Глава 7. Два пути

Каждое утро настырный Себастьян заявлялся в комнату Влады и тащил её на полигон. Она успела набегаться от оживших кошек, собак, куриц, мышей и даже быка, который загнал девушку в угол и довёл до настоящей истерики. Влада дрожала и рыдала, в свою очередь доводя до белого каления лея Стара. На его мужественном лице, конечно, никакие эмоции не отражались, но разговаривал он со своей подопечной, как с полоумной.

Влада много раз пыталась поговорить с кем-нибудь в Магистериуме, однако от неё шарахались в разные стороны и шептались за её спиной явно не о погоде. Отчаявшись, девушка ходила мрачнее тучи и проклинала лея Стара всеми возможными проклятьями, включая пожелание ранней деменции и мужской несостоятельности. Впрочем, представить этого Айсберга с любой живой женщиной было сложно, а к некрофилии Влада относилась с содроганием и в силу хорошего воображения старалась ничего не представлять.

Чопорное платье в пол и белый передник вскоре так надоели девушке, что она перестала смотреться в зеркало. Отчасти из вредности она и расчёсывалась не всегда, с удовольствием замечая недовольные взгляды Себастьяна. Его общение с истеричкой и неряхой крайне раздражало, пусть он и молчал об этом. Тем не менее, утром на седьмой день своего пребывания в Магистериуме Влада решила пойти на кардинальные меры.

Как только на пороге комнаты появилась служанка с подносом, на котором стоял стакан компота и булочка с сахаром, девушка бросилась ей в ноги с просьбой срочно принести нож или ножницы. Якобы это был вопрос жизни и смерти. Служанка с опаской посмотрела на причитающую Владу, которая для убедительности опять перешла на ультразвук и слёзы, и всё же принесла ей небольшие портновские ножницы. Теперь осталось дело за малым – обрезать к чёртовой матери дурацкий подол платья хотя бы до колен. О том, что это может быть неприличным, Влада предпочла не думать. Пусть другие некроманты бегают по полигону в длинных балахонах, а она будет щеголять в короткой юбке, чтобы можно было задирать ноги и залезть на забор в случае чего.

Служанка круглыми глазами наблюдала за сумасшедшей леей, но ножницы отбирать не стала и даже не потребовала их назад. То ли была уверена в защите других некромантов, то ли знала какой-то секрет.

Когда в комнату вошёл лей Стар, Влада наводила последние штрихи – подвязывала ножницы на пояс сильно укороченного платья. Какое-никакое, а всё-таки оружие.

Глядя на безобразие перед собой, Себастьян снова сохранил выражение лица в духе жителя Крайнего Севера. При этом Влада обратила внимание на его чересчур пронзительный взгляд. Впрочем, убегать от умертвий ей уже надоело хуже горькой редьки, и она вознамерилась хоть как-то пройти испытание некроманта. Если для этого ей придётся пустить в ход импровизированное оружие, то и ладно. Уж ножницами она пользоваться умела и могла перерезать что-нибудь или отрезать что-нибудь. Лишнее.

- Вы собрались на занятие или в публичный дом, уважаемая лея? – отдающим морозом голосом поинтересовался Себастьян. Его взгляд оценивающе прошёлся по фигуре Влады и вернулся к её лицу. На мгновение ей даже показалось, что увиденное ему понравилось. Вот уж точно сюр какой-то. Господин Айсберг скорее восхитился бы трупом утопленницы, а не телом живой девушки, к тому же, стабильно действующей ему на нервы целую неделю.

Влада выпятила свои верхние девяносто, точнее, восемьдесят шесть, и встала в позу бухгалтера, то есть уперла руки в бока. Самой себе она казалась грозной и несокрушимой, но судя по кислому лицу лея, это было далеко от реальности.

- Вы же знаете, что намекать девушке на проституцию – это дурной тон? Где ваши манеры, лей Стар? – с притворным ужасом спросила Влада и заметила, что у Себастьяна опять дёрнулся левый глаз. Ещё немного, и у него пар из ушей пойдёт.

- А выставлять на всеобщее обозрение свои прелести – не дурной тон? Между прочим, каждая уважающая себя лея никогда не позволит себе оголить колени!

- Ой, неужели для вас это слишком интимно? А если так? – Влада продолжала улыбаться, пока тянула подол платья вверх, сначала открывая коленки, а потом и бёдра ровно до середины. Дальше не позволили остатки совести и здравый смысл.

Себастьян вопреки ожиданиям Влады не упал в обморок, не разразился проклятьями и даже не покраснел! Вместо этого он вдруг как будто телепортировал к девушке и схватил её руку своей рукой, опять затянутой в кожаную перчатку.

- Это предложение? – ехидно спросил лей Стар.

Влада не думала, что этот принципиальный гад захочет к ней прикоснуться, поэтому испуганно замерла, глядя ему в глаза.

- Ч-что? Нет конечно!

От тела Себастьяна исходила сила, а ещё вполне человеческое тепло и тонкий аромат лекарственных трав. Влада уже успела соскучиться по любимой работе и с удовольствием вдохнула, на миг забывая, кто был рядом с ней. Сам Себастьян тоже замер. Его зрачки расширились, а свободной рукой он потянулся к лицу Влады, пробегаясь кончиками пальцев по её вискам, щекам, спустившись к губам да там и застыв без движения.

Девушка моргнула первой, сбрасывая наваждение. Это какой же надо быть идиоткой, чтобы в какой-то момент захотеть прижаться к этому ледяному Айсбергу? Да он же её прибьёт и даже ухом не поведёт!

Не прошло и десяти секунд, как Себастьян расставил все точки над i, а заодно развеял уж слишком тёплую атмосферу в комнате. Он отстранился от Влады и с неудовольствием посмотрел на неё, как на какое-то вредное насекомое, которое необходимо убить. Словно это не он первым сократил между ними дистанцию, а девушка сама прыгнула к нему в руки.

- Я понимаю, что вам не хочется развивать свой дар, и вам наплевать на последствия, но давайте всё проясним. На поле боя некроманты защищают обычных живых людей и магов, создавая щит из павших собратьев. Они держат в узде покойников на деревенских кладбищах, расследуют преступления и берегут границы нашей империи. Некромант с необузданным даром, неуправляемый, эмоционально неустойчивый, однажды может превратиться в преступника и безумца. Тогда его ловят, судят и казнят. Знаете, как всё происходит? Осуждённому выкалывают глаза, отрезают язык и пальцы на руках и ногах, а затем погружают в ванну с расплавленным свинцом и хоронят в огромной яме под плитой со специальными знаками. Вы действительно хотите пройти через это, уважаемая лея? Или вы всё же докажете мне и моему дяде, что мы не зря вытащили вас из той деревни? Жаль было бы потерять такой потенциал только из-за вашего упрямства и вредности.

Влада обиженно заморгала и скрестила руки на груди, пытаясь защититься от колючего взгляда Себастьяна. Неожиданно ей стало очень-очень холодно от перспективытакзакончить свою жизнь. В прежнем мире она планировала стать заведующей аптеки, выйти замуж, родить сына и построить дом на земле в живописном пригороде. Она хотела быть обычным человеком с обычной жизнью, а не перенестись чёрт знает куда, чтобы превратиться в некроманта. Впрочем, поздно пить Боржоми, если почки отказали...

- То есть у меня теперь два пути – на казнь или на войну? – спросила Влада, даже не замечая, что невольно повысила голос. – Я всё-таки девушка, а не воин! Ну не люблю я мертвецов, вот хоть ты тресни. Да я сама быстрее стану трупом, чем научусь управлять хотя бы хвостиком дохлой мыши. Я не хочу здесь учиться! Я не хочу здесь быть! Верните меня в мою деревню и забудьте о моём существовании. Вот какой из меня некромант? Шут гороховый да и только.

- Вам оказана великая честь обучаться в Магистериуме Андарии под руководством меня и моего дяди, - возразил Себастьян, словно это всё объясняло и оправдывало. – Вы – некромант, лея Влада, и ничего не сможете изменить. Не хотите учиться по-хорошему, я буду учить вас по-плохому. Видит бог, я не хотел до этого опускаться, но вы сами виноваты. Показывать свой характер лучше там, где от него есть польза.

Влада и глазом моргнуть не успела, как Себастьян прижал её к груди, и в тот же миг окружающий мир превратился во вращающуюся воронку. Желудок девушки рухнул в пятки вместе с сердцем, а к горлу подкатила тошнота. Именно по этим признакам Влада распознала телепортацию. Куда же могло занести высокомерного некроманта с признаками хронического садиста? Конечно же на кладбище.