Глава 1

Зоя

— Ну что, Рощина, как будешь отдавать свой должок?

— Какой еще долг, Ярцев?! Ты головой ударился в своем спортзале?

— За словами следи, коза! — мощная туша Тимура припирает меня к стене, выбивая из легких весь кислород. — Я про твой будущий долг — это раз. Ты меня подставила на паре — это два.

— С ума сошел?

Первый день мая, а я уже встряла в неприятности. То, что я «встряла» вижу по воинственному взгляду Ярцева — он не сулит мне ничего хорошего.

Но… я все равно не понимаю, какого лешего, он пристал ко мне???

— Да, сошел, мелкая. А все из-за твоей мамаши, которая решила во что бы то ни стало завалить меня в этом семестре. Ну как, все еще не понимаешь или начало доходить?

— Но… при чем тут я, Ярцев?

— Ты дура или прикидываешься?

Да, манеры у этого нахала атас полный. Всегда такой вежливый, обходительный — не забывает напомнить о том, кем считает собеседника.

— Ты нарушаешь мои личные границы. — Пытаюсь взять себя в руки, поэтому говорю как можно более спокойным тоном. Читала даже в одной книжке по психологии, что надо так — с чувством, с толком, с расстановкой ставить некоторых особенно приставучих товарищей на место. — Отпусти меня, иначе…

Упс, кажется, это только сильнее его разозлило!

— Иначе, что, бэйба? Ну, смелее? Ты же не такая уж и правильная девочка, какую из себя строишь, не так ли? — и ухмыляется так довольно, что становится паршиво на душе.

— Что ты несешь?! Что за намеки?

— Никаких намеков, только факты, только хардкор, — снова ухмылка на поллица, а потом… Ярцев лениво достает свой новенький смартфон и трясет прямо перед моим носом: — Здесь есть то, что спустит тебя с приторно-ванильных небес на землю, малышка. Хочешь посмотреть?

Ну все, поняла! Обычный развод. Этот придурок просто берет меня на понт, пытается сыграть на чувствах.

— Я больше не намерена терпеть этот бред, поэтому давай разойдемся как…

«…Вика, я такая несчастная. Нет, пожалуйста, не нужно никуда приезжать, подруга, я просто… я в клубе и, кажется, нахрюкалась в стельку. А все из-за Стаса! Кто такой Стас? Это… это самый лучший мужчина в мире… и он… боже, он жених моей родной сестры. Я так сильно в него влюблена, что хочу сбежать с ним на край света. Вот не смейся, Вика, возьму и расстрою им с Надей помолвку…»

Никогда бы не подумала, что приду в ужас от звука собственного голоса. До такой степени, что хочется… зажать уши руками.

— Откуда это у тебя? — вся моя бравада испаряется, и я начинаю мямлить от волнения.

Тимур выглядит еще более пугающим — мощная грудь, широкие плечи и сильные руки со смуглой кожей, я едва достаю ему в плечо, чувствую себя просто мелочью, мышкой на его фоне.

— Оттуда.

— Где ты это взял? Ты следил за мной или что?

— Вот еще! — фыркает, одарив меня безразличным взглядом. — Просто оказался в то время и в том месте.

— В женском туалете? Ну-ну.

— Вижу, что узнала это место. Значит, дальше разговор пойдет как надо.

— Да пошел ты! — взрываюсь, не в силах больше смотреть на наглую ухмылку Ярцева.

Как же он бесит! Просто до тошноты! До зубного скрипа!

— Но-но, мелкая! Одно нажатие на кнопку, и эта запись разлетится по всем универским чатам, а там и до твоей мамы недалеко, сечешь?

Молчу, чувствуя, как меня накрывает дикая, неконтролируемая волна страха.

Этому мерзавцу по барабану на то, что со мной случится в случае распространения моего эмоционального диалога. Мне кажется, он даже до конца не понимает, какую огромную власть приобрел надо мной…

Зато я понимаю. Вся моя жизнь сейчас находится у него в руках. Если Ярцев покажет миру эту правду, ох… Домой я могу не приходить.

Более того, сестра меня просто возненавидит, перестанет разговаривать со мной, даже не посмотрит в мою сторону. И будет права, ведь я не должна была так говорить, просто…

Да, была не в себе, слишком бурно отметила свой день рождения, когда родители уехали по делам. К слову, это был первый в моей жизни поход в столь злачное место. И, кажется, последний — что же будет в следующий раз? Кто-нибудь нароет на меня компромат покрепче?

— Что ты хочешь взамен?

— А вот это уже другой разговор. Я знал, мелкая, что мы сможем договориться.

Широкая ладонь Тимура вдруг ложится на мою талию и притягивает меня ближе к себе. От ужаса только и успеваю что пискнуть:

— Нет!

— Не бойся, не обижу, — низкий голос Ярцева действует на меня, как парализующий яд — не могу даже пошевелиться, так сильно я напугана.

— Не надо, нет, прошу…

— Испугалась, Рощина? — снова смеется надо мной, но руку не убирает, продолжая нервировать и накалять обстановку. — Ты не в моем вкусе, если что.

Его колкие слова неожиданно отрезвляют, выводят из секундного коматоза.

Отпихиваю Ярцева от себя и пытаюсь вырвать из его рук телефон. Ага, куда мне там со своим бараньим весом тягаться с ним?..

— Отдай! — почти кричу, краснея из-за развязавшейся борьбы, и пытаюсь укусить его за руку.

— Ну ты и бешеная! — ловко перехватывает мои запястья и обездвиживает. — Думаешь, это единственная копия?

— Что ты от меня хочешь? Что я тебе сделала?

— Мелкая, ты — мой доступ к миру знаний. А точнее, к спасению. Угомонишь свою мамашу и сделаешь так, чтобы она передумала меня отчислять.

— Нет! — Восклицаю я, почти не раздумывая, потому как прекрасно знаю, насколько провальна эта идея.

Моя мама никогда не станет слушаться меня и ставить кому-то оценку просто так. Она очень принципиальна в вопросах получения образования, даже мне никогда не делала поблажек — мне с самого детства приходилось грызть гранит науки и добиваться всего самой.

Да что уж говорить, мама не сидела со мной по вечерам, чтобы помочь с домашкой, я попросту боялась ее попросить об этом. Кроме принципов у мамы было очень короткое терпение и строгий нрав, наверное, поэтому она установила в нашей семье с десяток правил, нарушение которых воспринималось весьма болезненно.

Но я была послушным ребенком и старалась никогда их не нарушать. Мне не хотелось лишний раз расстраивать родителей. Эта роль, роль бунтаря, была отведена моей старшей сестре.

— Вижу, ты не настроена на деловой разговор, — качает головой Ярцев и корчит гримасу, полную сожаления. — Что ж, тогда придется перейти к решительным мерам…

Он вдруг открывает мессенджер и начинает что-то печатать.

— Нет, прошу тебя, не нужно! Хорошо, сдаюсь, я сделаю так, как ты скажешь, только не отправляй никому эту запись! Пожалуйста…

— Отлично, — в его темных глазах ни капли сожаления. — У тебя есть две недели, чтобы уломать Людоедовну.

Морщусь, когда слышу то, как он коверкает отчество моей матери. Хотя, чего удивляться, почти все мои сокурсники терпеть ее не могут…

— Я не смогу, две недели — это слишком мало. Тебе ведь нужно показать хоть какие-то знания…

— Ты сейчас прикалываешься? Какие знания? Алло, малышка, спустись на землю! Я не собираюсь сидеть с книжками и зубрить, мне нужно получить «трояк» от Людоедовны и дело с концами. — Судя по выражению лица Ярцева, он уже начинает беситься от моей упертости. — Если завалишь это дело, то сама знаешь, какими будут последствия.

Сглатываю, прекрасно понимая, что меня ждет. Неминуемый позор: все будут тыкать пальцем и гнобить меня за малодушие, а дома… Ох, если еще и папа обо всем узнает, мне точно крышка!

— Ну как, договорились?

— Сначала отдай запись.

— Э, не, бэйба, так дела не делаются, — качает головой этот невозможный нахал. — Утром деньги, вечером стулья. Выполнишь обещание, тогда и получишь. Ну все, крошка, адьес!

С этими словами он резко отпускает мои запястья — я чуть не валюсь на пол, потеряв равновесие — и уходит, отсалютовав на прощание смартфоном в руках.

Вот ведь гаденыш!

Мне хочется догнать Ярцева и ударить его по башке чем-нибудь тяжелым, но я понимаю, что это никак не решит мою проблему. Видимо, придется что-то придумать и сделать так, чтобы он продолжил свое обучение.

Только вот что-то мне подсказывает, что этому мерзавцу нельзя доверять. Но другого выхода у меня нет, поэтому придется смириться и делать то, что он говорит.

Ну, Ярцев, надеюсь, сдержишь свое обещание!

Зоя

— Зоя, милая, почему ты ничего не ешь? — мама бросает обеспокоенный взгляд на мою тарелку.

— Спасибо, мам, я не голодна.

Попробуй впихнуть в себя хоть какую-то еду, когда у тебя серьезные проблемы.

Вот уже сутки не могу ни о чем думать, кроме как о словах Ярцева. Точнее, о его угрозах.

А что если… что если он уже поделился той записью со своими дружками-придурками?

Хотя с другой стороны, разве это ему выгодно? Слить инфу и потерять доступ к своему спасению?

Честно говоря, я не удивлена тому, что Ярцев выбрал такой сложный путь к достижению своей цели — их компашка всегда отличалась сумасбродными выходками.

Я вообще всегда старалась обходить их стороной, как в прямом, так и в переносном смысле этого слова.

Однажды даже пришлось пойти длинным путем до аудитории, лишь бы не напороться на «Ярцева и Ко» в полутемном коридоре. Не то, чтобы они бросались на всех и вся, просто… мне были неприятны их взгляды и подколы.

— Зоя?

— А? Вы что-то сказали? — испуганно хлопаю глазами и смотрю на родителей.

— Витя, ты только посмотри на дочь. — Вздыхает мама, обращаясь к отцу. — Вот, что значит, полное отсутствие внимания.

— Зоя, что с тобой? — папа выглядывает из-за газеты.

— Я просто задумалась, — хмурюсь я, с чувством втыкая вилку в зеленое тельце брокколи.

Не хватало еще для полного счастья порцию нотаций отхватить с утра…

— И вообще… мне пора, я сегодня иду к Вике. У нее день рождения…

— Надеюсь, там будет приличная публика? — мама опять за свое. — Ты же знаешь, как важно подбирать себе правильное окружение?

— Да, знаю. Там будет наша группа. Точнее, группа не в полном составе, в основном девочки, с кем я общаюсь.

— Ну хорошо… Только не допоздна.

Вижу по выражению лица матери, что ей не особо хочется меня отпускать, но возразить она не может, ибо я итак редко куда выхожу.

И вообще никогда не давала ни малейшего повода, чтобы они переживали.

Правда, я и подумать не могла, что Вика решит замутить такую большую вечеринку.

— Предков нет, поэтому дом в нашем распоряжении! — пытается она перекричать музыку, когда встречает меня у порога. — Заходи, Зои!

Я чмокаю ее в щеку и прохожу внутрь, на ходу стягивая с себя джинсовую куртку.

Ну и дела! У Вики дома реально собрался весь поток, если не курс. Не протолкнуться, не пройти. Пробираюсь через толпу на кухню, но тут какой-то остолоп опрокидывает на меня стакан с колой.

— Эй! Какого…

— Прости, детка, я случайно! — не дожидаясь моего ответа уносится дальше, дрыгая всем телом в такт музыке.

— Придурок, — качаю я головой и оглядываю свою белую футболку, по которой расползается темное пятно.

Хорошо, что у нас с Викой один размер одежды. Но плохо, что… подруга у меня одевается в совершенно ином стиле, нежели я.

Захожу в туалет, чтобы переодеться в чистую одежду, которую мне дала подруга. Красный топ, как по мне, слишком сильно обтягивает некоторые места, но вариантов нет.

Решаю оставить в смежной с ванной комнатой свои вещи, толкаю дверь, да так и застываю на пороге.

Прямо на кровати сидят двое. И не просто сидят… Они так увлечены друг другом, что даже мне становится жарко.

Руки парня елозят по спине девушки, чуть сжимают ее… эмм, пятую точку и поднимаются к талии. Почему-то мой взгляд выхватывает именно его руки. Они очень красивые, с длинными пальцами, татуировкой, выглядывающей из-под рукава рубашки…

Блин, я же где-то их видела.

Поднимаю голову и понимаю, кто передо мной. Это же Ярцев собственной персоной.

Решил уединиться со своей белобрысой пассией, а тут я и… Боже, кто знает, что он подумает? Вдруг «пришьет» к моему делу и заставит расплачиваться за увиденное.

Нет, Зой, надо драпать.

Что я и делаю, только слишком поздно.

Потому что мне вслед доносится…

— Рощина, а ну стой.

Черт. Все-таки заметил…

Зоя

— Чего тебе?

— Мась, это кто? — обиженно дует губки его девушка.

Она такая… типичная «уточка», и я почему-то не удивлена. Со вкусом у кого-то явно беда.

Не могу удержаться и фыркаю, от чего взгляд Ярцева только темнеет. Ну извините, Мася — это, правда, смешно. И глупо.

— Это Рощина.

— И? — хлопает глазами «утка».

— Ботаничка из моей группы, — Ярцев словно выходит из оцепенения и возвращает себе привычную оскорбительно-уничижительную манеру общения.

— Ой, да пусть валит, а мы продолжим?

— Да, да, продолжайте! — поддакиваю я белобрысой и делаю шаг назад. — Мне уже пора!

— Я тебя не отпускал. — Грозный тон, от которого мурашки по коже.

Определенно, Ярцев сегодня в ударе! Может, у него тестостерон подскочил, вот его и несет?

Зачем мне оставаться с ними? Только если свечку подержать…

— Маась, сдалась она тебе?

— Иди прогуляйся.

— Что?! — восклицаем одновременно с блонди, которая в отличие от меня выглядит не просто удивленной, а я уязвленной.

Я ее понимаю, потому как… Что вообще нашло на Ярцева? Зачем он проворачивает все это? Мы ведь уже все между собой решили.

— Что слышала. Иди.

Совершенно бесцеремонно спихивает свою пассию с колен и шлепком по заднице выдворяет за дверь. Ту, что в противоположной стороне комнаты.

Так мы остаемся наедине друг с другом.

Мне очень не нравится все это, чувствую, как потеют ладошки — мну в руках свою белую футболку.

Нервы, блин.

А Ярцев тем временем подходит ближе, и я вижу как покраснели его губы после поцелуя. Даже немного помады на них осталось.

И… блин, почему я не могу отвести взгляда от его нижней части лица? Может все дело в том, что у него идеальный изгиб верхней губы? И подбородок очень красивый, волевой такой, с ямочкой аккурат посередине. На мне сказываются годы, проведенные в художке, или я перенервничала?

— Что ты тут делаешь?

— Очевидно, то же что и ты.

Черт. Ляпнула не подумав, врубила на полную защитную реакцию.

— И где твой спутник? — насмехается Ярцев в своей привычной ленивой манере. Только дай повод прицепиться, ему так нравится меня терроризировать?

— Ой, отвали, ладно?

Не желаю выслушивать этот бред. Морщусь и разворачиваюсь, чтобы уйти, но не тут-то было.

Тимур хватает меня за запястье и с силой дергает на себя.

Вот ведь придурок! Я врезаюсь об его мощную грудь, и мне в нос тут же ударяет запах алкоголя.

Все понятно, вот почему такой «поплывший» взгляд.

— Что, Рощина, завидуешь?

— Кому? Тебе, что ли?

— Ага.

— Щаз. Было бы чему.

— Думаешь, нет? — притягивает ближе.

— Отпусти, что ты делаешь?

— На что похоже? — наклоняется ко мне, к моим губам, заставляя меня замереть от удивления.

Это тоже очередная игра Ярцева? Очередная попытка меня унизить или что-то в этом роде? Выгнал свою девушку, чтобы продолжить со мной? Не думаю.

Но одно знаю точно. Нельзя поддаваться Ярцеву. Нельзя… сдаваться без боя.

Его горячее дыхание на моих губах. Потемневший взгляд, не сходящий с моего лица, переворачивающий все с ног на голову...

Нет, нет, нет, Зоя, держи оборону! Это не то, о чем ты думаешь!

Его губы почти касаются моих, не придумываю ничего лучше, чем… въехать ему между ног коленкой и сбежать прочь из этой комнаты.

Спасайся, пока не поздно, а лучше…

Беги, Зоя, бе-еги!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍