Вы, быть может, знаете как? – В тоне мага послышалось легкое пренебрежение. Но хозяйка как будто этого и не заметила.

– Знаю. И если будете себя хорошо вести, молодой человек, даже научу, – рассмеялась волшебница, водружая поверх доски небольшую каплевидную деревяшку с отверстием посередине. – Так что, попробуем узнать что-нибудь у демонов? Или вы из скептиков?

– Попробуем. – Надя заерзала на месте, подвигаясь ближе. Почувствовала, как обжег ее взглядом Андрей, но не стала никак отвечать.

– Чудесно. – Хозяйка одарила барышню очаровательной улыбкой. – Только вопросы надо формулировать четко, один-два. Дольше приручать демонов я пока не научилась.

– Нам нужно держаться за руки или вроде того? – хмыкнул Андрей.

– Нет-нет, герр Голицын. Но если вам несложно, я попрошу вас последить за моим состоянием. Не хотелось бы от усердия потерять сознание.

Андрей откинулся на спинку дивана, кивнул. Надя, наоборот, с интересом подалась вперед. Матильда торжественно, будто пианист на клавиатуру рояля, водрузила ладони на доску «Уиджа».

– Итак, какие вопросы вы хотели бы задать?

– Виновен ли сердечный друг Софи в ее исчезновении? – быстро выпалила Надя. Андрей снова посмотрел на напарницу, но возражать не стал.

Матильда кивнула, закрыла глаза. Некоторое время ничего не происходило. Было слышно только глубокое дыхание волшебницы. Надя уж подумала, что демоны, наверное, сегодня не в настроении, чтобы общаться с любопытными магами. Но тут вокруг пальцев Матильды заклубился туман, деревяшка дрогнула и сама поплыла в сторону. Четко остановилась на слове «Да».

– Где нам искать зацепки?– Второй вопрос был заготовлен заранее. Надя выпалила его быстро, на тот случай, если Андрей захочет ее опередить. И впилась взглядом в пальцы Матильды. Те подрагивали от напряжения, туман вокруг них клубился, становился плотнее. Наконец деревяшка двинулась, медленно выводя слово: «Письмо»[4].

Стоило деревяшке остановиться на букве «f», как Матильда шумно вздохнула, откинулась в своем кресле.

– Ох, думаю, на сегодня это все… – Она дрожащими пальцами выудила платок из рукава, отерла лоб. – У вас не будет папироски?

Андрей торопливо достал портсигар, протянул хозяйке одну из папирос, помог прикурить.

– Что же, – после затяжки подытожила колдунья. – Надеюсь, это хоть немного поможет в ваших поисках.

– Это уже гораздо больше, чем дал нам Химмельштос, – улыбнулась Надя. – Спасибо.

Андрей с Надей тепло распрощались с хозяйкой волшебной лавки. Матильда попросила, чтобы дознаватели держали ее в курсе дела, и если вновь понадобится ее помощь, она готова ее оказать.

Лишь когда Надя и Андрей отошли на приличное расстояние, Андрей выпалил, не выдерживая, первым:

– Неужели вы поверили ей?

– А вы нет? – встрепенулась Надя. – Она ведь колдунья…

– Последние полгода, Надежда Ивановна, я только и занимался тем, что изучал все, что связано с демонами и магией, которая способна с ними взаимодействовать.

– Учились по старым дядиным изысканиям? – скривилась Надя. Она отодвинула свою обиду за то, что Андрей не писал ей, куда подальше. Но это не значит, что эта обида волшебным образом испарилась.

– Не понимаю, на что вы намекаете…

– На то, что дядя был в мире ином двадцать лет. Может, новые веяния магической науки просто не дошли до него? – Надя не дала магу ответить. – Вы чувствовали колебания силы?

– Да.

– То есть Матильда точно колдовала?

– Да, но…

– У нас лишь один способ проверить, права ли она, – твердо закончила капитан-дознаватель.

Андрей вздохнул. Стоит признать, что здравое зерно в рассуждениях Нади было. От них не убудет проверить письма Софии, но они и так пришли бы к этому рано или поздно, тем более после того, как начальник местного сыскного закусил удила. Но ужасно не хотелось признавать правоту Матильды.

– Мы бы и так рано или поздно проверили бы письма вашей подруги, – высказал свои мысли Андрей. – Это не заслуга колдуньи.

Надя улыбнулась, но промолчала. Нет людей с более хрупким и чувствительным самомнением, чем мужчины.

Однако здесь дознавателей ждало разочарование. Когда Надя попросила у Федора Львовича разрешение просмотреть письма Сонечки, граф лично отдал им стопку. Но там не нашлось ничего интересного. Кроме разве что письма от фрау Изенбург, которое лишь подтверждало ее связь с девушкой.

– Ну что, теперь вы довольны? – спросил Андрей, когда они все прочитали.

– Это говорит лишь об одном. – Вздернула подбородок Надя. – Мы ищем не там.

– Что вы имеете в виду?

– Ну какая незамужняя девица в здравом уме будет показывать любовные письма своему отцу? – Надя прищурилась, глядя на Андрея, но тот не нашелся что ответить. – Надо искать какие-то потайные места в комнате Сони.

– Быть может, вы и правы. Но мы не можем заявиться туда, не объяснив графу, что ищем.

– Значит, заберемся ночью. Рекомендую вам немного поспать перед этим, Андрей Сергеевич.

Андрей был уверен, что ничего они там не найдут, а Надя напрасно верит Матильде. Однако после полуночи явился к дверям покоев Сони. Что бы он был за дознаватель, если бы не проверил все варианты?

Надя явилась следом, спать будто и не ложилась – собранная, сосредоточенная. Свеча в руке отбрасывала причудливые тени на ее лицо.

Дверь была заперта обычным ключом, так что с помощью магии открыть ее не составило труда. Щелкнул замок, Андрей пропустил Надю, сам скользнул следом, тихо прикрывая дверь за собой, все это в полном молчании.

– С чего начнем? – Надя зажгла еще пару свечей, которые стояли в канделябрах на случай перебоя с электричеством. Андрей добавил несколько магических светлячков.

– Я осмотрю секретер, комоды, а вы гардеробную, – предложил маг, рассудив, что они хоть тут и совершают небольшое преступление, но копаться в комодах с женским бельем ему было совсем неловко. По крайней мере, в данной щекотливой ситуации. Надя подумала несколько мгновений и кивнула. Прихватив свечу, направилась в неприметную дверь, за которой скрывалась гардеробная комната. Андрей послал за Надей светлячок, а сам начал свои поиски с самого очевидного – секретера.

Пока выдвигал все маленькие ящички, простукивал на наличие потайных «карманов» и двойного дна, внимательно прислушивался, не идет ли кто? И думал.

Неужели фрау Изенбург, владелица магической лавки артефактов, тоже наслышана о магии, связанной с демонами? Андрею нравилось думать, что знание, которое ему передавал Владимир Адлерберг элитарно, доступно далеко не всем. Ведь ничего подобного не преподавали в кадетском корпусе. Лишь вскользь упоминалось взаимодействие с демонами как с частью магии, не до конца изученной и вообще что-то из рода исключительно научных изысканий, а не прикладной магии. А тут дама из провинции – и вот так с легкостью налаживает контакт? Как бы разузнать об этом побольше…

– Нашла! – Надя высунулась из гардеробной, помахивая пачкой писем.

– Тише.

– Ой! – Барышня приложила ладошку к губам, но глаза ее счастливо сияли. Ей определенно нравилось быть правой. – Нашла, – повторила она тише. – Дружеские письма вряд ли будут хранить среди чулок.

Они устроились перед кофейным столиком. Надя аккуратно убрала с кушетки нечаянно брошенную шаль, она оказалась совсем невесомой, но на ощупь очень теплой. Не к месту подумалось, что у матушки была точно такая же, маленькая Надя ужасно любила в нее кутаться. Барышня тряхнула головой, сосредоточилась на деле, раскладывая письма, полные нежности и в то же время сдержанного чувства привязанности. Молодой человек, что каждое письмо подписывал коротким «Т», был вежлив, аккуратен в своих выражениях, но при этом в каждой строчке сквозила сердечная привязанность.

Андрей раскладывал стопку писем перед собой, разглядывал.

– Не боитесь доверять мне столь интимные тайны вашей подруги? – тихо поинтересовался маг. Надя посмотрела на него удивленно.

– Не место и не время скрывать что-либо, – заметила она. – Думаю, Соня простит мне мою вольность. Да и потом… – Надя внимательно посмотрела на мага. – Мы с вами напарники, Андрей Сергеевич, верно? После того… После всего того, что произошло на Рождество, я бы доверила вам свою жизнь.

Надя отвернулась, и Андрей не успел рассмотреть как следует выражение ее лица. Серьезна ли была барышня, или это у нее шутки такие своеобразные? В любом случае у сердца потеплело, Андрей невольно улыбнулся.

– Вот. – Надя выудила из стопки короткую записку. – Думаю, что это было последним. Коротко, да и тон совсем иной. Позвольте.

Она начала читать вслух:

«Meine kleine Sofie!

Я сотню, а может, даже и тысячу раз перечитал твое последнее письмо. И как бы ты ни была права, понял, что не могу смириться. Неужели нет никакой надежды нам быть вместе?

Прошу, если любишь меня хотя бы немного, подай мне знак, и я что-нибудь придумаю.

Сбежать на край света, к черту в преисподнюю, куда угодно, лишь бы с тобой.

Бесконечно любящий тебя Т».

– Кажется, Матильда была права. – Надя протянула письмо Андрею. Маг едва успел пробежаться по строчкам глазами, как чутье забило набат.

– Вниз! – скомандовал он, одним движением руки погасил все источники света. В комнате в мгновение стало темно. Сам присел на пол и Надю утянул за собой. Барышня удивленно уставилась на мага, зашептала:

– Что вы…

Но в следующий миг щелкнула щеколда окна, створки с тихим стуком отворились. Укрытие дознавателей было ненадежно, пока только темнота прятала их присутствие, но стоило вглядеться повнимательней, и их макушки были бы видны над столом. Однако им обоим было хорошо видно, как на широкий подоконник ступила нога, а следом за ней появилась мужская фигура.