Глава 15

Галина

Вякнуть я так ничего и не успела, а через секунду в моём рту орудовал наглый и весьма умелый язык Назара. Его борзый напор снёс не только все документы и канцелярию с моего стола, но и мысли и сомнения из моей дурной башки.

«По-взрослому, так по-взрослому…» – последнее, что пронеслось в голове, и, вцепившись пальцами в ворот его рубашки, я дёрнула Назара на себя и начала отклоняться спиной на стол.

Ловкие пальцы скомкали подол платья и, не церемонясь, задрали его до талии, треснули трусики, сдаваясь на милость завоевателя, вжикнула молния брюк и…

– Ой, – пискнула я и, распахнув глаза, уставилась на Назара.

– Поздно, матрёшка, – прорычал он и, самодовольно усмехнувшись, начал двигаться, а мой рот на всякий случай заткнул поцелуем.

Неудобный стол? Не-а, не заметила. Стеснение и принципы? Ага, валяются где-то там в пыльном углу, куда, кажется, Назар зашвырнул обрывки моих новых и дорогих трусиков. Жалко? Да вообще пофигу.

Наплевав на… да в принципе на всё, я запрокинула голову и, подставив шею под жадные поцелуи, застонала в голос.

Назар ускорился и, поймав мои руки, завёл их мне за голову и прижал к столу. Бедная мебель жалобно скрипела, я, слишком быстро приближаясь к пику наслаждения, орала, уже не стесняясь, а Назар метил мою шею и грудь засосами и утробно рычал.

– Что это было? – приходя в себя, подумала я, когда всё закончилось. Назар уткнулся мне в шею и глухо рассмеялся, а я запоздало покраснела и ойкнула: – Я что, сказала это вслух?

– Ага… Кажется, парочка оргазмов, – услужливо подсказал он, а я зажмурилась и, осознав, что вместо рокового охмурения, произошла капитуляция по всем фронтам, мысленно чертыхнулась.

Приподнявшись, Назар отстранился и, осмотрев мою распластанную и разделанную тушку, расплылся в довольной улыбке. Чувствуя неловкость, я поспешила поправить сдёрнутые лямки платья, а потом опустила руку вниз и, обнаружив кое-что непредвиденное, резко села.

– Прости, не успел позаботиться о защите. Я полностью здоров, а в остальном… Надеюсь, это не проблема? – пожав плечами, повинился Назар.

Застегнув ширинку, он оглядел мой кабинет и, развернувшись, быстро ушёл. Погрузившись в судорожные подсчёты дней своего цикла, я осталась сидеть на столе с раздвинутыми ногами и открытым ртом.

Вот так просто? Получил заслуженную благодарность и ушёл? Кобель! Господи, как же стыдно!

Сама не поняла, в какой момент план по хладнокровному совращению конкурента пошёл не по сценарию, но назад, как говорится, не отмотаешь. Теперь он думал обо мне как о легкодоступной и беспринципной девице, не иначе. Вон как резво ускакал! Ни пока, ни спасибо за секс. Чёрт!

Неловко соскользнув со стола, я огляделась и, заметив свои растерзанные трусики, снова чертыхнулась. Эти клочки больше ни на что не годились.

– Гадство. Как стыдно-то, – пробормотала я. Схватив свою сумку, начала искать хоть что-то, чем можно остановить поток между ног и, не услышав приближающиеся шаги, вспылила: – Дура! Катька меня убьёт. Надо же было так опозориться!

– Ты о чём? – раздалось от двери, а я вздрогнула и выронила сумку. Приблизившись, Назар сунул мне в руки рулон бумажных полотенец и, склонив голову набок, улыбнулся: – Не знаю, как тебе, а мне всё понравилось.

– Ну ещё бы, – буркнула я и, покраснев, заворчала: – Отвернись. А ещё лучше выйди.

– А мне казалось, что ты пьянее, чем кажется, – отвернувшись, задумчиво произнёс Назар и, тихо рассмеявшись, добавил: – Но знаешь… Я даже рад, что всё так вышло. Это было…

– Это было ошибкой, – недослушав, отрезала я, а он оглянулся, вздёрнул брови и криво усмехнулся.

– Вот как? – смерив меня прищуренным взглядом, выдавил разочарованно и, выдержав паузу, пожал плечами: – Ну, ок'ей. Что дальше? Может, тогда присоединимся к празднику? Потанцуем, выпьем, пообщаемся, узнаем друг друга получше и…

– Сдурел? – покрутив пальцем у виска, возмутилась я и, уперев руки в бока, заворчала: – Если ты не забыл, я осталась без трусиков. Какие мне теперь танцы?

– Ну и что в этом такого. Если будешь себя хорошо вести, я никому не скажу. Обещаю… – поиграв бровями, игриво проурчал Назар, а я задохнулась от возмущения и открыла рот для ответной шпильки, но в нашу перепалку бесцеремонно вмешались.

Бегая за полотенцами, Назар не потрудился закрыть ни одну из дверей, и нашествие незваных гостей в пылу взаимной грызни мы не заметили. Наш ну о-о-очень содержательный диалог шёл на повышенных тонах, и надежда, что никто ничего не расслышал, сразу же растаяла.

– Кто тут без трусов? – изобразив удивление и детскую непосредственность, поинтересовалась появившаяся в отделе Машка и, обернувшись, обратилась к кому-то за спиной: – Я же говорила, что они оба здесь.

– Это я уже и так понял, – зайдя в отдел, пробурчал босс и, смерив меня дотошным взглядом, поджал губы и нахмурился.

Густо покраснев, я опустила глаза в пол и, заметив, что стою босиком, юркнула за рабочий стол. На всякий случай потрогала причёску и, обнаружив на голове воронье гнездо, смирилась, что срам прятать как бы уже поздновато.

– Что же вы, Галина кхм-м… Романовна, от коллектива отрываетесь? – в свою претензию босс вложил максимум осуждения. Зыркнув на Машку, лучащуюся довольством, многозначительно кашлянул, но не дождавшись закономерной реакции, перешёл к делу: – У меня к вам серьёзный разговор, а так как торжественную часть вечера вы пропустили, я решил…

– Не по своей воле, – перебив, заметила я и, покосившись на Машку, скрестила руки на груди.

Она закусила нижнюю губу и, потупив взгляд, попятилась, без слов доказав свою причастность к моему заточению. Буравя свою обидчицу убийственным взглядом, я собралась нажаловаться по полной программе, но в разговор вмешался Назар.

– Дядь, давай не сейчас, а. Ты всё неправильно понял, и мы могли бы…

– А тебе лучше помолчать! – взорвался босс и, обернувшись, рявкнул на свою фаворитку, не особо торопящуюся слинять: – С той стороны дверь закрой!

Подскочив от неожиданности, Машка пулей вылетела из отдела и, громыхнув дверью, помчалась по коридору. Ну всё… Комета сплетен запущена. Что дальше? Под какой плинтус мне ползти?

– Дядька, ну ты не перегибай, – насупился Назар, а Антон Петрович вдруг завис.

Уставившись в одну точку, о чём-то задумался и, сменив гнев на притворную милость, обратился ко мне:

– Галчонок, нам поговорить надо. Ты пока иди с коллегами повеселись.

Веселиться, да? Ага, прям бегу и падаю. После того как на вечеринку угарцевала Машка, заряженная скандальными новостями, я без трусов и в растрёпанном виде туда ни за что не сунусь.

Вслух я, конечно же, этого не сказала, но решение приняла почти мгновенно.

Подойдя к шкафу, вытащила свои вещи, переобулась и, подобрав сумку, продефилировала на выход, приняв максимально гордый вид.