Глава 18

Сбежишь тут. Конечно.

Если честно, то у меня даже в мыслях такого не было. Если только поначалу. Но вкусный ужин, тёплая постель и его нормальное поведение усыпили мою бдительность. Да и силком меня сюда никто не тащил. Я сама пришла. По своей воле.

И сейчас, чувствуя как грудная клетка сжалась, я очень нервничала. И это заставляло сердце замирать между ударами.

Я повернула голову, следя за тем, как Егор бесшумно приближается ко мне. И моё тело с его приближением медленно покрывалось мурашками. Только сейчас я заметила как глубоко стала дышать. Внимание привлекал его обнажённый торс, покрытый множеством чёрных татуировок.

— Почему не спишь? — Тихо просила я, поднимая на подоконник обе ноги, натягивая на них футболку, и обнимая свои колени.

Старалась сосредоточиться на его лице. На глазах, покрытых полумраком.

— Не могу, — его плечи дёрнулись. И, замерев в метре от меня, он вытащил руки из карманов свободных домашних брюк, и потянулся к стакану, который я всё ещё сжимала в пальцах. — Что пьёшь? — Поднёс стакан к носу и тихо вдохнул.

— То, что ты оставил.

Егор перевёл взгляд на бутылку. И, присмотревшись, усмехнулся:

— Кажется, это не первый стакан? Не переборщи. Ты ведь даже не закусываешь…

— Я же не водку пью. — Возразила я, выхватывая у него стакан. — И я не маленькая. Сама разберусь.

Хотела ли я, чтобы он ушёл? Чтобы оставил меня одну?

Очень!

Потому что это ночное рандеву было чревато последствиями, о которых я буду жалеть.

— В холодильнике есть чем закусить. Ты не заглядывала? Там салат есть с курицей. Фрукты, шоколад…

— Егор, иди спать. — Перебила я его, пытаясь не запутаться в собственных мыслях и желаниях.

— Я же сказал, что не могу. — Не задумываясь выдал он, хмуря брови. Свет с улицы прекрасно освещал его лицо.

— Что значит не могу? Уже два часа ночи.

— Я не могу заснуть, когда через стенку ты. Я не могу не думать о том, что ты полуголая лежишь в моей постели. И всё постельное белье и подушка потом будут пахнуть тобой. Так понятнее? — Его взгляд сместился с моих глаз на губы.

Я громко сглотнула сухость, вмиг образовавшуюся в горле. Мой взгляд забегал по кухонной утвари, в то время как он наблюдал за тем, как я тщательно стараюсь скрыть свои эмоции. Спрятать их за бронёй, отстранённо усмехаясь.

— Как романтично. — Прыснула я, чувствуя, что он пытается сделать из меня дуру. — А теперь можно я останусь одна? И, если что, то я уже не через стенку от тебя. А через две. Так что…

Я не смогла договорить. Просто замолчала так и не закончив мысль. От неожиданности чуть не подавилась собственными словами, когда его пальцы вновь изъяли стакан из моих. Он беззвучно поставил его на стол и снова повернулся ко мне.

— Что ты… делаешь?.. — Я скинула ноги с подоконника, но не успела сделать и шагу, как Егор зажал меня между собой и окном. Его руки легли на подоконник по обе стороны от моих бёдер. Растерявшись, я дёрнулась вперёд. Понадеялась, что он отступит, но ошиблась.

Горячая волна лизнула загривок. Усмешка быстро умерла на моих губах. Будто её и не было.

— Отойди от меня. — Не совсем Твёрдо выдавила я из себя. В глотке что-то хрустнуло. Засыпало щепками, вызывая першение. — Егор, отойди! Ты обещал…

— Ты вообще не воспринимаешь меня всерьёз? — Его голос был не лучше. Хриплый и низкий. Пугающий до чёртиков. Тех самых, которые мерзко хихикают каждый раз, когда Егор приближается ко мне. — Совсем не допускаешь мысль о том, что я не шучу?

Проглотив язык, я почувствовала, как вспыхнули мои щёки.

— Ты много на себя берёшь. — С трудом проговорила, отводя голову назад и затылком натыкаясь на стекло. — Я не собираюсь вестись на…

— На это?

Меня словно прошибло током. Тело содрогнулось, когда одна его рука сместилась с подоконника на мою ногу. Кончиками пальцев он коснулся бедра, и кожа мгновенно покрылась крупными мурашками. Ноги вздрогнули в попытке свести колени, но Егор изловчился, рывком протискиваясь между ними, и замер.

— Ты хоть представляешь, каково мне знать, что ты тоже хочешь… но отказываешься это признавать? — Прохрипел, склоняясь к моему уху.

Он так глубоко дышал. Прямо мне в шею. Так глубоко, что моё сердце делало кульбит каждый раз, когда горячий воздух обдавал тонкую и чувствительную кожу.

— Я не хочу. — Получался только шёпот. Сиплый и неуверенный.

Я не могла. Я просто сожру себя потом. Не могла, потому что всего лишь несколько часов назад чувствовала тёплое и пока ещё необъяснимое притяжение к его брату! К тому, кто всегда был рядом; к тому, чьё плечо всегда было подставлено для меня. Мне даже не требовалось просить об этом.

А Егор… я знаю его без году неделю. Боже мой… я вообще не знала этого парня, но то, что со мной происходило — буквально опустошало. И наполняло до краёв.

— Да. — Кивнул он, и плотнее втиснулся между моих ног. Я почувствовала его. Почувствовала так, что не смогла сдержать прерывистый вдох. — Не хочешь…

Смелее и настойчивее его рука нарисовала незатейливый узор на моём бедре. И, поддев край футболки, которая и так уже задралась, позволил себе сжать пальцы, сминая кожу и срывая тихий стон с моих дрожащих губ.

Чёрт! Мерзавец!

— Между нами ничего не может быть… — Я слышала гулкий шум в голове, переставая соображать. Возможно, всему виной джин? Или всё же я сама?

— Согласен. — Кивнул Егор, задирая на мне футболку с другой стороны, и сминая бёдра всё более настойчиво. — Господи, как ты пахнешь…

Шепнув это, он опустил голову и горячими губами коснулся моей шеи. Коснулся так, что я задрожала и всхлипнула, чувствуя сгустившийся жар внизу живота.

— Егор, не…

— Я не могу выкинуть тебя из башки, Руслана. — Влажный язык прошёлся по коже, спускаясь к ключице и обводя её. Прикусывая зубами и и тут же зализывая снова.

Я не могла. Не могла ничего сделать.

Руки сами поднялись, хватаясь за широкие плечи. Оглаживая горячую и гладкую кожу, я несмело сжала пальцы. Тело выгнулось подставляясь. Предавая. Вытряхивая. Выворачивая.

Проглотив дрожащий выдох, я позволила его рукам скользнуть под футболку выше. Сжав мою талию, он потянул меня на себя, сдвигая на самый край подоконника. И забираясь выше. Коснулся груди. Сначала мягко, осторожно. Будто прощупывая почву. Проверяя грани дозволенного. Но не встретив сопротивления, сжал полушария, большими пальцами задевая соски и слегка растирая их.

Нависая надо мной, дышал через рот. Перехватил мой затуманенный взгляд. Улыбнулся краем губ.

— Блядь! — Ругнулся на выдохе.

И, резко склонившись, впился в мой рот горячими и жёсткими губами. Въедаясь, широко открывая рот и едва не вылизывая моё нёбо. Всасывая мой язык и обводя его своим, тихо застонал мне в рот, сминая грудь чуть сильнее. Выдёргивая задушенный стон из моей глотки. И не сиди я на подоконнике, уверена — мои ноги бы подогнулись.

***

Егор

Господи, эта девушка сведёт меня с ума! Я не мог противостоять этим прикосновениям: лёгким и нерешительным. Они превращали меня в алчного ублюдка, которому всегда мало. Бесконечно мало. Хотелось не просто большего… хотелось всего. Всю её. Без остатка. Эгоистично и бездумно.

Я жадно проводил ладонями по её коже. Оглаживая. Сминая. Лаская. Стискивая. Руслана что-то бормотала, пока я, вжимаясь пахом в распахнутые ножки, пытался окончательно не превратиться в животное.

Сними. Сними с неё эту грёбаную футболку. Сними немедленно. Избавься от этой тряпки!

Притормози…

Я оторвался от её губ, тут же языком слизывая со своих сладковатый привкус. Тяжело дыша, лбом прижался к её лбу и прохрипел:

— Руслана…

Хочу тебя. Хочу как умалишенный. Пиздец как хочу.

Она подняла на меня глаза. И внизу живота потянуло ещё жарче, чем прежде. Сука.

Я опустил руки и осторожно поддел края длинной и безразмерной футболки, которую дал ей. Руслана вытянулась струной и почти моментально сомкнула пальцы на моём запястье.

Чёрт!

— У меня к херам сорвёт крышу… — Произнёс я низким от возбуждения голосом.

Коснулся её бёдер, смещая ладони на ягодицы, и чувствуя крупные мурашки на границе с кружевами её трусиков. И как тут удержаться?!

Мои пальцы протиснулись под кружева и смяли её попку. Одновременно с этим движением, она снова выгнулась, ударяясь промежностью о мой каменный, мать его стояк. Каждый волосок на моем теле встал дыбом от этого трения. Дыхание давно сбилось. Губы дрожали. И чтобы хоть как-то их урезонить, я снова прижался к тёплым и мягким губам. Заскользил по ним языком, собирая сладость и рыча ей прямо в рот. Высасывая её нерешительность и страх.

Чего, чёрт возьми, она боится?!

С ягодиц сместил руку. Вытащил из-под кружева и костяшками провёл там, где сейчас была сосредоточена вся моя вселенная. Почувствовал влажность и едва и озверел. Инстинкты, доведенные до накала, сработали быстрее остатков разума. Я углубил поцелуй, почти добираясь языком до её миндалин, одновременно просовывая пальцы под ткань и подушечками мягко касаясь влажных складок.

Мать вашу. Охуеть просто.

Такая влажная. Такая… Она толкнулась вперёд. Закинув руку мне на шею, впилась ногтями в кожу. И будто сама потиралась о мои пальцы. Просила прикосновений. Просила большего.

Конечно. Всегда пожалуйста.

Спасибо.

Смелее и настойчивее принялся ласкать её там. Растирать напряжённый клитор, срывая стоны с её губ. Руслана запрокинула голову и затылком глухо ударилась об окно. Выгнувшись донельзя, подставила грудь под мои губы. Даже в темноте я видел как торчат её затвердевшие соски сквозь ткань футболки. Не раздумывая припал к груди. Через тонкий материал обхватил губами сначала один сосок, втягивая его в рот и обводя языком. Чувствуя контуры. Затем второй. Пальцы всё ещё разгоняли кровь вокруг её клитора. Рваными и быстрыми движениями обходили его по кругу. Раз за разом. Я почти не дышал. Рычал и хрипел одновременно.

И когда я резко спустился к узенькому отверстию, вводя в него сразу два пальца, Руслана громко застонала, зарываясь своими пальцами мне в волосы на затылке. Потянула за них, заставляя меня замереть на секунду. Всего лишь на одну долбаную секунду. Замереть, чтобы потом продолжить. Слыша как с её губ срывается ещё один прерывистый стон. Она пытается прижаться теснее к ласкающим её пальцам, слегка покачивая бёдрами вперёд и назад. И снова вперёд.

Вдруг её рука отпускает мои волосы и устремляется вниз. Тонкие пальчики скользят по моей груди. Животу. И замирают на мгновение над резинкой штанов. В этот момент я уже не помнил себя. Полностью вытащил из неё пальцы и перехватил её невидящий взгляд.

Давай. Сделай это.

Сделай, Руся. Коснись меня там, и я продолжу.

Прошу тебя…

И она услышала. Выхватила в моем взгляде требование и мольбу. Оттянула резинку штанов и скользнула под них рукой. Приоткрыв ротик, не сводила с меня своих глаз. Её ладошка легла на мой колом стоящий член. Обхватила. Сжала.

Я со свистом втянул раскаленный воздух и запрокинул голову. В глазах потемнело. И, вновь погрузив в неё пальцы, я начал толкаться вперёд. Прямо в её ладонь. Синхронно со своими пальцами. Быстрее… жёстче… не останавливаясь. Второй рукой продолжая массировать набухший клитор. Ещё… я чувствовал, что не продержусь и минуты. Слишком мучительным было ожидание. Поэтому я торопился. Торопился, чтобы она успела со мной.

Давай, сладкая…

Она ласкала мой член и продолжала смотреть мне в лицо. Но в какой-то момент я упустил то, как её взгляд опустился к моему паху. Её ротик открылся шире, челюсть напряглась. Она рванула резинку штанов вниз, полностью обнажая мой член. И, не отрывая от него взгляд, подняла ножки, пятками упираясь в подоконник и раскрываясь шире. Стирая границы. Опуская ладошку до основания члена и снова поднимая её к головке. Сжимая…

И снова запрокидывая голову. Выгибаясь как кошка. Не сдерживая прерывистый стон, подмахнула бёдрами и содрогнулась. Ещё. Ещё. Еще раз мягко сжала мой член и я, громко застонав, кончил так бурно и крышесносно, как, наверное, никогда. Изливаясь ей прямо на внутреннюю сторону бедра, пачкая её кружевные трусики и облокачиваясь влажной ладонью на слегка запотевшее стекло…