Глава 25

Вот знала бы, что Руни моё согласие воспримет так буквально и кинется его тотчас исполнять, я бы хоть до своей комнаты сбегала. А так не успела я отойти от одного шока, как уже распласталась на холодном камне.

Как была, в одном костюмчике, так и вылетела, едва успев подставить руки и не повстречаться с каменными плитами лбом. То ли с глазомером у Руни непорядок, то ли это нормальное явление при телепортации, но мне словно ускорения с той стороны придали, причём от души так, чтоб сразу крейсерскую скорость набрала.

— Ты бы сказала, я бы матрасик прихватила, — пробурчала я, заметив рядом радостно перекатывающуюся меховушку.

— Привыкнешь, — возбуждённо припрыгивая на месте, и не подумала покаяться Руни. — Смотри! Смотри, какой вид!

— И где мы? — с трудом заправив волосы за воротник, заозиралась я.

Не знаю уж, какой именно вид так взбудоражил Руни, но я ничего кроме пола из грубо отёсанного камня и невысокого парапета с чёрными провалами бойниц не видела. Квадратов двадцать абсолютно пустого пространства. Нет, было ещё небо над нами. Глубокое такое, с яркими искорками редких звёзд, но не ради астрономии же меня выдернули из уютного тепла кухни.

— На восточной башне мы, — укатилась она к ограждению и усиленно начала взвиваться в воздух. — Туда смотри.

Зябко поёжившись, я пошла в указанном направлении. Раз уже на месте, чего бы и не посмотреть. Интересно же.

Вблизи бойницы оказались не такими уж и узкими, я при желании пролезла бы и не поцарапалась. Правда, одного взгляда вниз хватило, чтобы желание гарантированно отпало. Высоко, однако. Метров пятьдесят, а может, и поболее. И это ведь не обустроенная смотровая башня на каком-нибудь небоскрёбе. Нет, только толстенная стена, дырка в ней и пронизывающий ветер.

Пока водила головой и осторожно выглядывала наружу, успела рассмотреть плодовые сады за самыми замковыми стенами, да и сами стены, не ожидала, что дом у некроманта — настоящая крепость. Заметила небольшое озеро и полоску леса вдалеке. А вот никакой нежити я не видела. Да и битвы тоже.

Я знала, что территория маркизата довольна обширна, но почему-то была уверена, что сам замок стоит на самой границе и если нежить прорвалась, то уже отирается на самом пороге. А тут, куда ни глянь, везде тишь да благодать.

— Куда смотреть-то? — не выдержала я, окончательно продрогнув на холодном ветру.

Не месяц май на дворе. Вот совсем.

Руни повздыхала, поворчала что-то о бракованных демонах, да и выложила прямо передо мной подзорную трубу.

— Раритет, — уважительно погладила я изящно выполненный прибор.

— Новинка! — возмутилась меховушка.

Новинка не новинка, но смысла вспоминать о линзах и оптике уже нет. Боюсь, в этой области, мои знания на уровне увеличения и заканчиваются.

— Да смотри уже, хозяин сейчас в атаку пойдёт! — напомнила мне о цели нашего визита Руни, пока я рассматривала подзорную трубу.

Аккуратно поднеся трубу к глазу и осторожно приникнув к окуляру, глупо хихикнула. Мне б ещё повязку на глаз и попугая на плечо и можно смело бы орать на всю округу: ' Полундра!'. Впрочем, за пернатого спутника вполне могла сойти и Руни.

Крутила механизм я долго. Вроде и никакими зрительными нарушениями не страдала, а поймать фокус никак не удавалось. Тени с огонёчками мелькали, а чёткую картинку труба показывать никак не собиралась. Я даже на внешнюю линзу от души поплевала и рукавом протёрла, но только развеселила пушистую засранку, что явно наслаждалась моим конфузом. И чего, спрашивается тогда, на шоу позвала?

А потом вдруг увидела… это. Я не знаю, почему я считала, что слово «нежить» подразумевает под собой восставших мертвецов разной степени разложения. Возможно, виной таким оголтелым стереотипам было засилье зомби в сериалах, или целые расы в компьютерных играх. А может дело в переводчике, встроенном в голову, ведь живыми назвать существа, что я смогла рассмотреть в трубу назвать было трудно.

Больше всего существо медленно, но неумолимо топающее по выжженному полю, напоминало огородное пугало. Не милого Страшилу из известной сказки, а героя низкопробных ужастиков. Неуклюжие движения, белёсый шар в трещинку вместо головы, конечности из палок, хотя, может, и из целых брёвен, масштаб пока выяснить не удалось.

А потом я нашла следующее существо, больше похожее на палочника, на котором верхом ехал облезлый труп какой-то некрупной животинки.

И ещё одно. И ещё.

Скелеты и зомби шли бок о бок с растительными мутантами. В какой-то момент я перестала искать сходства и подбирать аналогии. А смысл? Какой бы силой они ни были созданы, но повторов не наблюдалось.

Оценить весь размах нашествия на расстоянии тоже не удавалось. Стояли бы они стройными рядами, может, и смогла бы найти границы, но вся эта толпа бурлила. Где-то медленно и степенно вышагивали растительные монстры, где-то шныряли между деревянных конечностей мелкие и юркие целые тушки грызунов. Останки людей, животных, птиц, деревьев — всё смешалось в сюрреалистичную армию.

Я двигала и двигала подзорной трубой, пока не наткнулась на людей. И вот тут мне очень захотелось высказаться, желательно матом.

Солдат было мало. Очень мало. Может человек тридцать, может, больше, но по сравнению с наступающими силами просто капля в море.

— Как же так, Руни? — не отрываясь от окуляра, поражённо спросила я. — Почему нет заградительных сооружений, почему народу так мало? Да хоть примитивные ловушки бы установили. Почему?

— Думаешь, многие хотят служить на границе? Только для тёмных распределение обязательно. Да и то… отслужат положенные три года и сваливают обратно в столицу. А их и так мало. А граница на многие километры тянется, — тяжко вздохнув, пожаловалась меховушка.

— Но… если солдаты проиграют, кто остановит этих тварей?

Выходило, что никто. Потому и бежали крестьяне с плодородной земли. Потому и деревни, и города были населены всяким сбродом, отчаянными головами и отчаявшимися стариками.

Конечно, за территорию маркизата нежить не выпустят, на границе с основным королевством квартируются как раз вполне себе укомплектованные боевые части. А вот некроманты сами по себе. Своими силами должны выполнять роль заслона для мирных граждан.

— Подло как-то, не находишь? — до хруста сжала несчастную трубу, так и не услышав ответа, заметила движение в стане людей.