Глава 30

Вадим

Макс кинул меня. Не выходит на работу уже пять дней. Лесопилка тоже не работает. Я же веду себя так, словно ничего не происходит.

Ну не бегать же мне за этим мелким и очень обидчивым мальчишкой.

К тому же у меня есть огромный заказ на мебельный гарнитур для столовой. Там нужен большой стол и десять стульев с мягкой обивкой. И мне самому пришлось заказывать ткань и поролон, хотя этим, как правило, занимался Макс.

А сегодня мне ещё и забирать это всё придётся самостоятельно с почты в посёлке.

Ладно, съезжу. Вечером.

Заперевшись в мастерской, занимаюсь деревянным полотном, которое станет столешницей нового стола. Обработав дерево шлифовальной машинкой, покрываю его лаком в несколько слоёв и оставляю сушиться. Знаю, что нужно избегать попадания пыли на лак, но именно сегодня поторопился с покрытием, и теперь древесная пыль оседает на глянец столешницы прямо на моих глазах.

Я наблюдаю за тем, как песчинки кружатся в воздухе и прилипают к лаку, уродуя полотно…

Закипаю…

Закипаю так быстро, будто точно знал, что случится какой-то огрех в работе. И вот оно… Вроде мелочь. Пустяк. Можно же всё исправить, верно? Но мои внутренние демоны будто только этого и ждали, чтобы вылезти наружу. Я хватаю полотно и швыряю его в стену. Потом в ход идут стулья, которые я ещё не доделал и теперь вряд ли доделаю. То, что не ломается от удара об стену, я топчу ногами. Пятидневную работу уничтожаю за считанные минуты, но мне не становится легче.

Ни черта мне не легче!

Вспоминаю, как она уезжала, даже не взглянув на меня, хотя я стоял на мосту и смотрел на неё.

Вспоминаю, как чёртов Макс обвинил меня в бездушности и уехал. А я тут же принялся за работу над столом и стульями.

Выключил все чувства внутри себя…

Ну кем она была для меня?

Сексуальной соседкой, с которой мы прекрасно провели время вместе?

Девушкой, у которой я просто должен был купить землю с лесопилкой, но почему-то перешёл черту?

Я знал, что слегка заигрался с ней! Позволил себе почувствовать что-то большее, чем похоть. А ведь после предательства жены и смерти сына я отказался от всех чувств сразу!

Тогда почему я чувствую?..

Тоску. Такую сильную, что мне буквально не хватает кислорода… Словно в грудную клетку воткнули металлический штырь, и он теперь мешает мне дышать.

Страх. Я испытываю страх за Сашу, потому что не могу её защитить, находясь вдали.

Злость. Я злюсь на самого себя, потому что всё это чувствую.

Мне не хватает этой девушки. Не для того, чтобы трахать её… Нет. Её запах… Аромат её кожи, оставшийся на моих подушках, причиняет почти физическую боль. А её голос проник мне под кожу, и теперь, когда я больше не слышу его, мне самому говорить тоже не хочется. Да и не с кем.

Сейчас я чувствую себя одиноким как никогда, а ведь до появления Макса я семь лет прожил здесь совсем один.

Твою ж мать! Вот я слюнтяй! Неужели настолько слаб, что не могу просто вырвать её из памяти?!

Ведь она всего лишь в моей голове! И всё!

Оглядев мастерскую, оцениваю масштабы разрушения. Я изуродовал всю сделанную в последние дни мебель и заготовки.

Зажмуриваюсь.

– Твою мать! – прорычав, с яростью вмазываю кулаком в стену.

Разворачиваюсь и иду в дом. Прохожу на кухню. В холодильнике есть бутылка коньяка. Достаю её и, прислонившись спиной к дверце холодильника, сползаю по ней и устраиваюсь на полу.

Разглядываю бутылку невидящим взглядом. От алкоголя я отказался очень давно. Купил эту бутылку Макс, хотел отметить свой день рождения в прошлом году. Но когда узнал, что я не пью, просто сунул её в холодильник. С тех пор и лежит.

Мне нельзя пить. Алкоголь окончательно отключает мне голову, и я становлюсь другим человеком. Злым, неуравновешенным, просто чокнутым. Служба в армии не прошла даром…

Открываю бутылку, подношу горлышко к носу, принюхиваюсь. Пахнет ужасно. Наверняка Макс не особо потратился на это пойло.

Делаю глоток – и горло сразу обжигает огнём, а в груди теплеет. Делаю ещё один. Со свистом выдыхаю.

Становится ли мне легче?

Нихера!

Однако я продолжаю заливать тупую боль в груди дрянным напитком и, наконец, отключаюсь прямо на полу…

– Эй, медведь!

Тычок по ноге кажется мне чьей-то глупой шуткой. Открыв глаза, хмуро смотрю на Макса. Он пренебрежительно поднимает с пола бутылку. Она упала, и коньяк успел разлиться.

– У тебя тут вечеринка, что ли, была? – усмехается мелкий. – Что ж меня не позвал?

– Твоя компания мне осточертела! – рычу я, поднимаясь с пола.

Наливаю полный стакан воды и залпом его осушаю. Развернувшись, смотрю на Макса.

– Я тебя, вообще-то, уволил. Нахера припёрся?

– Уволил он меня! – ухмыляется Макс. – Что ты делать без меня будешь? Сопьёшься сто процентов!

Он определённо слишком много на себя берёт, этот мелкий. Жил я как-то и без него. И без Саши…

Чёрт! Воспоминания о ней отзываются тупой болью в сердце. Опять.

Отвернувшись от пацана, наливаю ещё один стакан воды и выпиваю. Сейчас схожу в душ и пойду, посмотрю ещё раз, что я там натворил в мастерской. Возможно, до следующего акта вандализма, который покажется мне единственным выходом, чтобы выпустить пар, всё же смогу доделать заказ.

– Сегодня шестой день, как Саша уехала, – небрежно бросает Макс.

Не поворачиваясь к нему, смотрю в окно.

– Уже шестой?

Значит, я проспал здесь всю ночь, а ведь должен был поехать в посёлок прошлым вечером.

– Да, шестой! И я даже рад, что нашёл тебя в таком состоянии. Значит, ты страдаешь. Значит, ты не такая бесчувственная скотина, какой хочешь казаться!

– Как я уже говорил, Саша – замужняя женщина. Чего ты от меня хочешь?

Вообще-то, это риторический вопрос, и я совсем не жду ответа. Двигаюсь на выход из кухни, но Макс преграждает мне путь. Я хмуро смотрю на него, скрестив руки на груди.

– Ты мужа её видел? Да это же альфонс обыкновенный!

– Значит, она разведётся с ним и вернётся.

Может быть, я произношу это уверенно, но внутри такой уверенности нет.

– Ха! Разведётся, ага! – выплёвывает Максим с сарказмом. – Такой, как он, развода ей не даст! Сто процентов! Короче, я приехал не просто так, Вадим, – его тон становится деловым. – Если хочешь, чтобы я и дальше у тебя работал, ты должен поехать к ней.

– Нет! – отрезаю тут же.

Собираюсь пройти вперёд, но Макс стеной встаёт на моём пути.

– Я же не прошу забирать её или что-то в этом роде. Просто узнай, как дела. Опять-таки – она обещала отдать тебе лесопилку. А ты можешь сказать, что тебе ничего просто так не надо, и что ты приехал обсудить детали сделки.

– В город не поеду! – вновь отрезаю я.

– Господи, Вадим! – Макс закатывает глаза. – Твоя жизнь проходит мимо тебя, неужели ты этого не понимаешь? Вот что ты делаешь в течение дня?

– Мебель, – отвечаю сухо.

– Именно – мебель! Утром, днём, вечером – ты делаешь мебель для других людей. Наполняешь их дома красивыми столами, стульями, кушетками, кроватями. А что есть у тебя?

– У меня тоже есть кровать.

– Да! Только ты спишь на чёртовом полу! – машет рукой Макс в сторону холодильника.

Он бесит меня!

Потому что прав!

– Слышь, мелкий?! Свали с дороги, пока по шее не получил! – рычу я, быстро закипая.

– Хорошо, я уйду… – Макс сдвигается в сторону, обходит меня. – Только я оставлю это здесь.

Извлекает какую-то бумажку из кармана джинсов.

– Ну и что там?

– Адрес! – выпаливает пацан. – Мне пришлось многих поднять на уши, чтобы раскопать в старых архивах данные по отцу Саши. Здесь, – тычет пальцем в клочок бумаги, – его адрес. Точнее, адрес того места, где он жил. Не юридический адрес указанный в документах на лесопилку, а настоящий… Знаю, что Саши, возможно, там и нет, но ты хотя бы попытайся найти её.

Ему что – премию выписать за старания?! Или всё-таки уволить к чертям, потому что он лезет не в своё дело?! И всё время трындит, трындит и трындит… Твою мать… Как же я устал от этого!

– Ты закончил?

Макс растерянно чешет затылок. Разводит руками.

– Видимо, да. Только потом не умоляй меня вернуться. Как уже сказал, работать я на тебя больше не буду.

Решительно шагает к двери и выходит в коридор.

Пусть катится…

Но мои тело и разум явно существуют раздельно… Я подхожу к столу, хотя совсем этого не хотел. Беру в руки бумажку. Там действительно адрес. Всего три часа езды на машине отделяют меня от Саши.

Выхожу в коридор, нагоняю Максима уже на улице. Он забирается в свой пикап.

– Там, на почте, надо заказ забрать…

Мелкий смотрит на меня, не моргая. Потом замечает клочок бумаги в моих руках и тут же всё понимает.

– Сделаю! – расплывается Макс в улыбке, захлопывает дверь и уезжает.

А мне понадобилось целых пять дней, чтобы понять – я просто сдохну без неё в итоге. Потому что боль от расставания лишь усиливается с каждым днём. Потому что воздуха в груди всё меньше. Потому что я полюбил эту девушку, несмотря на то, что не надеялся больше испытать это чувство. Она не в моей голове… не в моей памяти… Она в самом центе груди.

Вновь читаю адрес. Возвращаюсь в дом, принимаю душ, надеваю чистую одежду.

Ненавижу город. Ненавижу сраную городскую суету. И людей… Однако внутри себя я уже решил, что поеду. И теперь уже ничто не заставит меня передумать.

Макс прав, как и всегда. В моей жизни, по факту, ничего, кроме работы, не было. А с появлением Саши она наполнилась и смыслом, и яркими красками.

Только бы теперь её найти…