ГЛАВА 10

Тамила

Рома отходит от первого шока, пока я пытаюсь протолкнуться языком между его сжатых губ.

«Ну давай уже, отмирай, муж. Мне это сейчас очень нужно»

Он, словно услышав мысленный посыл, через несколько секунд наконец оживает и приоткрывает рот, впуская мой язык. Я не успеваю переориентироваться, как в нашей паре уже ведет он. Сжимая мои ягодицы, несет меня к кровати и, забросив на нее, накрывает своим телом. Я нетерпеливо стаскиваю свою футболку и пытаюсь расстегнуть лифчик, но пальцы соскальзывают. Рома вытаскивает мои руки из-за спины.

– Тише, девочка, не суетись, – ласково произносит он, глядя прямо на меня. – Уверена?

Я киваю, глядя в бушующее пламя в его глазах. Давай же, пока я не передумала.

– Не будешь потом сожалеть?

– Ты хочешь поговорить?

– Нет. А ты?

– Точно нет.

– Если начну, не остановлюсь.

– И не надо. И хватит уже болтать.

На лице Ромы расцветает плотоядная ухмылка, а потом он снимает с меня шорты и нижнее белье, сам при этом оставаясь в полотенце. Сколько раз он видел меня голой? Раза три точно. А вот я его – всего лишь разочек в душе, и то мельком. Рома встает с постели, и я пользуюсь этим моментом. Сдвигаюсь на край, спускаю ноги на пол и ловлю его за бедра, заставляя встать передо мной. Он смотрит на меня сверху вниз, а я чувствую, как полыхают щеки. Первый секс с новым мужчиной всегда немного неловкий, но я собираюсь быть отважной девочкой, которая сегодня возьмет все, что ей хочется.

Рома не сопротивляется, когда я дергаю за заправленный конец махровой ткани, освобождая мужа от полотенца. Перед моим лицом упруго пружинит уже твердый член, и я тяжело сглатываю. Как это чудовище поместится во мне? Перевожу испуганный взгляд на Рому, он ухмыляется.

– Что такое?

– Эм-м-м, я не ожидала, что тут такая… дубина.

Рома смеется, задрав голову, а потом смотрит на меня, слегка прищурившись.

– Что будем делать? Отказываемся от этой затеи?

– Нет! – практически выкрикиваю я, а потом обхватываю ствол рукой. Сжимаю пальцами бархатную кожу, кайфуя от его твердости и того, как он дергается у меня в ладони.

Не знаю, что побуждает меня сделать это, но я подаюсь вперед и целую самый кончик, а Рома шумно выдыхает сквозь крепко сжатые зубы. Его ладони ложатся на мои плечи, я вижу, что он сдерживается, чтобы не дернуться и не протолкнуться между моими губами. Приоткрываю их и «углубляю поцелуй». Но не сосу его, я знакомлюсь с ним. С мускусным запахом, совсем другими ощущениями на губах и языке. Он чужой, но при этом я не испытываю отторжения. Словно не такой уж и чужой. Как будто просто ждал меня долго. Зацеловываю головку, облизываю уздечку. Ромку потряхивает, его пальцы крепче вцепляются в мои плечи, а потом двигаются по шее к подбородку, обхватывают его, заставляя меня поднять голову выше и смотреть на него. Я шире открываю рот и впускаю его в себя. Рома кладет руки на мои щеки и начинает медленно, чувственно входить в мой рот, так же выходит, и все повторяется. Он действительно большой, я не то что не достаю губами до основания, я едва преодолеваю половину. Мне нечем дышать, но это ощущение мне нравится. Такое вот странное открытие для меня. Мне ограничивают доступ кислорода, а я плыву от этого, чувствуя возбуждение. Царапаю его бедра, когда он немного ускоряется, но не жестит, все делает аккуратно, словно боится меня спугнуть. И вдруг я понимаю, что не хочу нежности. Хочу пожестче, потому что внутри меня вибрируют страх, остатки сомнения и ярость, которую я пока еще никуда не выплеснула.

Рома двигается уже быстрее, не сдерживая рычания, и меня это заводит еще сильнее. Если бы могла сейчас говорить, я бы сказала ему об этом. Но, думаю, он и сам догадывается по тому, какими твердыми стали мои соски, как моя грудь ходит ходуном от прерывистого дыхания. Он выскальзывает из моего рта, я успеваю сделать шумный вдох, а потом снова резко входит и, уже не сдерживаясь, трахает мой рот. Я чувствую, как по подбородку стекает слюна, как в глазах скапливаются слезы. В другой раз я бы засмущалась, но перед Ромой почему-то не стыдно. Рядом с ним все ощущается слишком естественно. Наконец он покидает мой рот и, легонько толкнув, заваливает на кровать. Сам становится на колени между моих ног и набрасывается на мою грудь. Все. Больше никакой нежности и осторожности. Дальше только животные инстинкты, неконтролируемое желание и состояние какого-то транса, из которого я выйду еще, похоже, не скоро. Мозг затуманен, сознание плывет. Я то и дело вскрикиваю от укусов в шею, грудь, каждого из сосков по очереди получает грубую ласку. Рома сжимает грудь практически до болезненных ощущений, но они странным образом отзываются удовольствием в моем теле. Острые импульсы растекаются до самых кончиков пальцев, я чувствую в них покалывание и дрожь. И он смотрит на меня. Я точно знаю, что видит он сейчас именно меня. Не Лену, не любую другую девушку. Меня.

Рома смещается ниже, прикусывает чувствительную кожу внизу живота, щиплет губами лобок, а потом проникает языком между уже влажных складочек, заставляя вздрогнуть. Я выгибаю спину и протяжно стону, когда его язык творит магию у меня между ног. Наглые пальцы пробираются внутрь и толкаются, нажимая на самую чувствительную точку. И я взлетаю. Выше и выше, пока не достигаю пика, но перед самым взрывом он резко останавливается.

– Какого… хрена? – выдыхаю я.

Сердце колотится на разрыв, этот грохот отдается эхом даже в горле. Я облизываю пересохшие губы и с укором смотрю на улыбающегося Рому. Он тянется к прикроватной тумбочке, достает оттуда презерватив и распечатывает упаковку. Я поднимаюсь на локтях и жадно слежу за каждым его движениям.

– О, они и такого размера бывают?

Я не пытаюсь сделать ему комплимент, скорее саркастичное замечание. И Рома не воспринимает это как попытку облизнуть его эго, нет. Он и без меня знает себе цену, и вполне отдает себе отчет в том, чем его наградила природа. Как только латекс раскатан по стволу, Рома нависает надо мной, а ко мне возвращается страх. Ладно рот, но как он поместится там?

– Перестань бояться. Все будет хорошо, – шепчет Рома, пристраиваясь у входа.

Я пытаюсь расслабиться, откинувшись на спину, глубоко дышу. Одной рукой Рома гладит мои волосы, пока второй приподнимает бедро. Я чувствую, как горячая головка утыкается мне в промежность, и слегка напрягаюсь.

– Не сжимайся, впусти меня.

Его голос такой… невероятный. Тихий, низкий. Тон приказной, но без резкости. С ноткой нежности, которой мне сейчас так не хватает. Впиваюсь в его губы, ощущая, как он растягивает меня снизу. Все происходит так медленно, нас обоих слегка трясет. Но мне сейчас так нужно, и Рома это знает. Наконец он погружается короткими, аккуратными толчками, вырывая из меня стоны и заставляя мои глаза закрываться.

– Вот так, Тами, впусти же меня до конца. Давай, расслабляйся, – шепчет Рома в мои губы, как будто произносит колдовские слова.

Его рука гладит мою попку, он снова целует шею, прикусывает ключицу. Резкий рывок – и он во мне. Вскрикиваю, но не от боли, я уже достаточно готова принять его. От неожиданности и легкого шока. Рома улыбается, но улыбка больше похожа на оскал.

– Такая тугая. Сладкая. Сладкая девочка, – повторяет он. – Затрахаю тебя.

Рома начинает двигаться, и весь мир вокруг перестает существовать. Я думала, что с Вадиком мне было хорошо? Пф-ф-ф. И рядом не стоял. Ощущение наполненности на грани болезненных ощущений, жесткие, короткие рывки, перемежающиеся тягучими медленными движениями, пьяный возбужденный взгляд светящихся глаз… Он смотрит на меня так, словно я – единственная в этом мире. Позволяет поверить в свою уникальность, в то, что любима. В то, что обо мне заботятся и хотят. Я принимаю каждый толчок, впиваюсь ногтями в его плечи, притягиваю ближе и шумно вдыхаю запах кожи в изгибе шеи. Мы мокрые от пота, наши тела сталкиваются с неприличным шлепком, губы целуются и шепчут пошлости, с них срываются несдержанные стоны и вскрики. Все смешивается в коктейль из головокружительных ощущений, которые приводят меня к тому самому пику, на котором я зависаю на несколько секунд, выгнув спину и задрожав. Рома притормаживает, давая мне дрейфовать на этих волнах, пульсировать вокруг его члена и царапать плечи. Как только волны моего оргазма стихают, он поднимает мою ногу выше, забрасывая на свое бедро и, уже не щадя меня, гонится за собственным удовольствием. Жестко и быстро, заставляя меня вскрикивать громче. Я даже пару раз пытаюсь выскользнуть из-под него, но Рома, подняв и зажав мои руки над головой, обездвиживает меня, закрывая мне рот своим языком. Кусает мои губы, усиливая ощущения, а потом отрывается от них и, глядя в глаза, рычит сквозь зубы:

– Давай, Тами, еще разок.

По телу прокатывается волна дрожи, и я снова взрываюсь, утягивая Рому за собой. Он практически падает сверху. Наши тела прижимаются друг к другу, и я чувствую его хаотичное сердцебиение своей грудью. Странное ощущение, которого я никогда не испытывала. Впервые слушаю мужское сердце после оргазма таким способом. А потом мне становится нечем дышать. Я упираюсь ладонями в Ромины плечи.

– Слезай с меня.

Он усмехается.

– Все? Попользовалась и свалишь?

– Дурак, – смеюсь я, и слегка подталкиваю его. – Ты офигенно тяжелый.

– И большой, да, я помню.

Он подмигивает, но наконец скатывается с меня и падает на спину, глядя в потолок. Тяжело дышит и улыбается.

– И самовлюбленный.

– Предпочитаю называть это уверенностью в себе.

– Смысл от этого не меняется.

Рома фыркает, но не комментирует. Через несколько молчаливых минут поворачивается и смотрит на меня с серьезным лицом.

– Ты как?

– Жива, как ни странно.

О, да, жива. Не в смысле просто дышу и существую. А в смысле я живее всех живых. Во мне бьющая фонтаном энергия сражается с усталостью и сонливостью. Вся ярость, которая была внутри, трансформировалась в приятное чувство удовлетворения, которое заставляет мои губы улыбаться, и по телу разливается тепло. Сейчас мне хорошо, и я хочу продлить это состояние немного дольше, а потом прикрываю глаза и просто позволяю себе дрейфовать между сном и реальностью, ни о чем не думая.