Глава 4. Не все проблемы одинаково решаемы

И что теперь делать?

Еще раз посмотрев на дверь, обреченно вздохнула и перевела взгляд на кровать. Спать, если честно, хотелось до безумия. Абсолютно неразумное желание в свете произошедшего, но я ничего поделать с собой не могла.

Бейте, расчленяйте, насилуйте, убивайте… Только завтра, пожалуйста.

У меня даже рука сама к покрывалу потянулась, однако в последний момент я ее все-таки отдернула. Блин, а что, если этот наркоман еще и шмотки наркоманские носит? Это же значит, что теперь у меня наркоманское покрывало…

Нет, так никуда не годится.

Проведя экспресс осмотр комнаты, сняла с крючков две вешалки и, вооружившись ими, вернулась к кровати. А что, у вас идеи получше есть?

Моя, конечно, гениальностью тоже не блистала. Пытаться стащить вешалками покрывало, сшитое из какой-то скользкой ткани… Ну-у-у, такое… На шестой попытке я даже психануть и плюнуть на эту затею хотела. Вон, у батареи под полотенцем тоже вполне себе уютно, однако, когда терпение было уже на исходе, покрывало все-таки покорилось императрице вешалок, и я получила доступ к чистому белью. Идеально.

Я не потрудилась снять халат и переодеться в свою одежду, так и нырнула под одеяло. Да что уж там, я даже насладиться мягкостью матраса и подушки не успела, просто закрыла глаза и вырубилась.

В общем-то, на этом положительные моменты моего пребывания в гостинице и закончились. Поняла я это, правда, несколькими часами позже, когда открыла глаза, улыбнулась солнышку и… И поняла, что солнышко тут лишнее.

Ну не должно оно светить тогда, когда я встаю на работу. Не пересекаемся мы с ним по утрам.

Подскочив с кровати, угодила прямиком в покрывало, на котором умудрилась поскользнуться. Зашибись, вот тебе и вся техника безопасности. Ладно, к черту наркоту. Никакая наркота мира не сравнится с гневом Петра Павловича. Может, это и к лучшему, если я буду чуток под кайфом.

Кое-как вырвавшись из скользкого плена покрывала, приняла вертикальное положение и начала переодеваться, параллельно ища основной мобильник. То, что беда не приходит одна, я поняла, едва схватившись за лямку сумки. Телефон… Мой милый серебристый утопленник, я ведь вчера так и не купила новый, и симку не переставила.

За неимением лучшего варианта, нашла второй аппарат и разблокировала экран.

Уж лучше бы я этого не делала. Пять непринятых от Иришки. Блин…

Но это еще половина беды, ведь по тринадцати пропущенным от начальника можно было сделать вывод, что вероятность наступления апокалипсиса составляла примерно сто сорок шесть процентов из ста. Даже ближе к ста сорока семи.

Растягивать казнь на два этапа я не хотела, нафиг оно надо — сперва быть уничтоженной через трубку мобильного, потом воскреснуть и отправиться на следующий тур экзекуции в офис. Нет уж, воздержусь.

Переоделась, достала из сумки дежурную косметичку, непроизвольно подумав о том, что я слишком часто стала размышлять о том, чтобы умереть красиво, нанесла легкий макияж и лишь после этого вышла из номера.

Сегодня здание, где располагался офис нашей компании, как никогда напоминало башню Мордора. Видимо, о том, что по приходу я должна была заглянуть к Петру Павловичу, секретарши были предупреждены заранее. Передавая это сообщение, для полноты эффекта им только всплакнуть или перекреститься не хватало. А лучше и то, и другое, чтобы наверняка.

В приемной меня встретило такое же тоскливое лицо, как и на ресепшене. Да, дела, видимо, совсем плохи, если для разогрева начальник решил оторваться на других сотрудниках.

Ладно, была не была, никакого смысла откладывать неизбежное уже точно нет, поэтому, натянув на лицо улыбку, дернула за ручку и вошла в кабинет шефа.

Знаете, это особый сорт извращения — улыбаться, когда на тебя орут во всю глотку. За время работы на Петра Павловича я думала, что развила это умение до максимума, однако я ошибалась. Сегодня шеф превзошел себя. Уже через десять минут воплей я была готова ответить начальнику в том же тоне, что и он общался со мной. Терпение висело всего на одной магической фразе «высокая зарплата».

— Орловская, я устал закрывать глаза на твою необязательность! Я уже не знаю, чем тебя мотивировать! — побагровевший мужчина скривился, а потом вдруг улыбнулся. Не-не-не! Вот это точно плохой знак. — Хотя, знаешь-ка, что… Поработай месяц без премии. Может, хотя бы это на тебя как-то повлияет. — Петр Павлович хохотнул, будучи, видимо, до одури довольным своим решением. — А теперь свободна. Пойди делами займись ради разнообразия.

Дважды мне повторять не пришлось, из кабинета я вышла очень стремительно, едва не снеся секретаршу, дежурившую под дверью. Не понимаю, зачем каждый раз подкрадываться подслушивать к порогу, если вопли шефа можно услышать даже в соседней галактике.

Ирина Дмитриевна посмотрела на меня с таким удивлением, словно ожидала, что после разговора с боссом из кабинета вместо меня вынесут обугленное тело.

— Если вы уже купили гроб, стоит отменить заказ. — не удержавшись, проговорила я, после чего зашагала к себе.

Настроение, которое и так было ни к черту, упало до критически низкого значения. Раздражало решительно все. Криворукий курьер снова промахнулся письмами мимо стола, и теперь они валялись на полу, компьютер никак не хотел прекращать тупить, а на туфлях начал шататься каблук.

Однако последней каплей стал кулер. У нас с этим адским механизмом отношения с самого начала не складывались, но сегодня он плюнул выше головы, брызнув горячущей водой мне прямо на руку.

Выронив стаканчик, отскочила от краника, зашипев:

— Твою ма-а-а-а-а-а!!! — только что ошпаренные пальцы среагировали мигом, впились в ляжку, заставив вскрикнуть.

К этому моменту бешенство достигло пика. Не контролируя себя, абсолютно бессмысленно зарычала на кулер, сверля его взглядом и мысленно насылая бесполезные проклятия, как вдруг вода сперва забурлила, а потом я даже не успела толком понять, что именно произошло, но буквально через секунду мокрым было уже все. Стены, пол, фикус, я, а от бутыли на подставке осталось лишь искореженное горлышко.

Мне кажется, или это уже становится традицией? Очень мокрой и очень хреновой традицией. Знаете, стоя посреди офисного помещения до нитки промокшей, ощущаешь себя куда менее комфортно, чем находясь примерно в таком же виде где-то у черта на куличиках. Да-да, вам не показалось, я действительно так сказала. Вариант с кастрюлей и заброшенным домом был не самым плохим, потому что в этот самый момент к эпицентру водного беспредела стекались (ох, какая игра слов) сотрудники фирмы, и что-то мне подсказывало, что через… Три, два, один…

— Орловская! — о, да, появится сам владыка арендуемой недвижимости.

Уровень самообладания в самых дебильных ситуациях за последние пару дней я успела прокачать практически до максимума, поэтому, как обычно, улыбнулась и проговорила:

— Да, Петр Павлович?

В отличие от меня, начальник терпеливостью похвастаться не мог. Быстро оглядев пострадавшее помещение, мужчина сперва побледнел, потом побагровел, потом снова побледнел и, начиная в очередной раз краснеть, зловещим голосом спросил:

— Что здесь произошло.

Ну и что прикажете ответить? Правильно, правду.

— Без понятия.

— То есть? — ну вот, снова эти вопли, а у меня только уши от утренних отходить начали.

— То есть я на самом деле без понятия, как это произошло. Я хотела набрать воды, чтобы попить чаю, а кулер взял и взорвался.

— Сам?! — еще немного, и в здании начнут вылетать окна.

— Да, сам. — какой же дебильный выходит разговор.

— А я вот почему-то не думаю, что сам, Орловская. Это ведь ежу понятно, что вы специально это сделали, пытаясь насолить мне после нашего разговора.

Не знаю, что уж там было понятно ежу, но я причинно-следственную связь между этими двумя событиями уловить не смогла. Да и вообще, вся ситуация начинала раздражать. Я тут стою вся такая распрекрасная, обтекаю, а меня еще и виноватой делают. Вот бы боссу на своей шкуре испытать, каково это, а то стоит тут такой, со злобным видом смотрит на меня, сжимая в руках дежурную кружку с остывшим кофе. Посмотрела б я, как он заговорил, будучи облитым этим самым кофе.

Знаете, как говорят… Бойтесь своих желаний. Так вот, подпишусь под каждым словом. Действительно бойтесь, потому что, едва я успела об этом подумать, вновь начало происходить что-то невообразимое.

Я просто взмахнула рукой, чтобы поправить волосы, которые так и норовили влезть в глаза, а Петр Павлович тем временем, не меняя выражения лица, все так же буравя меня взглядом, не произнеся не звука, поднял руку с чашкой над головой, после чего перевернул ее, и уже в следующее мгновение сперва по голове, а потом и по телу начальника заструилась коричневая жидкость, оставляющая живописные разводы на дорогой ткани.

Тишина стояла звенящая. Никто из собравшихся сотрудников офиса не осмелился открыть рот, все ждали реакции босса.

— Орловская! — мне кажется, или он стал повторятся? — Уволена!

Что? Я, не моргая, смотрела на Петра Павловича, капли кофе с коротких волос которого капали на нос и глаза, и совершенно не хотела верить в происходящее. Такое просто не может происходить наяву.

— Вон отсюда!

А дальше все происходило, как в тумане. Какие-то люди, кто-то со мной разговаривает, Лена из соседнего кабинета протягивает мне свой сухой свитер, говоря о том, что я смогу его вернуть, когда приду забирать трудовую, а потом я просто бездумно гуляю по городу, долго гуляю.

Я пришла в себя лишь тогда, когда хлопнула входная дверь в мою квартиру. Пришла, правда, буквально на несколько секунд, потому что потом я запаниковала. Наверное, впервые по-настоящему.

Воспоминания последних двух дней закрутились в какой-то ураган, перед глазами одно за другим начали вспыхивать все странности, произошедшие со мной, приводя меня к одному единственному выводу — я сошла с ума.

Свихнулась, двинулась, крыша у меня поехала, кукушка в голове сдохла… Как угодно.

Мне нужно к психиатру. Или к экзорцисту. Или к психиатру-экзорцисту.

Так, интернет. Стоит ли «гуглить» про первые признаки шизофрении, или лучше сразу записаться на прием?

Лучше прием, мало мне, как будто, страхов.

Специалист, специалист, адепт (адепт?!), еще один специалист… О, профессор. Профессор — это хорошо, очень хорошо.

Запись он-лайн, класс. Ближайший сеанс… Завтра в одиннадцать утра?! А раньше никак?

Вздохнув, посмотрела на время. Нужно продержаться еще десять часов. Ладно, прорвемся.

Оплатив сеанс заранее, переписала в записную книжку адрес клиники, после чего выключила ноутбук. И что теперь?

Как вы помните, в магию я не верила, вот только рук своих все равно как-то опасалась. Ничего, это пройдет, когда доктор выпишет мне правильные таблеточки, но вот сейчас надо как-то себя обезопасить.

Идея пришла достаточно быстро. Запрыгнув на кровать, потянулась к тумбочке и извлекла оттуда наручники, оставшиеся от бывшего (вот только не надо спрашивать, зачем они были нужны. Он, может, полицейским был, это вообще к делу никакого отношения не имеет). Супер!

Приняла душ, положила рядом телефон, записную книжку и ключи. Полная боевая готовность. Анализируя события сегодняшнего дня, я пришла к выводу, что во всех бедах была виновата именно правая рука. Возле кулера, сама не отдавая себе в этом отчета, я взмахнула именно ей, с волосами та же история, значит, и обезвреживать нужно ее.

Для верности, я решила обезопасить и правую ногу. На всякий случай привязала ее шарфом к дальней правой ножке кровати, после чего защелкнула наручник сперва на запястье, легла на спину и прицепила второй браслет к одной из реек кованного изголовья.

Не слишком удобно, но это лучше, чем что-нибудь или кого-нибудь взорвать.

Я провела так, наверное, минут пять, а потом вдруг так смешно стало. Ну, представьте себе картину. Обычная квартира, обычная спальня, а на кровати ОНО. За ногу и за руку прикованное…

Вот где сумасшествие… Реальный же перебор, надо освобождаться.

И я даже начала это делать, потянулась рукой к ключам, зацепила их кончиками пальцев, а потом… чихнула. И ничего бы, вроде, страшного, не произошло.

Ага, совсем ничего, кроме того, что ключи от наручников теперь валялись где-то на ковре.

Кто там говорил о том, что безвыходных ситуаций не бывает? Очень смешно.

Нет, ну, конечно, выход был. Телефон-то у меня по-прежнему лежал под рукой. Только вот кому звонить? Родителям на другой конец страны?

Привет, мам! Как дела? А, это хорошо, что хорошо. Слушай, тут такое дело… Я себя чисто случайно к кровати приковала, не поможешь освободиться?

Нет, мама, конечно, поможет, только вот к тому моменту, когда она, вооруженная до зубов успокоительными, прибудет ко мне домой, я уже с голоду помереть успею. Или от обезвоживания. От чего там быстрей коньки откидывают?

Был еще вариант позвонить Иришке, но вот тут действительно существовала опасность оказаться в дурке, а туда я как-то решительно резко хотеть перестала.

В принципе, по этой же причине вариант позвонить на горячую линию профессору, к которому я на какой-то черт записалась, отпадал. Они-то меня стопроцентно скрутят и доставят в какое-нибудь заведение по профилю.

В общем, мои знакомства в городе на этом заканчивались. Нет, безусловно, можно набрать Петра Павловича. Прямо вижу этого рыцаря в сияющих доспехах, спешащего вызволить меня.

Короче, дела мои были хреновы.

На всякий случай, не желая так быстро отчаиваться, еще раз предприняла попытку освободиться самостоятельно. Гребаная секция по скалолазанию! Говорила же родителям, что не хочу этим заниматься, так нет, отправили, научили на свою голову узлы вязать, фиг выпутаешься, ногу намертво примотала.

Беру свои слова обратно, с намертво в моей ситуации надо быть осторожней. Крепко, просто очень крепко.

Застонав от беспомощности, откинулась назад на подушку. Да что же за день такой? Дни!

Ладно, выбора нет, придется звонить Иришке. В конце концов придумаю что-нибудь. Скажу, например, что ночь любви сорвалась. Только до дела дошло, как любовнику вдруг из дома позвонили, сообщили, что его драгоценная кошка рожает. Вот он меня и бросил.

Иришка натура настолько возвышенная, что особенности моей сексуальной жизни вряд ли обсуждать станет.

Перед тем, как взять в руки телефон, убедилась, что чихать больше не хочется, не хватало еще без последнего средства спасения остаться. Да нет, вроде, все нормально.

Разблокировать мобильник пришлось при помощи носа и свободной руки. Так себе манипуляция, но ничего, главное, что успехом закончилась. Теперь осталось только позвонить подруге, причем делать это надо как можно быстрее, потому что мой милый второй телефон, которым я сейчас пользовалась ввиду скоропостижной кончины первого, не мог похвастаться долгим временем жизни, и уже сообщал о том, что заряда аккумулятора осталось всего пятнадцать процентов.

Открыв записную книжку, начала искать нужный контакт, однако добраться до него мне так и не удалось. Взгляд споткнулся на записи, которой раньше у меня совершенно точно не было.

Вадим.

Нет, дело вовсе не в плохой памяти. Понимаете, я бы ни за что даже под дулом пистолета не записала в память мобильника человека с таким именем. Да я даже клиентов, которым не посчастливилось быть так названными, забивала как-нибудь вроде «брюнет, квартира в центре», «блондин, трешка на Восточной». В общем, не записала бы!

Назовите это как хотите, но, когда твоя первая любовь, которая на всю школу рассказывает о том, что в него по уши втрескалась дурочка из параллельного класса, демонстрируя в качестве доказательства записку, оказывается полнейшим козлом, как-то начинаешь избегать людей, зовущихся также.

И плевать, что это было в шестом классе! И на то, что никакой научно доказанной связи между характерами людей и их именами нет, тоже плевать!

И, конечно же, я совершенно не собиралась отвечать на звонок, когда телефон вдруг запищал, сообщая о том, что этот самый Вадим вызывает. Просто… Как-то на автомате вышло.

— А я уж думал, не ответишь. — голос я узнала сразу же, аж злость взяла от этих насмешливых интонаций. — Только вот не надо мою матушку вспоминать.

Он как мысли мои прочитал, губы, уже приготовившееся проговорить ругательство, мигом сомкнулись.

— Вот и умничка, а то в твоей позе… — короткий смешок. — Хотя, это было бы забавно.

— Чего?!

— Как тебе в голову-то пришло, к кровати себя привязать? — парень проигнорировал мой вопрос, задав встречный.

И вот уже я напряглась, начала по сторонам озираться, чем вызвала очередную усмешку собеседника.

— Да не смотри ты так, нет меня там. Но это не значит, что я тебя не вижу.

— Кто ты, черт возьми, такой? — сдавшись, проговорила я.

Ну нет у происходящего логического объяснения! Как ни крути, нет!

— Твое спасение. И тебе очень повезло, что я сегодня добрый. Через пятнадцать минут буду. — мажор сделал небольшую паузу. — Я бы тебе посоветовал никуда не уходить, но…

После чего рассмеялся и сбросил вызов.

Ситуация — капец, хуже не бывает.

Стоп-стоп-стоп, я опять за свое. Бывает, бывает хуже, я все поняла, демонстрировать не надо.

В знак того, что я вот совсем все поняла, даже руку вторую подняла. Смотри, вселенная, сдаюсь! Не надо больше жестить, а?

Однако, несмотря на просьбы, которые уже больше походили на мольбы, я почему-то была абсолютно уверена в том, что проблемы мои на этом моменте только начинались. В том, что мажор войдет ко мне в квартиру, не обращая внимания на закрытую изнутри дверь, я совершенно не сомневалась.

В принципе, после всего случившегося, я не удивлюсь, если он и в окно влезет, или из шкафа выползет, мало ли, где там его Нарния находится, или откуда такие вообще берутся? Даже жалко стало, что я все фантастические фильмы, на которых удалось побывать вместе с Иришкой, смотрела одним глазом, может, в сложившейся ситуации что-нибудь бы и пригодилось.

Самым странным было то, что сейчас я лежала и рассуждала об этом совершенно спокойно. В мою квартиру с минуты на минуту должен заявиться неадекватный персонаж, от которого можно ожидать вообще черт знает чего, а я лежу и даже шевелиться не думаю, хотя вру, одну вещь я все-таки провернула — вновь взяла с кровати помирающий телефон, нашла контакт мажора и переименовала в гордое «Придурок». Так-то, не место этому гадкому имени на букву «В» в моем мобильнике.

Приняв сохранение, аппарат на прощание пискнул и окончательно вырубился. Ладно…

За ненужностью вновь положив телефон на кровать, осмотрелась по сторонам, а потом взглянула на собственные ноги, и только тут до меня, наконец, дошло, что из одежды на мне короткие шорты и майка. Все. Да я даже бюстгальтер надеть не подумала…

Припоминать чью-либо мать не хотелось совершенно, чудесная методика избавления от сквернословия работала великолепно, вместо этого просто устало застонала. Отпадно.

Может, лучше если он не появится? Умру себе тут мирно. Голодная, отчаявшаяся и без нижнего белья.

Однако мажор появился. Как раз в тот момент, когда я пыталась соорудить из покрывала достойное укрытие. Так себе идея, если честно, когда пытаешься реализовать ее при помощи одной руки и одной ноги.

Едва услышав звук отпираемого замка, отбросила одеяло. Вот еще, не хватало, чтобы этот идиот думал, что я чего-то стесняюсь или комплексую.

— Милая, я дома! — уже в следующую секунду раздалось из коридора.

— Дорогой, ты не забыл купить яд, который я просила? А то прошлый тебя совсем не берет. — ответила в тон, глядя на то, как мажор входит в комнату.

Он остановился в паре метров от кровати, сперва заглянул мне в глаза, а потом совершенно нескромно осмотрел мое тело.

Да что ж такое, почему, когда это так нужно, я не могу ничего сделать? Неужели я о многом прошу? Всего-то взорвать голову этому самовлюбленному недонаркоману.

И почему мир так несправедлив?

— Миленько. — наконец, вынес вердикт парень. Не сомневаюсь, что он о цветочках на обоях, я от них тоже в восторге.

— Миленько и все?

— А ты на комплименты напрашиваешься?

Утруждать себя объяснениями о том, что я имела в виду мое освобождение, не стала. Мажор, думаю, и так отлично это понимал, но, видимо, время повернется вспять, если он упустит хотя бы одну возможность сказать гадость.

Не получив от меня ответа, парень скучающе вздохнул, после чего щелкнул пальцами, и уже в следующее мгновение я почувствовала, как браслет наручника освободил мою руку.

Сесть грациозно не получилось, как бы этого ни хотелось. Как оказалось, конечности имеют свойство затекать, поэтому теперь я сама себе больше напоминала зомби с волочащейся бесполезной рукой. Ладно, хотя бы ногу на ногу эффектно закину. Буду сексуальным зомби.

Относительно удобная поза придала уверенности в себе, поэтому, не дожидаясь, пока мажор выдаст очередную порцию насмешек, спросила:

— Кто ты такой? — немного подумала и добавила. — И что со мной происходит? — а потом еще. — И как мне вернуть мою жизнь в нормальное состояние? — и еще. — И от тебя как избавиться?

— Не слишком ли много вопросов? — поинтересовался парень, занявший место в кресле напротив.

Ну да, глупо было надеяться, что наш диалог заладится вот так сразу. Ладно, если по-хорошему не получается, будем действовать как придется, все равно терять нечего.

— Если ты сейчас же мне все не объяснишь, я взорву твою голову!

Да-да, знаю, что схема не работает. А вдруг! Может, для того, чтобы взрывать людей нужно всего лишь сесть.

Мажор с ответом не торопился, я же в свою очередь очень надеялась, что это он риски взвешивает, думает, где прокололся и уже готовится признать меня высшим существом, однако его ехидная улыбочка быстро поставила крест на моих мечтах.

— А ты забавная. Жаль, что побочка… — вот, снова. Ну почему, почему он не взрывается?! — Но так уж получилось, что некоторое время мне придется терпеть твое общество. Так что слушай внимательно…

— Как это мило с твоей стороны. — расплылась в улыбке. Могла бы, еще и реверанс сделала, однако уверенности в том, что конечности в вертикальном положении будут вести себя именно так, как я задумала, не было.

— Как ты уже могла догадаться, помимо твоего привычного мира, существует еще и другой, тот, о котором простым людям знать не следует. — мажор проигнорировал мою язвительность и заговорил серьезным тоном, вот умеет же настроение испортить.

— Вообще-то, не могла. — сделала поправочку.

После моей фразы парень сперва нахмурился, а потом спросил:

— Ты тест на АйКью делала? Насколько он у тебя двузначный?

Честно, я не хотела бросать в него подушкой, я его расчленить и закопать на разных континентах хотела, чтоб уж точно не собрался воедино, жаждала, но под рукой была только подушка. Жаль только, что до цели она не долетела. Мажору достаточно было лениво взмахнуть рукой, чтобы синтепоновый китайский шедевр упал на пол в нескольких сантиметрах от кресла, словно ударившись о невидимую преграду.

— Можешь продолжать верить, что это она об сквозняк споткнулась. — скучающе прокомментировал парень.

— Вот и продолжу. — ответила упрямо. — Всему должно быть логичное объяснение.

— Магия существует, поэтому твоя подушка сейчас прилетит тебе прямо в голову. Достаточно логично?

— Чего?

Пока я соображала, парень щелкнул пальцами, и вот уже мне пришлось уворачиваться от опасного предмета декора.

— А вот и не в голову. — проговорила довольно, как вдруг почувствовала удар чем-то мягким в затылок. — Ауч!

В принципе, можно было и не оборачиваться, и так понятно, что подушка все-таки достигла цели.

— Теперь продолжай отрицать очевидное. — парень, сидевший зевнул, вновь теряя интерес к происходящему. — Но на твоем месте я бы все-таки перестал прикидываться деревом. Хотя, если ты не прикидываешься…

Жаль, но вторую подушку постигла судьба первой.

— Придурок!

В ответ раздражающий элемент в кресле лишь рассмеялся:

— Добавим в список запрещенных ругательств еще одно слово?

Воспоминания о щипающихся руках как-то поумерили мой пыл, однако не до такой степени, чтобы пропустить угрозу мажора мимо ушей, поэтому, сложив пальцы в характерном жесте, с милой улыбкой показала его мажору. Ну не будет же он мне, в конце концов, кости ломать. Не будет же?

— Ты будешь рассказывать, или нет? — на всякий случай решила отойти от опасной темы, все-таки страшновато за конечности стало.

Улыбка парня мне совсем не понравилась. Ладно, черт с ней с улыбкой, главное, пока пальцами не щелкнул. Не хотелось бы вдруг, проговорив кодовое слово, начать себя душить или биться головой об стену. И это я еще самые хорошие варианты перечислила, в изобретательности своего нового знакомого я уже ни капли не сомневалась.

— Обязательно, если ты перестанешь мешать.

— Я? Мешать? Что ты! Я тебя очень внимательно слушаю, кстати, у вас там есть обращения какие-нибудь специальные? Может, тебя как-то по должности называть стоит? — нахмурилась. — По рангу?

— Если тебя это так интересует, то люди, подобные мне, предпочитают, чтобы их называли колдунами.

— Скучно… — прокомментировала новую информацию. — Тебе бы больше пошло прекрасная фея.

Ну вот, опять. Да я просто физически не могу сдержаться в его присутствии. Ладно, люди и без пары конечностей выживают…

Однако на мою последнюю реплику так называемый колдун не отреагировал, снова потерял интерес. Такое ощущение, что у него время от времени батарейки садятся.

— Существуют случаи, когда мы делаем исключения, посвящаем нужных простых людей, рассказываем о существовании магии, оказываем кое-какие услуги. В глобальном плане это мелочи, однако некоторые готовы дорого платить за лишнее десятилетие жизни или возможность какое-то время обладать жалкой горсткой способностей.

— Дай угадаю, для этого вы используете зелья.

— А ты не безнадежна. — фыркнул мажор. — И зелья тоже. Требуется буквально несколько капель для того, чтобы доза была достаточной, ты же умудрилась искупаться в нем с головой, еще и наглотаться.

— А нечего свои кастрюли где попало расставлять! — встала на свою защиту.

— Это котел.

— Не вижу большой разницы. Прятать лучше надо было.

В этот момент в лице парня что-то изменилось, и я поняла, что попала в цель. Шестеренки в мозгу быстренько закрутились, чтобы уже через секунду я смогла широко улыбнуться и проговорить.

— Стоп! Стоп! Стоп! Так значит, этой кастрюли…

— Котла!

— Пофиг.

— Не пофиг!

— Ее там не должно было стоять! То есть… Это не я накосячила, а ты…