Глава 20 Алена

– Люблю я тебя. – Глеб невесомо касается моих губ и отстраняется. – Пиздец как люблю, – произносит с отчаянием. Слова врезаются в меня и обезоруживают, а взгляд проникает прямиком в душу. Открытый и искренний. Не успеваю защититься и пропускаю удар под дых. Глеб не врет, или просто я хочу ему верить. Чувствую его внутренний надрыв и плещущие через край эмоции. Они зеркально отражаются во мне и сбивают с толку. Все мое возмущение рассыпается, как карточный домик. Сердце сбивается с ритма, а дыхание застревает в горле. Меня подбрасывает на эмоциональных качелях то вверх, то вниз. Не успеваю перестраиваться и впадаю в ступор. Глеб пользуется моим замешательством и впивается в приоткрытые губы. Нежно, но в то же время напористо и страстно. Словно имеет на это право, а я… не хочу его отталкивать. Что я творю? Мамочки… Замираю на несколько секунд и не могу пошевелиться, оглушенная ощущениями. Запретными. Неправильными. Но такими яркими. Позволяю целовать себя, но не отвечаю. Не могу себе этого позволить. Язык Глеба жадно исследует мой рот, врезается в мой язык и пытается втянуть его в дикий танец. Не добившись взаимности, отстраняется и перемещается на шею, впивается в нежную кожу на ушком. Судорожный стон срывается с моих губ, мурашки водопадом струятся по коже, вздыбливая каждый волосок, а ноги становятся ватными. Хватаюсь за его плечи, чтобы сохранить равновесие, и часто дышу. – Глеб, не надо… – шепчу отчаянно. Это безумие, и надо его как-то прекратить. Надо вернуть голову на место, иначе грехопадения не избежать. Не могу противостоять его натиску. Не получается. Особенно когда собственное тело играет против меня. – Почему? – хрипит Глеб и опаляет мое ухо горячим дыханием. Плавлюсь, но упорно хватаюсь за ускользающее сознание. Нельзя расслабляться, нельзя сдаваться. – Это не любовь, а влюбленность… – качаю головой, сбрасывая наваждение. – Скоро ты и не вспомнишь обо мне. – Чушь, – отмахивается он и прокладывает дорожку из поцелуев от уха к шее и обратно. Нежно и трепетно, словно я величайшая драгоценность. Внутри все дрожит от предвкушения, но разум не дремлет. Я все еще в своем уме. Титаническим усилием воли заставляю себя прийти в себя и упираюсь ладонями в плечи Глеба. – Я взрослая женщина, а ты еще школьник… В моей голове этот аргумент звучал убедительно, но Глеб лишь хмыкает. – И что? – Между нами ничего не может быть. – Посмотри на меня. Упрямо отворачиваюсь, но он берет пальцами за подбородок и вынуждает смотреть на него. – Нет ничего невозможного, когда два человека хотят быть вместе. – Его голос такой мягкий и вкрадчивый, с присущей только ему хрипотцой. Он обволакивает меня, как кокон, и лишает воли. Медленно утекаю за ним, но в последний момент прихожу в себя. – Но я не хочу, – вновь пытаюсь оттолкнуть Глеба от себя, но только лишь запутываюсь сильнее в его руках. Он накрывает мои ладони своими, буквально вжимая в свою обнаженную грудь. Его кожа бархатистая и горячая, хочется касаться еще и еще. Прижаться щекой, дотронуться губами и… дать себе по голове за такие непозволительные мысли и желания. – Отпусти меня, – дергаюсь от него, но Глеб не отпускает и улыбается. Немного устало, но в то же время уверенно. – Твои губы говорят одно, а тело совсем другое, – притягивает меня к себе и утыкается в шею. – Оно умоляет продолжить. Кого мне слушать, а… От осознания, что он прав, щеки вспыхивают, а по коже проходит дрожь. Так нельзя, не должно быть. – Хватит. Перестань. – Не могу, – жадно втягивает носом воздух. – Ты так вкусно пахнешь… – Глеб, пожалуйста, – постыдно умоляю, начиная сдавать позиции. Противостоять такому напору не получается. Сил не осталось. Мое тело словно живет своей жизнью, горит и ноет. Жаждет его поцелуев и ласк. Никогда не думала, что так бывает. От прикосновений бывшего мужа голова не кружилась и не сбивалось дыхание. Он вообще не баловал меня ласками и поцелуями. – Да… повтори еще раз. – Горячее дыхание опаляет ухо, и я буквально стекаю к ногам Глеба. – Отпусти. Его руки неожиданно разжимаются, и я получаю свободу. Лицо пылает от стыда, а сердце выпрыгивает из груди от страха. Надо бежать. Как можно скорее. От себя… от него… и тех непозволительных чувств, что он во мне пробуждает. – Не уходи… – Голос Глеба звучит тихо, но с таким надрывом и болью, что сердце на мгновение замирает. Пропускает пару ударов и с размаху врезается в ребра. Я не могу, не должна. Остаться значит подписать себе смертный приговор. Но и уйти не получается. Ноги словно приросли к полу, и невозможно сделать шаг. Сжимаю кулаки так, что ногти больно впиваются в кожу, и прикрываю глаза. Сердце гулко бьется в груди, отсчитывая секунды, а я не шевелюсь. Словно под гипнозом. Не знаю, как поступить. Мечусь внутри себя и никак не могу сделать правильный выбор. Внезапно понимаю: если сейчас уйду, мы с Глебом больше не увидимся. Никогда больше не почувствую вкус его губ… силу рук… Словно прочитав мои мысли, он приближается и сжимает мои плечи ладонями. Присваивая и решая все за меня. Шумно выдыхаю, признавая полную капитуляцию. Пусть я пожалею, но у меня останутся эти воспоминания. Маленькое безумие перед отъездом. Глеб нежно целует меня в шею и разворачивает к себе лицом. Смотрю в его глаза и невольно дрожу. Этот мальчишка сводит меня с ума. Закусываю губу, чтобы скрыть свое состояние. Он усаживает меня на стол и встает между разведенных бедер. Гладит по спине круговыми движениями и стягивает водолазку, оставляя в одном бюстгальтере. – Какая ты красивая. Его шепот проникает под кожу, а взгляд пожирает меня снаружи. Дрожу непроизвольно от страха и предвкушения. У меня не было мужчин кроме мужа. Я не знаю, чего ожидать. Остается только надеяться, что будет не так больно. Глеб целует меня горячо, глубоко, жадно. До тех пор пока в легких не заканчивается кислород. Его губы перемещаются ниже. Расползаются по телу. Ладони скользят за ними следом и оставляют ожоги. Тело горит огнем, и, как его потушить, я не знаю. Глеб резкий, решительный, но не грубый, а скорее, осторожный. Окончательно теряю голову, доверяясь ему и растворяясь в сумасшедших ласках. Он подхватывает меня под ягодицы и несет в комнату. Аккуратно укладывает на кровать и нависает сверху. Господи, куда я качусь? Лечу с обрыва в бездну. Должна оттолкнуть, но вместо этого притягиваю за шею к себе. Хочу его поцелуев. Я сошла с ума. Глеб с готовностью исполняет мою невысказанную просьбу и дарит чувственный поцелуй. Не мальчик, мужчина. Чувствую через ткань его вздыбленное достоинство и начинаю дрожать сильнее. Вся моя решимость стремительно испаряется. Но передумать не успеваю. Глеб снимает с меня лифчик и припадает к груди губами. Как же остро и ярко. Сознание разлетается на атомы. Стон срывается с губ, а меня непроизвольно выгибает в дугу. Глеб словно не замечает ничего. Играет с моими сосками. Один перекатывает между пальцев, второй дразняще бьет языком. Неожиданно сжимает зубами. Сладкая боль судорогой проходит по телу, заставляя меня вскрикнуть и содрогнуться. Внутри разрастается настоящий пожар. Жидкий огонь струится по венам и сжигает дотла. Внизу живота становится горячо и влажно. Никогда не испытывала такого сильного возбуждения. Никогда так отчаянно не желала мужчину. А его хочу. До дрожи в коленях. Глеб такой нежный и чуткий, тело отзывается на его ласки. Лечу в пропасть и забываю обо всем в его руках. Не страшно и не стыдно. Глажу его плечи и спину, с восторгом ощущаю, как мышцы перекатываются под ладонями, а кожа покрывается мурашками. Добираюсь до резинки штанов, но не решаюсь проявить инициативу и потянуть вниз. – Трусиха, – хрипло шепчет Глеб и целует меня в губы. Не прерывая поцелуй, расстегивает мои брюки и тянет вниз вместе с колготками. Остаюсь в одних трусах. Обычный белых хлопковых с зайчиком впереди. Никаких кружев, я ведь не собиралась на свидание. Щеки заливаются краской смущения, но изменить что-то я уже не могу. Глеб прокладывает дорожку поцелуев к пупку, очерчивает его языком и спускается дальше. – Как мило, – улыбается он, рассматривая картинку, а затем прижимается губами к зайчику, а я становлюсь пунцовой от смущения. Не понимаю, нравится ему или издевается. Не могу. Страшно. Глеб гладит меня между ног, размазывая влагу по промежности. Вздрагиваю от каждого его прикосновения и с ужасом для себя хочу еще. Чувствую себя шлюхой. – Какая ты горячая… Молчу. Стыдно жутко, но в то же время дико хочется продолжения. Глеб прикусывает кожу чуть выше резинки трусов, рывком стягивает и откидывает в сторону. Губами скользит по внутренней стороне бедра. Не сразу соображаю, что он хочет сделать, и не успеваю его остановить. Горячие губы накрывают мою промежность, а волна острого удовольствия едва не сносит. Никто и никогда не касался меня там губами. Особое, ни с чем несравнимое наслаждение. Напористый язык Глеба врывается в глубины моего тела, заставляя вскрикивать. Ненасытные губы теребят клитор. Мамочки, как хорошо… Несколько мучительно долгих секунд сладкой пытки, мое тело напрягается и непроизвольно вытягивается в струну. Сознание взрывается и разлетается на миллионы разноцветных осколков. Мечусь по постели и никак не могу собрать себя в кучу. Первый мой оргазм с мужчиной. Оглушает и дезориентирует.