Эпилог

Алена Присев на низенький забор, жду Глеба около школы. Сегодня он сдает последний экзамен. Волнуюсь гораздо больше него, а главное – горжусь. Он такой молодец, когда только все успевает. Приветливое весеннее солнце приятно припекает, а легкий ветерок мягко ласкает кожу. Нервно смотрю на часы и вздыхаю. Еще немного, и все закончится. Прикрываю глаза и подставляю лицо ласковым лучам. – Алена? Ты чего здесь? – слышу голос подруги и открываю глаза. Елена присаживается рядом и улыбается. Погода всем пришлась по душе. – Сегодня у Глеба последний экзамен. – Волнуешься? – Очень, – честно признаюсь. – Да не переживай, сдаст, – отмахивается она. – Я знаю, – мечтательно вздыхаю, – но все равно тревожно. Я ему дала очень высокую мотивацию, пообещав праздник вечером… Уже заказала масло для массажа и ароматизированные свечи. Порадую сегодня своего мальчика… аж внутри все дрожит от предвкушения. – Как ты? – внезапно спрашивает Елена и заглядывает в глаза. – Лучше всех, – искренне улыбаюсь ей. – Правда. – А знаешь, это видно. Ты буквально расцвела и похорошела. Знаю. В зеркале вижу свои сияющие от счастья глаза. Глеб изменил меня внутренне, придал уверенности и наделил несокрушимой силой любви. Мне теперь все по плечу. Рядом с ним я ничего не боюсь. – Чувствую себя примерно так же, – смущенно отвожу взгляд и чувствую, как щеки вспыхивают. Разве можно вот так хвастаться? Но держать эмоции в себе не получается. Их слишком много. Сильных. Ярких. Хочется обнять весь мир. – Я рада за тебя. – Елена ободряюще сжимает мою ладонь. – За вас. Дай бог, чтобы все сложилось. – Спасибо, – кладу голову ей на плечо. Сидим ждем вместе. Глеб должен появиться с минуты на минуту. Телефон Елены пиликает, извещая о входящем сообщении в мессенджере. – Извини. – Она высвобождается и отодвигается. – Видео какое-то. – Ничего, – пожимаю плечами и отворачиваюсь. Не собираюсь подсматривать. – Нет, этого не может быть. – Голос Елены срывается. – Что случилось? – хмурюсь, смотрю на нее. Бледная, губы дрожат, а руки трясутся. Отдает мне телефон, а там видео. Включаю и вижу, как ее муж целуется с другой женщиной. Оу… как неприятно и мерзко. Даже холодок пробегает по коже. Какой урод… Она ведь его так любит. Поднимаю глаза на подругу. Елена качает головой и зажимает рот ладонью. – Это же неправда? – с надеждой смотрит на меня. Что я могу ей сказать? Нервно кусаю губы. Ошибки быть не может. Здесь все видно невооруженным взглядом. Ее муж – мудак конченый. Невольно проецирую ситуацию на нас с Глебом. Больно и гадко. Веду плечами, скидывая дурацкое ощущение с себя. Я бы умерла на месте. – Может, монтаж? – выдыхаю, не сумев добить подругу суровой правдой. – Точно. Да, так и есть, – хватается она за эту идиотскую идею, а у меня сердце рвется на части. – Скорее всего, его хотят подставить. Елена вскакивает на ноги и начинает ходить из стороны в сторону. – Ты спроси у того, кто прислал тебе это видео лично. А потом у мужа… Даю советы, но понимаю, что все это бесполезно. Чашка разбилась, ее уже не склеить и доверия не вернуть. – Да ты права, так и сделаю. Спасибо. – Елена целует меня в щеку и быстрым шагом идет к школе. С жалостью смотрю вслед. Становится как-то не по себе, а на глаза наворачиваются слезы. Глеб никогда так со мной не поступит. Я очень на это надеюсь. Как же это все мерзко и гадко… – Алена Сергеевна, – слышу его родной голос и вздрагиваю от неожиданности. – Глеб, ты как… – смотрю на него, и все дурацкие мысли выветриваются их головы. – Сдал? – Сдал. – Он расплывается в довольной улыбке, обнажая мои любимые ямочки. Сердце привычно вздрагивает и начинает биться быстрее. – Ура! Молодец! – кидаюсь к нему на шею. Уже все. Можно не скрываться. Мы выдержали, а дальше уже наше личное дело. – Я в тебе не сомневалась. – Я рад, – сжимает меня крепче и целует в щеку. – Теперь проблем с поступлением не будет… Так хорошо в его объятиях, что я на мгновение позволяю себе ни о чем не думать, просто чувствовать его каждой клеточкой своего организма. – Их и так не было. – Глеб отстраняется и взволнованно заглядывает в глаза. – Ты чего такая странная? Случилось чего? – Нет. Все в порядке, – поспешно отмахиваюсь я, стараясь не акцентировать внимание на неприятностях Елены. – Куда мы? – В кафе. – Глеб берет меня за руку и тянет за собой. – А там что? – Гости ждут. – Чего? – смеюсь я. Мы так не договаривались. – Какие еще гости? – Увидишь. Не спорю, пусть будет так, как он хочет. В конце концов, имеет право. Глеб Держась за руки, неторопливо идем с Аленой в кафе, где нас ждут самые близкие для меня люди. Внутри такая легкость, как будто камень упал с души. Наконец все экзамены сданы, учеба неофициально пока еще, но закончена. Больше можно не прятаться по углам. Поддавшись порыву, припечатываю Алену к стене и нависаю сверху. Смеется и уворачивается, но я все-таки умудряюсь добраться до уха и шепчу: – Люблю тебя очень. Отстраняюсь и смотрю в глаза. – И я тебя, – улыбается она. Целую ее улыбку и утягиваю за собой в здание кафе. Отец замечает меня первым и поднимает ладонь в приветственном жесте. – Пойдем, – держу за руку и веду за столик, где уже сидят отец и Галчонок. Наконец-то она поправилась. Даже не верится, что ее жизни больше ничего не угрожает. – Глеб, Аленушка, ну наконец-то, – расплывается она в довольной улыбке и поочередно целует нас в щеки. – Рад тебя видеть, – обнимаю ее. – Сдал? – интересуется отец. – Конечно. Пожимаю его руку, помогаю Алене присесть за стол и сажусь сам. – Куда поступать надумал? В Москву? – Нет, пап, – качаю головой. – Не хочу уезжать. Поступлю здесь, у нас. Я долго думал, обсуждал с Аленой различные варианты, и совместными усилиями мы пришли к выводу, что остаемся. – Алена? – Отец вопросительно изгибает бровь, ожидая ее ответа. – Я за. – Она расплывается в лукавой улыбке и сжимает мою ладонь в знак поддержки. – Если нам станет тесно, всегда можно передумать. – Хм. Ну хорошо. – Галчон, – оборачиваюсь к Галине Ивановне. – Как ты чувствуешь себя? – Ой, отлично, – смущенно улыбается она. – Владимир устроил мне настоящий курорт… – Ну еще не настоящий, – хмыкает отец. – Через месяц поедешь в санаторий на море… – Балуете вы меня. – Да брось. Все смеются, а официант приносит закуски и расставляет на столе. – Я вас собрал здесь не просто так, – решаюсь начать. Волнуюсь жутко, даже ладони вспотели, а сердце быстро-быстро колотится в груди. – Ну мы так и поняли, – усмехается отец и залпом допивает свой кофе. – Может, просветишь уже? – Да, сейчас. Нервничаю просто пиздец как. Алена смотрит на меня и ждет. А я не уверен, что после всего, что ей пришлось пережить с Владом, она захочет снова вступать в брак. А я хочу. Очень. – Глеб? – Ее улыбка тоже становится нервозной. Видимо, считывает мои эмоции и тоже начинает переживать. Неуклюже вскакиваю на ноги, так что стул падает. Небрежно поднимаю и отодвигаю в сторону. Достаю из кармана кольцо и встаю на одно колено. Все, как видел в десятке фильмов, пересмотренных специально ради этого момента. Надеюсь, Алена оценит мои старания и даст хотя бы призрачную надежду. – Алена… – набираю в легкие побольше воздуха. – Я тебя очень люблю и хочу… – Голос предательски срывается от волнения. – Выходи за меня замуж, – выпаливаю на одном дыхании и протягиваю ей открытую коробочку с кольцом. Она ошарашенно распахивает глаза и поднимается. – Глеб, я… – качает головой и кусает губы. Черт. Не хочет. – Не отказывайся сразу, подумай, – умоляюще смотрю на нее. Я тот, кто ей нужен. Уверен, что смогу сделать счастливой. – Я согласна. – Алена расплывается в улыбке и забирает из моих рук коробочку. – Правда? – не верю своим ушам. Неужели все оказалось так просто? – Да. – Она лукаво закусывает губу и надевает колечко на палец. Простое, но красивое. А главное, купленное на мои личные, самостоятельно заработанные деньги. – Я счастлив. Сгребаю ее в охапку и кружу. Как я счастлив, не передать словами. – Поздравляю, сын. Достойно. – Отец ободряюще хлопает по плечу и целует Алену в щеку. – Алена, хороший выбор. – Спасибо. – Она смущенно опускает глаза. – Сыночек, я так за вас рада. – Галина Ивановна кидается обнимать нас по очереди. – Вы молодцы. Будьте счастливы! – Спасибо. – На этой замечательной ноте предлагаю выпить, – смеется отец. – Официант, шампанского! Буквально через мгновение в фужеры разливают игристый напиток. Отец берет свой и произносит тост: – Сын. Алена. Я очень рад, что вы встретились. Глеб очень изменился рядом с тобой. В лучшую сторону. – Пап, – укоризненно смотрю на него. Договорились же, что проехали эту тему. – Подтверждаю, – поддакивает ему Галина Ивановна. – Ну чего вы? – Не перебивай. – Так вот, – отец расплывается в улыбке, – будьте счастливы, – делает глоток и неприятно морщится. – Ой, шампанское какое-то горькое, чувствуешь, Галь? Та послушно отпивает из своего фужера и тоже морщится. – Да. Горькое. Горько! Закатываю глаза. Актеры погорелого театра прям. – Ну не свадьба же, – качаю я головой, а Алена вспыхивает от смущения. – Репетиция, – не сдается отец. – Горько! Приходится уступить. Притягиваю к себе невесту и жадно впиваюсь в ее губы поцелуем. Моя. Любимая. Навсегда.