Глава 19

Мужчина, которого мы только что нашли, дёрнулся. Его глаза наполнились бледным светом, и изо рта вырвался хриплый, чужой голос:

– …Я… не хотел… – дыхание рвалось, слова выходили с усилием, будто он говорил сквозь воду. – Сказали… молчи…

Я инстинктивно шагнула вперёд, словно меня что-то тянуло:

– Кто сказал? – тут же включился в дело лорд-протектор.

Глаза мертвеца дёрнулись, он будто пытался сосредоточиться на его лице:

– Вуаль… чёрная… холод… – Тело стало заваливаться, так что Ардалю пришлось его удерживать.

– Что за «вуаль»? – Каэль нахмурился и немного потряс его.

– Она… смеялась… – хрип сорвался на кашель, потом голос мертвеца стал едва слышным: –Лорд… следующий…

– Что? Кто? – Я почувствовала, как сжалось сердце.

– …Поздно… – Тело обмякло, и свет в глазах погас.

Вечерний сад снова наполнился только тихим плеском фонтана и шелестом листвы. Ардаль медленно выпрямился, уложив тело на скамейку, взгляд его был мрачным:

– Похоже, у нас не просто мёртвый гость.

Я обняла себя дрожащими руками и отступила на шаг. Мне стало холодно.

– Он сказал… «лорд… следующий»…

– Именно, – ответил Каэль, – и у меня есть очень много вопросов… И первый… что за лорд?

Ардаль, быстро проверив, нет ли свидетелей, наклонился к телу, обыскал и резко поднялся.

– Никому ни слова, Евжения… – твёрдо произнёс он.

– Но… – возмутилась я.

– Ни слова, – повторил мужчина жёстко, встретившись со мной взглядом. – Паника сейчас сыграет на руку только врагу. Неизвестному врагу… М-да… жаль вы ещё не владеете силой…

Мы вернулись в зал боковым коридором, избегая людных проходов. С приглушённым смехом и музыкой, доносившимися из приёмного зала, всё казалось странно нормальным, как будто в саду мы не находили труп и не разговаривали с мёртвым.

– И кому мы можем доверять? – тихо спросила я, когда остановились у колонны, из-за которой было видно танцующих.

Ардаль бросил быстрый взгляд в сторону Совета. Лорд Баршон разговаривал с советником Мавиром, а рядом с ними стояли ещё трое, серьёзных и надменных.

– Двум. Возможно, трём. Остальные… – он прищурился. – Улыбаются слишком широко.

– А Селин? – спросила я, невольно нахмурившись, заметив красное платье.

Слово «вуаль» лично мне как-то намекало на то, что замешана женщина.

– Ей – меньше всего, – ответил он холодно. – Она знает слишком много и никогда не стеснялась использовать это.

Музыка сменилась, и по залу пронёсся смех. Для гостей всё оставалось праздником. Только мы двое знали, что в саду остался безжизненный человек, а в его последних словах прозвучала угроза.

– Значит, – подытожила я, сдерживая дрожь, – мы играем в чужую игру.

– Да, – кивнул Каэль, – но теперь мы хотя бы знаем, что в ней есть ставки.

Вечер больше не казался увлекательным. Улыбки ощущались фальшивыми, а смех – притворным. Меня даже начал бить озноб от всего происходящего.

– Мы можем уехать, – сообщил лорд, заметив моё состояние. – Сейчас это вполне позволительно. С Советом ты пообщалась, а ужин, я думаю, есть тут не захочешь.

Представила, что нас могут спокойно отравить, и меня передёрнуло.

Добирались обратно в полной тишине. Под стук колёс каждый думал о своём.

– Мне нужно отлучиться, – заявил Каэль, когда мы доехали и Герхорд (вот уж не ожидала) помог мне вылезти из кареты. – Я усилю охрану поместья. А вы ложитесь спать, Евжения, нужно ускорить ваше обучение.

– Но… – возмутилась было я, ведь голод не тётка.

– Утром поговорим. Сейчас не до вас! – оборвал меня лорд.

Дверь кареты захлопнулась, и она понеслась по кругу на выезд.

– Герхорд! – остановила я криком почти скрывшегося в доме мужчину. – Велите подать ужин.

Дворецкий обернулся с возмущённым выражением лица, но сдержанно кивнул.

Марго аккуратно помогала мне переодеться. Эти их платья без прислуги снять, да и надеть было нереально. Немного раздражающим фоном шла непрекращающаяся болтовня призрака. Камеристка в посмертии оказалась весьма болтлива. Пока меня не было, она слонялась по поместью и наблюдала за всеми. Потом же с азартом сплетничала обо всём, что видела. Незаменимый шпион.

Пока я обмывалась, служка принёс ужин. Как и в первый раз, довольно скромный. Но, что удивительно, на подносе лежала записка: «Через десять минут в саду. Не опаздывать. – Г.»

– Великолепно, – пробормотала я, натягивая плащ поверх пижамы. – Ни ужина, ни сна. Только проклятия и некромантия.

Сад встретил меня той же жутковатой атмосферой. Гратур уже ждал, вися над колодцем в виде полупрозрачного торса с чайником в руке.

– Опоздала на три минуты. В реальном бою ты бы уже была мертва. Или, что хуже, позорно не прошла зачёт.

– Вы серьёзно хотите провести урок снова ночью?

– Пока не выучишь базовые теневые структуры, время обучения не имеет значения.

Урок заключался в том, чтобы начертить на земле магический контур (правильно защищённый и стабилизированный) и попытаться призвать нечто простое. Очень простое. Теоретически безопасное.

Я нарисовала. Голод мучил желудок и мешал сосредоточиться.

– И теперь… говорим слова. Только без импровизации! – предупредил Гратур.

Я пробормотала формулу призыва, что мы недавно прошли. Что-то хлопнуло. Земля затряслась. И из круга вылез… полуистлевший зомби. В фартуке.

– …М-м-м, – произнёс он. – Ужин будет через пятнадцать минут, госпожа.

– Что?.. – я чуть не рухнула на землю. – Я что, вызвала… повара?

– Видимо… и, видимо, достаточно воспитанного, – буркнул Гратур, наблюдая, как нежить бодрой поступью направляется к дому, заметив заднюю дверь для слуг.

– Я даже не думала о еде!

– Магия – отражение подсознания. Видимо, ты всё-таки хочешь кушать.

– Хочу! Но не в сопровождении разлагающегося шеф-повара!

– Неблагодарная. Между прочим, он раньше работал при королевском дворе, видишь знак?

Зомби-шеф остановился в этот момент, развернулся к нам и поклонился. Затем поправил фартук, на котором блеснул бронзовый шеврон, и слегка прихрамывая поспешил к двери.

Гратур закатил глаза:

– Сегодняшний вывод: магия требует сосредоточенности. Особенно твоя. А теперь упражнения. Пять кругов, двадцать повторений.

– Я что, на проклятом фитнесе? – возмутилась на грани истерики.

– Ближе к физкультуре с элементами некромантии. Укрепляет волю и чувство реальности.

Упражнения заняли ещё два часа. Я вымоталась, испачкалась и один раз подожгла куст (он, к счастью, оказался огнестойким). Зато к концу занятия смогла вызвать маленькое светящееся нечто, которое танцевало в воздухе под музыку, напоминающую шансон.

– Может, на сегодня достаточно? – спросила, едва держась на ногах.

– Ну хоть что-то, – кивнул Гратур. – Завтра – основа общения с тенями. Надень что-нибудь чёрное. И желательно поверх нательного белья.

Когда я вернулась в дом, меня уже ждал тот самый зомби-повар, любезно поставивший передо мной тарелку с пышным омлетом и несколько оладушек. Большой бокал с горячим травяным настоем завершал картину. Хотя нет… под стаканом имелась записка: «Ваш ужин, госпожа».

– Ну, хоть кто-то здесь знает, что такое сервис, – произнесла я, со стоном впиваясь в оладушек.

Из теней тихо появился Князь и боднул меня в плечо, требуя свою долю. Затем улегся рядом.

Я ела и думала о том, как нелепо всё это: непонятный, никому не нужный допрос на балу, бывшая лорда с наездами и знаниями обо мне, будто меня ей показали… да советники с угрозами. И апофеозом – мертвец в саду. Что за странная интрига разворачивается… Этот нелепый пазл никак не хотел складываться во что-то понятное.