Глава 29

Я не понимала, смущена ли я была присутствием Артёма у себя дома, или чувствовала себя так как раньше. Когда он сидел на полу возле моих ног и играл со свисающим поясом моего халата, я испытывала что-то, что до этого себе не позволяла. Не с ним.

— Если хочешь, то можешь остаться у меня. — Пробормотала я, чувствуя, что была просто обязана ему это предложить. Я кожей ощущала его измотанность.

— Ты же это ради приличия предлагаешь. — Его губ коснулась усталая улыбка. Запрокинув голову, Артём взглянул на меня. — Я тебя как облупленную знаю…

— Если ты так хорошо меня знаешь, то должен был догадаться, что этими словами можешь меня обидеть.

— Пф! — Артём усмехнулся. — Это последнее, чего бы я хотел.

— Я серьёзно, Тём. Заночуй здесь. Тем более, завтра у тебя выходной. Отоспись. Ты на взводе. Утром должно стать легче.

— На взводе я был час назад. Сейчас я просто устал.

— Что делать будешь?

Если честно, то я до сих прибывала в шоке от услышанного. Я ведь даже понятия не имела, что с его бывшей всё так запущено. Я считала, что они расставили все точки над и. А тут такое.

— А что я должен делать? Я понятия не имею. — Вздохнув, он отбросил мне на колени пояс, ставший для него чем-то вроде чёток.

— Может, поговорить с её родителями?

— Это даже звучит странно. — Усмехнулся Артём. — Будто мы школьники, а не взрослые люди.

— Но её поведение взрослыми не назовёшь. Нормальный человек под колёса кидаться не станет, лишь бы вернуть бывшего. Это по меньшей мере странно.

Лена превзошла все мои ожидания. Я представить себе такое не могла! Я думала, что та сцена, которую она закатила тогда в парке, была её максимумом. Но как оказалось, это был только разогрев. Артём приехал ко мне после того, как едва не переехал свою бывшую. Она нарочно бросилась ему под машину, чтобы…

Чтобы что?

Что у неё в голове?

А ведь я считала, что это я со странностями.

— Хорошо, что всё обошлось.

Моя рука машинально опустилась на его голову. И, не отдавая себе отчёта, я пальцами зарылась в густые, немного жёсткие каштановые волосы в попытке успокоить его. Жест поддержки, о котором я даже не задумывалась.

Приятные ощущения захлестнули, погружая в состояние гипноза. Потупив взгляд, я тихо и ровно дышала, чувствуя как нутро наполняется теплом.

— Угу… — отозвался Артём, вновь опрокидывая голову на сиденье дивана возле моих колен. Закрыв глаза, он тихо застонал.

Я не останавливалась. Продолжала пальцами перебирать его волосы, мысленно переносясь во вчерашний день, когда Артём подтвердил тот факт, что и Егор был в караоке тем вечером. Но мои страхи и опасения насчёт того, был ли Егор тем, кто толкнул меня, он не подтвердил.

Тревожило ли меня это всё?

Безусловно.

Я места себе не находила, пытаясь собрать воедино все недостающие кусочки. Я глаз полночи сомкнуть не могла, обмусоливая новую для себя информацию.

Задумавшись, я не сразу заметила, как прохладные пальцы окольцевали моё запястье. И… спустя несколько секунд тёплые губы коснулись моей ладони. А затем и тыльной её стороны. Я уставилась на Артёма, не понимая, что происходит. Но я не могла пошевелиться. Просто… онемела. Глядя на то, как его губы застывают на моей коже, я лишь чувствовала лёгкое замешательство. И щекочущее чувство смущения. На самом дне моего живота.

Тяжело сглотнув, я приоткрыла рот. А Артём в это время снова подставил под свои губы мою ладонь. Мягко прижимаясь к ней, он опалял кожу горячим дыханием.

И мне стало страшно.

Потому что он сделал это. Он стёр красную линию, так тщательно нами прорисованную когда-то.

— Тём, — выдыхая, тихо произнесла я его имя.

Несколько секунд в комнате звенела тишина. Он молчал, прижав губы к моему запястью и не открывая глаз.

А затем, отпустив мою руку, изменил положение, разворачиваясь ко мне, и опуская голову на мои колени. Потираясь о них лицом, промычал что-то нечленораздельное и сжал пальцы на моих икрах.

Обрывки мыслей в звенящей тишине становились громче. Они вопили и протестовали, взывая к разуму, в то время как сердце билось в груди так громко, что способно было заглушить этот вой.

Я почувствовала удушье. Страх лизнул загривок. И когда рука Артёма метнулась выше по икре, я остановила его.

— Тём! — Повторила я хриплым шепотом. — Не надо.

И снова эта оглушительная тишина, в которой я сходила с ума. Его вздох. Протяжный. Тяжёлый. Прямо в колени.

И, наконец, оторвавшись от меня, он лишь на секунду взглянул мне в глаза. А после отвернулся и, согнув ноги в коленях, вытянул на них руки и опустил голову что-то бормоча.

— Я принесу белье. — На автомате добавила я, соскальзывая с дивана. — И полотенце.

На слабых ногах я вышла из комнаты и застыла посреди коридора, прислушиваясь к гулкому сердцебиению. И теперь чётко осознавая: как раньше уже не будет.

***

Артём

В голове творился бардак. Настоящий хаос, высасывающий из меня последние силы. Словно выжатый досуха лимон, я безжизненно лежал на диване, раскинув руки в стороны и пялясь в потолок. Не скажу, что всё было так плохо, но могло бы быть и лучше.

Единственный плюс произошедшего сегодня — моё нахождение здесь. У Руськи. И хоть моё поползновение было отвергнуто, она не была слишком уж категорична. Это был страх. Я видел его в её глазах. Чувствовал мелкую дрожь её ног в тот момент, когда моя голова легка на её колени, а руки обхватили упругие икры. Меня едва током не прошибло в этот момент. До самого мозга. До каждой долбанной клетки и нервных окончаний.

Я так долго ждал этого. Так долго и нудно шёл к этому. Решался. Боялся быть отвергнутым и потерять то, что уже имел. Находился с ней рядом под девизом "лучше синица в руке, чем журавль в небе". И, в общем-то, меня всё устраивало. Просто в какой-то момент понял, что этого чертовски мало.

Ещё в прошлом году хотел признаться ей, а потом появился этот Мишаня, мать его. Недоумок с гнилым языком и такими же поступками. Как она вообще на него повелась? Это до сих пор для меня загадка. Этот выродок не заслуживал даже Руськиного взгляда. А она влезла в эти недоотношения по самые уши. Не замечала очевидного. Прощала то, за что нужно было раз и навсегда вычеркнуть из жизни. А она, дура, ещё шансы ему давала. Надеялась на что-то.

Но люди не меняются.

Она глаза свои протёрла только после того, как эта мразь подняла на неё руку. Гнида разбил её красивое лицо…

Помню, как тогда стёр его рожу об асфальт. Помню, как он скулил, принимая тот факт, что ему не справиться со мной.

Конечно… я ведь не девчонка. Я не Руська.

И до сих пор не могу забыть её заплаканное лицо и кровь, сочащуюся из губ. Опухшие глаза… мне тогда показалось, что я и сам почувствовал эту боль.

Вызывал Макара, чтобы тот отвёз Руслану в отделение писать заявление и снимать побои. А сам поехал к этому Мишане…

А расставшись с Леной, я принял твёрдое решение, что надо действовать. Пора что-то предпринимать, а не быть тихим зрителем. Я не хотел, чтобы ей снова попался такой же урод как Миша. И не хотел упускать шанс.

Прошло около полугода с тех пор, как они расстались. Казалось, что Руслана, наконец, отошла от этих отношений. Я не уверен, что она готова к новым, но всё же нужно было попытаться. А если ей необходимо время, я готов ждать.

Друзья?..

Да, конечно…

Разница в том, что мужчина не будет "дружить" с женщиной, не привлекающей его сексуально. С женщинами — наоборот. Она выберет в "друзья" того, кто совершенно не привлекает её как мужчина.

И это проблема.

Я всё ещё не мог понять, видит ли она во мне мужчину? Потому что она была такой разной со мной. Её взгляд меняется в зависимости от чего? От погоды? Потому что иногда я не вижу в её глазах ничего. Ровный и прямой взгляд, за которым нет абсолютно никакого подтекста. А порой взглянет так, что волосы дыбом встают. И не только волосы.

Вздохнув, я перевернулся на бок. Вспомнив, как едва не стал убийцей этим вечером, меня пробрало холодом. Лена.

Я даже в мыслях такое допустить не мог. У меня в башке не укладывалось, что она способна на подобное. Это ведь ненормально.

Зажмурив глаза, я тихо застонал и лицом зарылся в подушку. Вспомнив пальцы Русланы, перебирающие мои волосы, я почувствовал тянущее удовольствие в грудной клетке, соскальзывающее под рёбра и щекочущее живот. Я готов был замурлыкать от этих прикосновений. Готов был сдохнуть прям там, у её ног.

И как мне расценивать этот жест? Проявление заботы? Сопереживание? Или нечто большее?

Я немного запутался.

— Спать… — прохрипел я в подушку, снова перекатываясь с бока на живот.

Обняв чересчур мягкую подушку, я сделал протяжный вдох и постарался выкинуть из головы абсолютно все мысли.

Но это было слишком сложно. Особенно после насыщенного событиями вечера. Событиями, которые оставили слишком много вопросов. И ни одного ответа.

У меня почти получилось.

Почти.

Но неожиданно мой телефон загудел на полу, создавая лёгкую вибрацию.

Какого хрена? Кому в полночь не спится?

Лишь бы не Лена.

Я был неприятно удивлён, когда прочёл на экране Саша др. Егора.

С хера ли?..

Глотку царапнуло недоброе предчувствие.

Несколько секунд я просто смотрел на дисплей. Звонок прекратился, но через пару секунд повторился.

— Да? — Тихо спросил я, прижав телефон к уху.

— Алё? Тём? Здоров. Сорян, что поздно. — Пробасил на том конце моего братца.

— Здоров. — Поздоровался я, уже напрягаясь. Опять что ли Егор где-то встрял? Вашу мать, как же это всё заебало… — Случилось что?

— Ну, тут такое дело. Горыныч не хочет вас напрягать. Но я тут подумал. В общем, просто, чтобы ты знал на всякий случай. Ему тут прилетело на днях… — Начал Санёк, заставляя меня напрячься ещё сильнее. — Мудак какой-то ему башку пробил бутылкой. Там сотряс. В общем, сейчас он в больничке, на поправку идёт.

Я скрипнул зубами от накатившей злости, и ощутил вибрацию в глотке.

— Алё? Ты здесь? — Послышался вопрос на моё молчание.

— Да, я здесь, Сань. Перевариваю.

— А… ну, короче: вы бы съездили к нему? Или батя ваш. С врачом бы побеседовали. Это же башка. Сам знаешь, дело такое…

— Да. — Сжав пальцами переносицу, я крепко зажмурился, выдыхая. — Спасибо, Саш. Завтра съезжу. Больница какая?

— Шестёрка. Травма. Его в понедельник вроде выписывают.

— Я понял. Спасибо. Завтра заеду. С утра.