Глава 64: То письмо.

— Оу…

— Оу?

— Ага. Оу.

— Ты что, умеешь и свои мысли транслировать?

— Наверно теперь умею. Я не знаю, Рэм… я с трудом соображаю.

Рэм глубоко вздохнул, уткнувшись на секунду мне в грудь, а потом всё же аккуратно помог мне подняться. Мы медленно завалились на постель, Рэм сграбастал меня в свои объятия и уткнулся губами мне в макушку.

Мы лежали в обнимку, восстанавливая дыхание. Рэм перебирал мои спутанные локоны, разбирал их на мелкие прядки, распутывал.

— Прости, Пешет.

Я открыла глаза, чувствуя, как ресницы щекотят кожу на его шее.

— Не извиняйся. Тебе это не идёт. Я сама тебя спровоцировала, так что…

— Это я понял. За это спасибо. Стало немного легче. Но я не за это прошу прощения, а за…

— Я же сказала, тебе это не идёт.

— Да твою ж… Пешет, ты можешь хоть раз не быть…

— Сукой?

— Собой!

— Возможно, когда снег пойдёт над южным морем, тогда я перестану быть собой, — Рэм тяжело вздохнул. Я поддержала его в этом и всё же продолжила уже тише. — Я простила тебя и не злюсь.

— Как давно?

— Не знаю. Где-то на пути в Ваалар.

— Не так уж давно.

— Учитывая, как стремительно всё происходит…

— Нда, — он машинально спустился рукой по моей спине и принялся поглаживать меня вдоль позвоночника, прощупывая давно побелевшие рубцы. И теперь, когда мой разум не был сбит с толку страстью, я сообразила, что лежу абсолютно голая перед мужчиной и он может разглядеть меня абсолютно всю… — Чего ёрзаешь? Неудобно?

— Нет. Где моя рубашка…

— Замёрзла?

— Я не мёрзну, Рэм. Никогда. Просто хочу прикрыться.

— Прекращай, Пешет. Твои шрамы меня не отталкивают. Мне казалось, ты это поняла…

— Ты просто не успел разглядеть. Ты видишь мою рубашку?

— Я вижу тебя. Успокойся. Поверь, даже твой прекрасный характер не справился с тем, чтобы вызвать во мне отвращение и отвадить меня от тебя. Так что будем считать шрамы твоей изюминкой.

— Да уж, ты в значительной мере приуменьшил…

— Пусть будет ящик изюма. Успокойся.

— Ты сумасшедший.

— Ты тоже. Идеальная пара.

Я вздрогнула, услышав это.

— Мы не…

— Что? Не пара? Ага. А Турцел не бандит.

— Но он действительно не бандит. Так… лихой разбойник-авантюрист. Он хороший человек…

— Пешет. Ты можешь думать что хочешь, это всё равно не изменит того, что мы просто идеально, сука, друг другу подходим.

Он стиснул меня в крепких объятиях сильнее, утыкаясь мне в макушку. Ещё бы чуть-чуть и заурчал как кот.

— Не самое лучшее время для каких-то планов.

— А я ничего и не планирую. Я просто буду рядом и всё. Я не стану слушать тебя и твои сомнения. Я устал бегать и спорить.

— Эй… Я просто не хочу торопиться! У нас ещё проблем выше крыши!

— Торопиться. Как по мне, мы несказанно тормозили... — я набрала воздух, чтобы возразить. — Ладно, ладно... Тогда просто наслаждайся моим прекрасным обществом и привыкай к нему.

— Ох, вот дерьмо. Рэм, слушай, если мы с тобой переспали, это ещё ничего не значит.

— Да, да, я так и почувствовал, как это ничего не значит…

— Я просто хотела вытащить тебя из той ямы, в которую ты постепенно проваливался.

— Тебе это удалось.

— Я этого не планировала.

— Да ты вообще никогда не планируешь. Ещё бы ты планировала. Был бы вообще хаос. Вообще, самые лучше события это спонтанные. И секс в том числе. Нет ничего хуже запланированного секса.

— Тебе виднее.

Рэм замер, озадаченно вздохнул.

— Погоди, — он поднял моё лицо и заглянул мне в глаза. — Не понял. Ты что, ещё ни с кем не спала?

— Нет. Не довелось как-то.

Он нахмурился, отпечаток дикого удивления отразился на лице.

— Как так? Я думал ты с Клевенски…

— Посмотри на меня внимательнее.

— Боже, Имельда, ты переоцениваешь отталкивающую способность своего тела. Клевенски хотел тебя, это было видно невооружённым глазом.

— Мы можем не говорить об Итане? Это не то, что я хотела бы сейчас обсуждать.

— Я просто удивлён. Я даже не понял, что ты ещё ни с кем…

— Может, потому что я просто наслаждалась моментом?

Рэм улыбнулся и крепче обнял.

— Я это понял. Сложно было не понять, когда в голове неожиданно появляются чужие ощущения…

— Извини, это не специально вышло. Наверно сила моего желания оказалась достаточной, чтобы ты и впрямь это ощутил.

— Это было жутко и потрясающе одновременно. В следующий раз предупреждай.

— Отправлю заранее письмо по почте.

Рэм смешливо фыркнул на моё ворчание.

— Нет, спасибо, писем мне больше не надо.

— Я не писала то письмо.

Рэм тяжело вздохнул.

— Но оно было.

— Это была не я.

— Я тебе верю. Верю. Но кто-то же его написал… Кто-то, кто преследовал не пойми какую цель…

— Какая разница уже, зачем это было сделано. Мы всё равно этого уже не узнаём.

— Почему?

— Тот, кто это сделал, умер.

— Ты знаешь, кто это был?

— Знаю.

Рэм поднялся на локте, внимательно всматриваясь в мои глаза.

— Кто?

— Так ли это важно уже сейчас, Рэм?

— Для меня очень важно. Если бы не это письмо…

— Если бы да кабы!

— Имельда, не тяни.

— Да Розалинд это была, — я печально вздохнула. — Увидела в твоих воспоминаниях краем глаза то прокля́тое письмо. Узнала почерк… Она умела писать похоже на меня.

— Розалинд? — он нахмурился. — Она же твоя подруга.

— Была. Не такая близкая, как оказалось. Что было, то прошло. Что ты вот поднял эту тему сейчас, а? Всё равно она уже умерла и ничего не попишешь.

— Пешет.

— Что?

— Вообще-то, Розалинд жива. Ты что, не помнишь?