Глава 5

Лейла

Я сижу напротив Данияра, моего властного мужа, который должен стать моей опорой и моей семьей. И вижу лишь холодный блеск в глазах и жесткую линию рта.

— Лейла, мне срочно нужен наследник, — произносит он, как будто зачитывает параграф из законопроекта. Голос ровный, без эмоций.

Я молчу, ком подкатывает к горлу.

Уже год мы женаты. Год, наполненный приемами, зваными ужинами, бесконечными протоколами и фальшивыми улыбками. Год, в котором я старалась быть идеальной женой для идеального мужа. Но за этой глянцевой обложкой скрывалась зияющая пустота.

— Ты знаешь, что у меня проблемы, — продолжает Данияр, и в его голосе проскальзывает раздражение. — Проблемы, которые не позволяют нам зачать ребенка естественным путем.

Я опускаю взгляд на свои руки, переплетая пальцы до хруста. Я знала. Он сам сказал мне об этом еще до свадьбы. Бесплодие. Приговор, вынесенный не мне, но проживать его приходится нам обоим.

— ЭКО, — он произносит это слово, как название дорогого курорта. — Мы сделаем ЭКО. Это единственный выход.

Я поднимаю глаза, надеясь увидеть хоть каплю сочувствия, но вижу лишь упрямую решимость.

— Данияр, я бо… — начинаю я, но он перебивает.

— Кто будет донором — не имеет значения. Главное, чтобы ребенок был здоров. Мне нужен наследник, Лейла. Понимаешь? Наследник моей фамилии и моего состояния.

Его слова обжигают, словно кипяток. Я чувствую себя инкубатором, сосудом, предназначенным для вынашивания наследника. Никакой любви, никакой близости, только холодный расчет.

— Я не хочу, Данияр, — тихо говорю я, чувствуя, как слезы подступают к глазам. — Я не хочу ребенка от незнакомца.

— Ты жена депутата Махдиева, — цедит он сквозь зубы. — Ты должна думать о благе нашей семьи и о нашем будущем.

Он прав. В его мире все подчинено выгоде и статусу. Но что насчет моих желаний? Моих чувств? Моей мечты о настоящей семье, построенной на любви и доверии?

Я встаю из-за стола, чувствуя, как внутри меня нарастает буря. Я больше не могу дышать в этой атмосфере лжи и лицемерия.

— Я подумаю, — говорю я, стараясь, чтобы голос звучал твердо. — Мне нужно время.

— Не разочаровывай меня, Лейла. Не заставляй жалеть о том, что я взял в жены именно тебя.

Выхожу из столовой, стараясь не бежать. В голове — хаос. Куда идти? К кому обратиться за помощью?

И в этот момент в памяти всплывает его образ. Тагир, мой бывший, к которому я до сих пор испытываю нежные чувства. Тагир, врач-репродуктолог и человек, который понимает меня, как никто другой.

И в голове рождается безумная, отчаянная мысль. А что, если…? Что, если попросить его? Что, если он согласится стать донором?

Да, это безумие. Но это единственная возможность сохранить хоть что-то от себя в этом браке. Единственный шанс родить ребенка, в котором будет частичка человека, которого я люблю. У него идеальные гены.

Достаю телефон и набираю его номер. Сердце замирает в ожидании. Гудки кажутся бесконечными.

— Алло, — слышу я его голос, такой знакомый и родной.

— Тагир, это Лейла, — говорю я, и голос предательски дрожит. — Мне нужна твоя помощь.

* * *

Аврора

Еду в машине и чувствую себя подростком, сбежавшим из дома. Только мне не семнадцать, а двадцать семь, и сбежала я не на дискотеку, а… просто к маме.

Тагиру ничего не сказала. Пусть поволнуется. Пусть почувствует себя в моей шкуре, когда я жду его допоздна, не зная, где он и с кем. Просто я нуждаюсь в разговоре по душам и мамином совете. А еще в ее фирменном ромашковом чае с медом.

Дом мамы встречает меня запахом свежей выпечки и уютом. Она сразу же бросается обнимать меня, осыпая вопросами:

— Что случилось, Аврора? Почему такая печальная? Тагир тебя обидел? На работе проблемы?

Я печально улыбаюсь в ответ:

— Все хорошо, мам. Просто соскучилась.

Но она-то меня знает, как облупленную. Видит все насквозь. Так что не имеет смысла долго скрывать, с чем я пришла к ней.

— Помнишь, я тебе говорила про бывшую Тагира? Лейлу?

Мама кивает, хмуря брови.

— Она вернулась, мам. Объявилась ни с того ни с сего. Приходит к нему на работу и сидит у него подолгу. Она такая… хищная, что ли. И я не знаю, о чем они говорят. Но чувствую, что она что-то задумала. Боюсь, что он уйдет к ней. Что я недостаточно хороша.

Голос дрожит. Слезы подступают к глазам. Мама берет мою руку в свою теплую ладонь:

— Глупая ты моя девочка. Тагир тебя любит. Я вижу это. И если эта Лейла такая хищная, значит, у нее нет того, что есть у тебя — тепла, искренности, любви. Доверяй своему мужу. И себе.

— Мам, он не любит меня, не любит и не хочет от меня детей!

Еще немного — и я откроюсь ей, расскажу, какую страшную тайну узнала. Возможно, после этого Тагир навсегда падет в ее глазах. Мама есть мама, она всегда будет на моей стороне.

Но ее отвлекает телефонный звонок, и я снова остаюсь наедине со своими мыслями…