ГЛАВА 14.

Ребекка

К колледжу мы направляемся всей гурьбой, всем хочется посмотреть лично, как Ребекка Грант будет нарушать правила.

Отыскав дыру в заборе, про которую говорил Грэг, во двор колледжа сначала влезает Крис, оглядывается и зовет меня. Посмотрев на Шэрон, которая всю дорогу пыталась меня переубедить, я весело подмигиваю ей и молча следую за Крисом.

Проучившись здесь год, точно знаю, что на территории колледжа камер нет. Они находятся только в здании, видимо, на хорошую систему безопасности бюджет не выделили.

Мы с Крисом медленно направляемся к заднему входу и постоянно оглядываемся по сторонам.

— Подержи, — прошу его и протягиваю парню бейсболку.

Он берет ее и наблюдает за моими действиями. Прямо на ходу стягиваю толстовку с тела и остаюсь в одной майке.

— Че ты творишь? — спрашивает удивленно Крис, но не отводит взгляд от моей груди.

— Че надо, — огрызаюсь и выворачиваю толстовку другой стороной.

У нее слишком запоминающийся принт в виде баскетбольного мяча, залетающего в корзину, поэтому решаю скрыть его от посторонних взглядов и тем самым никак себя не выдать. Вновь натягиваю ее на тело, но уже шиворот-навыворот, собираю волосы на затылке, скручиваю их в гульку и, выхватив бейсболку у Криса, надеваю ее.

— Я смотрю, ты основательно готовишься, — прыскает от смеха, останавливаясь у двери и залезая в задний карман джинсов.

Хмурюсь и натягиваю капюшон поверх бейсболки, сильно волнуюсь, аж ладошки потеют. Крис присаживается на одно колено и начинает осторожно ковыряться чем-то в замке.

— А я смотрю, ты всегда носишь с собой отмычки, — шепчу, склонившись над ним и иногда оглядываюсь.

После нескольких щелков, он вытаскивает тонкие прутики из замочной скважины и, аккуратно нажав на ручку, приоткрывает дверь.

— Не надо аплодисментов, — с довольным видом говорит он, встает и отряхивает штанину.

— Откуда ты это умеешь? — тихо спрашиваю, мне действительно интересно.

— Долгая история, — хмыкает он и убирает ключи обратно в карман.

Сейчас мы с ним действуем в тандеме, ненадолго забыв про взаимную нелюбовь. И у нас неплохо получается.

— Давай, Бекка, — указывает ладонью на дверь, — пора ответить за свои слова.

Ну вот он опять взялся за старое! Неужели нельзя засунуть свой язык в одно место и не бесить меня хотя бы минуту!

Приоткрыв дверь, осторожно заглядываю внутрь и прислушиваюсь. Тихо. Быстро проскользнув в здание, закрываю за собой дверь и спешно направляюсь в крыло, где находится спортивный зал. Бесшумно ступаю по гладкому полу в своих легких конверсах, прислоняюсь к стене и замечаю, как в коридоре мелькает свет фонарика. Перебегаю к квадратной колонне и вжимаюсь спиной в холодный бетон. Напрягаю слух и по монотонным шагам охранника, пытаюсь понять, откуда и куда он идет. Кажется, он следует от спортзала в противоположное крыло. Сердце громко стучит. Виски активно пульсируют. Страх постепенно пробирается по жилам и сковывает мышцы.

Да, Бекка, такого безрассудного поступка ты в своей жизни еще не совершала!

Упираюсь макушкой в твердую колонну, отвожу глаза в сторону и замечаю дрожащий луч фонарика. Охранник здесь. В этом холле. Мое дыхание учащается, и я закрываю рот ладонью, чтобы не закричать от напирающего страха.

Спустя минуту улавливаю, как он направляется в другое крыло, и на носочках перебегаю к стене. Выглянув из-за угла, вижу, что путь свободен, и быстро шагаю к шкафчику с трофеями, он стоит перед широкими железными дверьми, ведущими в спортзал.

Оглянувшись, хватаюсь за круглую ручку и медленно открываю стеклянную створку. Все знают, что они никогда не закрываются на ключ. Видимо, ни у кого из студентов никогда не возникало желания стырить награды колледжа. До сегодняшнего, мать его, вечера!

Беру небольшой кубок, покрашенный в цвет золота, так же осторожно прикрываю створку и спешу убраться из этого помещения. Но вдруг внизу толстовки что-то сильно натягивается, оборачиваюсь, чтобы понять, в чем причина, и меня прошибает дикий озноб ужаса. Тонкая резинка, свисающая с моей толстовки, зацепилась за ручку шкафа, и он благополучно валится вперед. В ту же миллисекунду в коридоре раздается звонкий грохот разбивающегося стекла, и я зажмуриваюсь.

«Вот же дерьмо!» - быстро пролетает в моей голове, и я что было силы лечу к выходу, чтобы спасти свою шкуру.

Промчавшись по длинному коридору, оказываюсь в холе, но дорогу мне преграждает сердитый охранник, молниеносно подоспевший на громкий шум. Дико пугаюсь, как он так быстро здесь очутился?

— Стой, парень! — кричит разъяренный мужчина и светит фонарем мне в лицо.

Бросаюсь вперед и, не выпуская из рук кубка, решаюсь проскользнуть мимо него. Не знаю, как ему удается, но он ловит меня за шкирку и, схватив за капюшон, срывает его вместе с бейсболкой.

Мои длинные волосы сразу же рассыпаются на плечи, и охранник резко убирает руку, сильно удивившись:

— Что за…Ты девчонка?

Пока он приходит в себя, со всей силы дергаюсь вперед и освобождаюсь от цепкого хвата. Побежав, что есть мочи, пулей выскакиваю во двор и замечаю, что все друзья стоят неподалеку. Тут же ору громко:

— Валим!

Все сразу же кидаются в рассыпную.

— Стой! — раздается недовольный голос охранника, выбегающего на крыльцо.

Бурлящий в моей крови адреналин разносит по моему телу допинг, который помогает мне быстрее передвигать ногами. Я не оборачиваюсь, но знаю точно, что охранник бежит за мной. Под моими ногами то и дело метаются лучи фонарика. Мой мозг начинает быстро соображать, как теперь выбраться с территории, потому что я направилась в противоположную сторону от дыры. Вдруг замечаю Криса, бегущего мне навстречу.

Что он делает?

В следующий же миг он тормозит возле меня, хватается за мою свободную руку и со скоростью света тащит за собой. Я еле-еле успеваю переставлять ноги, чтобы не запахать носом по асфальту.

Мы забегаем за угол, и Крис молниеносно направляется к мусорным бакам. Он помогает мне залезть на них, потом запрыгивает сам. Из-за угла показывается шатающийся охранник, видимо, все силы его уже покинули.

— Стойте! — слышится запыхавшийся голос мужчины.

— Быстрей, — тараторит Крис и начинает помогать мне перелезть через забор, подпихивая под задницу.

Спрыгнув на землю, поднимаюсь и оборачиваюсь. Сверху слетает Крис и, даже не оправившись, вновь хватает меня за руку и мчится дальше, как ракета. Мы пробегаем два квартала, охраннику навряд ли хватило сил перелезть через забор и погони точно нет. Мои ноги ноют от усталости, подошва кед горит и мне кажется, что еще немного, и она воспламенится.

— Крис, стой, — дыхание сбивается, и слова наполовину съедаются. — Я больше не могу.

Услышав меня, он оборачивается и начинает сбавлять темп. Мои ноги, привыкшие бежать, не сразу останавливаются, и я с лету врезаюсь в грудь Криса. Он обхватывает меня за шею и прижимает к себе.

— Ш-ш-ш, — прикладывает палец к губам и смотрит в сторону, откуда мы прибежали.

Удостоверившись, что нас не преследуют, наклоняюсь вниз, упираюсь о колени и начинаю восстанавливать скачущее дыхание. Наконец-то возвращаю своему сердцу нормальный ритм, выпрямляю спину и смотрю на Криса.

— На, — грубо вкладываю кубок в его руку, — я выполнила твое желание.

Берет трофей и начинает громко смеяться. По-настоящему и искренне. Без стеба, без подвоха. И смеется он очень заразительно. На моем лице растягивается довольная улыбка и я сама начинаю хохотать.

Сегодняшняя история получилась увлекательной!

Звонкий смех Криса резко стихает, сразу же обращаю на него внимание. Он стоит всего лишь в метре. Смотрит на меня, и даже сквозь темноту я вижу, как горят его глаза. Теперь мне и самой становится не до смеха.

Словно два голодных человека, месяцами сидящие на строжайшей диете, мы срываемся друг к другу и целуемся. Это даже не похоже на поцелуй, наши языки сплетаются в бою, наши губы сжимаются от натиска, наши зубы кусают нежную плоть.

Крис обхватывает мои ягодицы и начинает жадно сминать их, крепко обнимаю его за шею, еще глубже засовывая свой язык в его горячий рот.

Вдруг громко играет рингтон моего мобильного, и мы резко отскакиваем друг от друга, словно сквозь нас пропустили сильнейший заряд тока.

Прикасаясь пальцами к горящим губам, достаю телефон, звонит Шэрон. Смотрим друг другу в глаза и оба понимаем: то, что произошло – неправильно!

И речь идет не о кубке…