Сюрпризы продолжаются

Добравшись до квартиры, Мартин загремел ключами и открыл дверь. Все комнаты были украшены воздушными шарами, которые под воздействие гелия прилипли к потолку.

— Очень мило. — улыбнулся Мартин. — Чувствую себя пятилетним малышом.

— Мы старались. — смущенно поджала губы я.

— Мне нравится.

Он приподнял мой подбородок и поцеловал в губы. Напряжение улетучилось в ту же секунду. Я обнимаю Мартина и прижимаюсь к его груди. Как же я соскучилась по его объятиям!

— Открой мой подарок.

Я указала на прямоугольник, лежащий на столе и завернутый в подарочную бумагу с бантом.

— Это что самый большой в мире ежедневник? — посмеялся он.

Мартин аккуратно развязал бант и развернул шуршащую бумагу.

Внутри была картина. Моя картина. На ней изображены я и Мартин. Мы нежно обнимаем друг друга. На главном плане моя оголенная спина, которую обхватывают сильные руки Мартина. На лопатке ярко вырисована бабочка.

Мое сердце замирает, я внимательно слежу за реакцией Мартина.

— «Твоя бабочка». — он вслух прочитал название, оставленное внизу картины.

— Именно. — прошептала я и прижалась к его спине. — Тебе нравится?

— Это невероятно… — выдохнул Мартин, все еще бегая взглядом по рисунку. — Очень красиво и чувственно. У тебя золотые руки, Оливия.

— Я рисовала не руками, а душой… и своим сердцем. — улыбнулась я и поцеловала Мартина в шею.

Он повернулся ко мне и прикоснулся рукой к лицу. Его ладонь нежно гладила щеку. Взгляд был проницательным и глубоким.

— Прости меня, Оливия. — он начал покрывать поцелуями мое лицо. — Я должен был верить тебе.

— Шшш… Я все понимаю. — я прикрываю его губы указательным пальцем, прекращая его сердечные страдания и извинения. — Мы здесь. Мы вместе. Это самое главное.

Я потянулась к музыкальному центру и включила заранее приготовленный трек. Медленная обволакивающая музыка вырвалась из колонок, распространяясь по всей квартире.

— А сейчас будет вторая часть сюрприза. — томно прошептала я ему в губы.

Я оттолкнула Мартина, и он приземлился на кровать. Я начала плавно крутить бедрами, изображая соблазнительный танец. Пуговицу за пуговицей я медленно расстегиваю свою кофточку и гипнотизирую взглядом Мартина. Еще мгновенье и кофточка уже летит в Мартина.

Я игриво улыбаюсь, а он ждет продолжения. Мой импровизированный стриптиз начал набирать обороты. Одним движением я освобождаюсь от юбки, которую бросаю прямо на бедра к Мартину. Она удачно прикрыла его возбужденную эрекцию.

Оставшись в чулках и в нижнем белье, я запрыгиваю к нему на колени и снимаю с него футболку. Мартин хочет поцеловать меня и расстегнуть лифчик.

— Не так быстро. — останавливаю я его руки.

Я скольжу ладошками по голому телу Мартина вниз, упираясь в ремень джинсов. Я расстегиваю ремень и стягиваю с него джинсы. Натянутая ткань трусов — единственная преграда на пути к вздымающемуся достоинству именинника.

Я облизываю губы и отодвигаю резинку трусов, освобождая твердый член. Я обхватываю его рукой, желая сделать для Мартина все самое приятное, что только могу. Я касаюсь губами розовой головки и нежно целую ее.

Мартин застонал. Он прикрыл глаза и запрокинул голову в наслаждении. Отдавшись инстинктам и чувствам, я обхватила губами член Мартина и начала ласкать его языком, измеряя ртом его длину.

Руки Мартина сжимали прядь моих волос и одновременно задавали ритм движения. Когда я вошла во вкус, он остановил меня:

— Теперь моя очередь. Тоже хочу сделать тебе приятно.

Сначала он освободил мою грудь от лифчика, а потом начал медленно стягивать чулки и кружевные трусы. Раздвинув мои ноги, он расположился между ними и захватил в плен своих губ и рук мою грудь. Мое тело податливо тянулось к нему, изнемогая от желания.

Мартин спустился поцелуями вниз и уткнулся носом между ног. Его язык начал нежно ласкать там, доводя меня до исступления. Я стонала в наслаждении.

— Хочу взять тебя сзади. — сказал Мартин и развернул меня на живот.

Я встала на четвереньки, и он слегка шлепнул меня по попе. Я закусила губу. Мне нравится. Мартин натянул презерватив и уткнулся членом в меня.

— Сейчас вы будете знатно отраханы, мисс Браун.

Я сдержала смешок и закусила губу в предвкушении.

— Да. — выдохнула я и приняла Мартина во всю длину.

Из груди вырвались стоны. Мартин вбивался в меня все сильнее и быстрее. Шлепки о мою пятую точку становились все звонче. Я закатила глаза в удовольствии, доходя до высшей точки наслаждения. Еще секунда я взрываюсь в оргазме, громко выкрикивая любимое имя.

— Оливия… — одновременно со мной кончает Мартин и рвано выдыхает.

Я расслабленно расстилаюсь на кровати, чувствуя приятную слабость в ногах. Мартин откидывается на спину, восстанавливая дыхание. Я поглядываю на него и довольно улыбаюсь.

— С Днем Рождения…

— Спасибо. — он расплывается в улыбке и целует меня в плечо. — Ты мой главный подарок, детка.

Я прилегла к Мартину на грудь и облегченно выдохнула. Все опять как раньше. Мы наслаждаемся, любим и чувствуем друг друга.

— Это что, вино? Хорошо, однако, подготовилась. — Мартин кивает в сторону стола, который был обставлен фруктами, конфетами и вином.

— Все для вас. Откроешь?

Мартин разлили вино по бокалам, и принес их в кровать.

— За тебя!. — улыбнулась я имениннику.

— За нас. — поправил он меня.

Наши бокалы звонко ударились друг о друга, и мы пригубили полусладкое вино.

— Помнишь, ты мне хотела рассказать историю из детства… Мне так и не удалось услышать, что с тобой произошло. — неожиданно сказал Мартин.

— Ах, да… — напряглась я.

Я была совершенно не готова сейчас признаваться ему во всем. Но, возможно, сама судьба уже подталкивает меня к этому. Я отложила бокал в сторону и уселась по удобнее.

— В общем, тогда меня сбил велосипедист. Я совершенно ничего не замечала вокруг, бежала сломя голову, и вот такие последствия.

Я глубоко вздохнула.

— Бедняжка моя, были серьезные травмы? — обеспокоенно спросил он.

— Мне зашивали рану на голове…Я сильно ударилась о бордюр.

Я поджала губы и рассматривала свои пальцы. Я должна рассказать ему всю правду. — подпинывало мое сознание.

— Но это не самое страшное… — тихо продрожал мой голос.

Мой телефон зазвонил в самый неподходящий момент. Я была готова скинуть звонок, чтобы продолжить исповедь, но я увидела, что это звонила Мин. Мое внутреннее ощущение подсказало, что надо ответить на звонок.

— Алло, Мин?

Вместо приветствия я услышала горькие всхлипывания. Чувствуя неладное, я выскочила из спальни в гостиную, чтобы откровенно поговорить с подругой.

— Мин, что случилось?

— Он… Он…сказал, что я ему больше не нужна. — зарыдала Мин. — Я все рассказала Коулу!

Я прикрыла рукой открывшийся от ужаса рот.

— Дорогая, тебе надо успокоиться. Тебе нельзя так переживать… — как могла, поддерживала я подругу, хотя сама была в шоке от услышанного.

- Он сказал, что ему не нужен ребенок… А потом вовсе утверждал, что я его где-то нагуляла!

— Вот сволочь… — прошипела я.

— Что же мне делать теперь, Оливия? — жалобно простонала Мин.

— Главное — успокоиться. Тебе надо думать о ребенке, слышишь? Он ведь ни в чем не виноват.

Подруга зарыдала в телефон сильнее прежнего.

— Сегодня я была на узи и слышала, как стучит сердце моего малыша…

— Как же это здорово, Мин. Вот, кого ты любишь по-настоящему! А этот поддонок Коул тебя не достоин… Ни мизинца твоего!

— Отчего я такая дура, Лив? — шмыгнула носом Мин.

— Все образуется. Скоро все обязательно все будет хорошо. Ты станешь мамой замечательного ребенка, разве это не счастье?

— Прости меня, Лив.

— За что?

— За все, что наговорила тогда тебе — Коула защищала, а тебе не верила. Даже не знаю, любила ли я Коула на самом деле…

— Это ничего. Все мы совершаем ошибки. Все нормально.

— Я хочу увидеться с тобой…

— Конечно, Мин. Я буду завра в Стэнфорде и мы обязательно увидимся и поговорим.

— Спасибо тебе, Лив… Я не знаю, чтобы делала без тебя.

— А я без тебя…

Я попрощалась с подругой, и с грустным настроением вернулась в спальню. Мартин сидел на телефоне.

— Кто звонил?

— Мин. Они с Коулом расстались. Она в расстройстве…

— Что и требовалось ожидать. — усмехнулся Мартин. — Это странно, что она надеялась, на что то большее…

— Она беременна! — возмутилась я его простоте. — Это подло со стороны Коула!

Мартин нахмурился. Он только что узнал о новых обстоятельствах.

— Я не оправдываю его. Но Мин знала, с кем связывалась… Все случилось по неосторожности, и теперь расхлебывать придется все бедной девочке.

— Коул — гад, вот и все. — резко сказала я. — Не все показывают истинное лицо при первой встрече. Он затуманил ей разум. Я даже не могла достучаться до нее тогда…

Мартин медленно выдохнул, и откинул телефон в сторону. По-моему его абсолютно не трогает ситуация, произошедшая с Мин.

— Тогда пусть это останется на совести Коула… Иди ко мне, детка.

Мартин притянул меня к себе. Я вся сжалась. Меня не покидало непонятное чувство пустоты. Мартин не понимает меня, он видит все под другим углом, который не очень мне нравится.

Я чувствую внутри тревожность и страх, но уже не за Мин, а за меня и за Мартина. Совет психолога — рассказать правду, в случае с Мин, не увенчался успехом. Это вывело на чистую воду Коула, но причинило душевную боль Мин. И степень этой боли, знает только Мин.

Готова ли я так рискнуть и нужна ли мне эта правда?

— Так что самое страшное, Оливия? — переспросил Мартин, возвращаясь к незаконченному разговору.

— Самое страшное… — мое сердце сильно застучало в груди. — Это то, что я до сих пор чувствую ту боль, и помню все, как будто это случилось вчера.

Я проглотила образовавшийся комок горечи в горле вместе с внутренними протестами, которые просо рвали душу на части.

Нет, сейчас я не готова так рисковать.