Часть 31. Айрэн

— Нам следует уединиться, — шепнул мне Дамиан, заставляя вздрогнуть от внезапно прозвучавшего голоса мужчины.

Он негромко покашлял, привлекая к себе внимание влюблённого поварёнка, и качнул головой:

— Я прикажу слугам подготовить для вас комнату, где вы сможете отдохнуть или… Вам нужно две?

Элеонора раскраснелась и стала смущённо смотреть то на нас с Дамианом, то на Августа.

— Нам достаточно одной спальни, мой лорд, — ответил молодой маг, и я поняла, что отношения у этих двоих куда серьёзнее, чем считали родители Элеоноры.

Вряд ли барон, за которого её хотели выдать замуж, порадовался тому, что получил «испорченный товар». Я вдруг задумалась — даже у Элеоноры и Августа была близость, а у нас с Дамианом — нет. Печать на ладони стала кровоточить, и я постаралась скрыть её.

Заметив моё смятение, Дамиан взял меня за руку и потянул за собой.

— Я рассчитывал, что мази для сокрытия брачной печати будет достаточно, — обеспокоенным голосом заявил Дамиан. — О чём ты подумала?

— Ни о чём…

Я густо покраснела и опустила голову, рассчитывая, что мужчина не догадается.

— Видишь ли, эта печать могла начать кровоточить только в том случае, если ты подумала об исполнении супружеского долга, — тут же добавил инквизитор, и волна жара прошлась по телу, захлёстывая меня ещё сильнее.

— Возможно, нам следует сделать это, чтобы перестать бояться, что кому-то станет известно о фиктивности наших отношений.

— Ты хочешь этого? — Дамиан сжал мою руку, заставив остановиться на лестнице, когда мы поднимались, чтобы выйти из подвала.

— Я хочу жить в безопасности и не желаю доставлять вам неприятности. Если королю станет известно, что вы оттягиваете брачную ночь…

— Это мои проблемы, Айрэн, и тебя они не должны беспокоить!

В глазах Дамиана появилось разочарование. Мужчина отвёл взгляд в сторону, отпустил мою руку и двинулся дальше. Я поспешила за ним следом, понимая, что мы должны поговорить. Возможно, он ждал, что я скажу, словно сама хочу сблизиться с ним, но нельзя влюбиться в человека, которого ты совсем не знаешь, которого ненавидела и желала убить. Джордж напомнил о себе неприятным покалыванием, и я решила, что не наступило еще время для разговоров.

— Зачем вы забрали у Августа эликсир? Хотите проверить его?

— Хочу обезопасить тебя, — сухо ответил Дамиан, не обернувшись в мою сторону. — И всех ведьм, на плече которых появилась метка. Я встречался сегодня с магами.

— Что они сказали?

— Расскажу всё в своём кабинете, но для начала тебе нужно вернуться в спальню и как следует смазать брачную печать мазью.

Я кивнула. В коридоре мы с Дамианом разделились. Мужчина ушёл в кабинет, а я побрела в спальню, около которой столкнулась с Магнолией. Женщина взволнованно выронила мою грязную одежду из рук. Что она делала там и самое главное — почему так сильно волновалась.

— Всё в порядке? — осторожно поинтересовалась я.

— Всё хорошо. Прости, что развалила всю одежду, — кивнула женщина. — Как прошла встреча Августа и Элеоноры?

— Как нельзя лучше. Дамиан велит подготовить для них спальню в поместье и даст им временное убежище. Пока он не желает рассказывать родителям ведьмы о том, что та пришла в себя.

— Правильно делает, ей нужно время, чтобы окончательно успокоиться и забыть о пережитом кошмаре.

— Она ничего не помнит…

Я снова подумала о том, что между Августом и Элеонорой была близость, а метка начала болезненно кровоточить, и я негромко айкнула. Капля крови капнула на пол и, кажется, отозвалась хрустальным звоном, а Магнолия сделала шаг вперёд и взяла меня за руку.

— Так нельзя, девочка! Вам с Дамианом важно завершить обряд, потому что если не сделать этого или не разорвать брак, вы оба станете слишком уязвимы. Метка отнимает силы. Поверь мне, я знаю, о чём говорю.

Я кивнула и, вытащив руку из шершавой ладони старухи, тут же нырнула в комнату. Отыскав баночку с бальзамом, я принялась обильно смазывать печать, а Джордж начал требовать выпустить его на свободу. Пришлось снять брошь и позволить фамильяру преобразиться магическим ножом.

— Знаешь, в последнее время ты ведёшь себя, как невоспитанный хулиган! — возмутилась я.

— Посмотри на себя. То ты готова перерезать инквизитору глотку, то теперь уже собираешься завершить с ним брачный обряд. Ты бы уже определилась, что для тебя значит инквизиция — зло или нет.

— Брось, Джордж… Дамиан не такой, каким был его отец. Ты видел, как он заботится обо мне? И не только обо мне. Он позаботился даже о безнадёжно влюблённых. Он благородный дракон.

— С кровью инквизитора, — засмеялся Джордж. — Впрочем, обсудить я хотел не это. Мне не нравится этот поварёнок. К нему следует присмотреться, ведь эликсир, созданный им, может наоборот привлечь внимание Иссушителя к ведьмам, у которых есть метка. Мне больше нравилась идея с фальшивыми метками, чтобы запутать его.

— Ты не доверяешь всем мужчинам, и мне кажется, что в прошлой жизни ты был настоящим ловеласом или же обиженной женщиной.

— Фу… Обиженной женщиной я точно не был, да и я не уверен, что у магической стали была прошлая жизнь. Но если она и была… Мне кажется, что я всегда был чем-то величественным — огромным куполом, под которым укрывались от дождя, например…

— И ты из вредности пропускал капли, чтобы те, кто прячутся под тобой, промокли и замёрзли, — звонко засмеялась я.

— Какая же ты ядовитая! — фыркнул Джордж.

— Было у кого поучиться, — ответила я.

— Ты всё равно слишком часто думаешь об инквизиторе… Но не суть… Я хотел поговорить о том, что случилось вчера, потому что не успел сделать этого утром. На тебя совершено нападение. И тебе следует стать осторожнее. Я, конечно, должен оберегать тебя, но если ты будешь постоянно скрывать меня в своих женских украшениях, я ничего не смогу сделать. Найди уже подобающие ножны и носи меня в моём нормальном обличии.

— Это был Иссушитель? — дрожащим голосом спросила я.

— Не уверен. Эта магия слишком знакома мне… Магия старейшины.

Я поперхнулась слюной и стала покашливать.

— Но зачем ему нападать на меня?

— Чтобы напомнить, зачем именно ты стала женой инквизитора? — задал встречный вопрос Джордж.

Позволь напомнить тебе кое-что, если ты уже забыла. У меня есть подозрение, что старейшина желал твоими руками совершить грязное дело.

В висках появилось жжение, и я вскрикнула, услышав, как напоследок извинился Джордж. Перед глазами стали появляться сцены из моей прошлой жизни.

— Ты стала мне дочерью, Айрэн, и я беспокоюсь, что инквизиция навредит и тебе. Инквизиция зло. То, что они сотворили с твоей матерью — ужасно.

— Но тела ведьм так и не смогли найти… Возможно, мама ещё жива?

— Тела ведьм никогда не найдут, маленькая глупая Айрэн… Инквизиторы сжигают их на костре, перед этим истязая и мучая.

Я тогда была подростком, и моё сердце болезненно сжалось от боли.

— Я бы на твоём месте отомстил… Кровь за кровь, Айрэн…

«Кровь за кровь», — повторяется голос старейшины в ушах и звучит, как приказ, указание к дальнейшим действиям.

Я задумалась: старейшина часто напоминал мне, что именно из-за семьи инквизитора погибла моя мать, он пытался укоренить внутри ненависть к инквизиции, но я всегда считала, что это мои мысли и желания. И теперь я понимала, что он слишком часто напоминал мне о боли и намекал, как поступил бы на моём месте… Он хотел избавиться от Дамиана, но почему? Я задумалась, а Джордж угрожающе блеснул, отражая солнечные лучи, попадавшие на него из окна.

— Мне следует поговорить с Дамианом, — утвердительно заявила я.

— Даже не думай снова превращать меня в какую-нибудь безделушку, — запротестовал Джордж.

— Прости, — помотала головой я, понимая, что другого выхода у меня нет, ведь так или иначе я не могу разгуливать по поместью с ножом в руках, обращая на него пристальное внимание всех присутствующих.

Ведьма из лавки была права — мне следует скрывать моего фамильяра тщательнее. Быть может, обратить его какой-нибудь зверушкой? Я задумалась, потому что ничего подобного раньше не практиковала и мне, как минимум, придётся обновить свои знания для начала.