33

Это настолько хорошо звучит, что мне не верится.

Сердце бешено колотится в груди, а губы дергаются в нервной улыбке. Лицо буквально ошпаривает от прилива крови.

Я же не ослышалась, да?

Никакой свадьбы?

Брат обещал что-то придумать. Ну вот. Значит, у него все-таки получилось.

— Юль, еще ничего не решено, — прибавляет мама. — Надо дождаться решения отца.

— А что произошло? — спрашиваю. — Стас узнал что-то про Ахмедова? Он… наверное, что-то сделал, да?

Ренат «отличился». Первое, что приходит на ум. Брат узнал про серьезный косяк со стороны Ахмедова, теперь это использует.

Хорошо бы…

— Нет, — вдруг замечает мама. — Не думаю. Кажется, это все никак не связано с кланом Ахмедовых.

Черт.

Ну ладно.

На самом деле, какая разница? Не важно, что там брат сумел раскопать. Главное, что свадьба отменится. Надеюсь.

Не спешу подниматься к себе. Решаю задержаться внизу.

Конечно, надо бы принять душ. Смыть с себя омерзительные прикосновения Ахмедова. Но я не хочу ничего пропустить.

Придется подождать.

Сейчас я на таком нерве, что отвращение к Ренату отступает на второй план. Внутри все горит и вибрирует от потребности скорее выяснить подробности.

Похоже, мама ничего толком не знает. Отец тоже вряд ли будет откровенно что-то мне рассказывать.

Но брат…

Мне нужно поймать Стаса. Пока он снова куда-то не уехал. Не все вопросы можно обсудить по телефону, иначе брат бы мне сразу все рассказал.

Не знаю, сколько проходит времени. Однако когда дверь отцовского кабинета распахивается настежь, меня буквально подбрасывает.

Поднимаюсь с дивана, смотрю как помрачневший отец выходит в гостиную. Брат рядом с ним. Напряженный, хмурый.

— Завтра продолжим, — бросает отец.

— Чего ждать? — в голосе брата сквозит раздражение. — Лучшего предложения не будет. И никакие Ахмедовы не нужны. Мы укрепим свое влияние не только здесь, но и…

— Завтра, — обрывает его отец. — Сказал же.

— Не понимаю, — выдает Стас. — Куда тянуть?

— Не понимаешь, — кивает отец. — Потому ты и не глава клана. Идешь на поводу эмоций. А надо голову включать.

— Херня, — рявкает Стас. — Я все просчитал. Четко. Ты не можешь этого отрицать.

— Ты как с отцом говоришь? — рычит.

И вдруг поворачивается. Замечает меня.

— А ты почему здесь? — спрашивает, сдвинув брови.

Интересно. А где я должна быть, по его мнению? В квартире Ахмедова?

Подавляю желание прямо все это выпалить.

Но меня все равно слегка прорывает.

— А что не так? — дергаю плечом. — Хочу понимать, что меня ждет.

Ну да.

А то найдет мне жениха хуже Ахмедова. Хотя такое вряд ли возможно. Ренат — последний человек на земле, с которым я бы хотела хоть как-то быть связана. Не говоря уже про брак.

— Иди к себе, Юля, — чеканит отец.

— Нет, — качаю головой, смотрю на брата. — Мне нужно поговорить со Стасом.

— Поговорим, — кивает тот.

Замечаю, каким взглядом одаривает его отец. Но молчит. Проходит мимо, оставляя нас наконец наедине.

— Что ты нашел? — сразу перехожу к делу.

— Не могу тебе всего рассказать.

— Стас! — не могу сдержать чувства.

Нет больше сил все внутрь загонять.

— По ходу отцу не важно, что я нашел, — хмыкает брат, качнув головой. — Он уже все для себя решил.

— Подожди, ты…

— Я еще не закончил, — добавляет Стас. — Ты же слышала. Мы с ним завтра снова будем говорить. Есть, что обсудить.

Брат приобнимает меня за плечо. Видит, что от его слов сразу теряюсь, становлюсь поникшей.

— Юль, я так просто это не оставлю, — говорит. — Не дам тебя этому подонку.

— Но отец, — сглатываю с трудом. — Ты сказал, он все решил. Наверное. И теперь не хочет ничего менять.

— Да. Ему выгоднее заключить союз с Ахмедовыми. Там уже общие сделки намечаются.

А меня отцу наплевать.

На мои чувства. Желания.

Как же быстро он все решил. Сошелся с отцом Рената. Им обоим этот проклятый брак на руку.

— Я найду способ тебя вытянуть, — твердо произносит брат.

И мне хочется ему верить. Даже если надежды совсем нет.

***

День в универе проходит как на иголках. Постоянно проверяю телефон. Жду сообщения от Стаса.

Но пока нет новостей.

На большом перерыве не выдерживаю. Решаю сама ему набрать. По времени он уже должен был все обсудить с отцом. Еще до обеда.

Надо найти тихое место. Оттуда набрать. Однако вокруг толпа.

Универ гудит.

В итоге не нахожу ничего лучше, чем двинуться в ту часть, где идет ремонт. Стоит оказаться рядом, как накатывают мерзкие воспоминания.

Перед глазами самодовольная физиономия Ахмедова. Его кривая ухмылка. Грязные фразы звучат в ушах. Наглые руки зажимают тело.

Невольно передергиваю плечами, смахивая все эти ощущения с себя.

Я здесь ненадолго. Далеко не прохожу. Сворачиваю в первую повернувшуюся комнату.

И надо же — как назло тут уже кто-то есть.

Сперва не разбираю — кто именно. Механически собираюсь извиниться за беспокойство и выйти.

Но в следующую секунду будто примерзаю к полу.

Человек стоит спиной.

Силуэт до боли знакомый.

Высокий. Массивный. Темный.

Как же меня встряхивает, когда узнаю его. Леденею изнутри.

И этот голос… конечно, ни с кем и никогда не перепутаю. Вот только услышанное сбивает с толку.

На каком языке сейчас говорит Ахмедов?

Фразы рубленные. Отрывистые. Как всегда у него. Однако сами слова совсем другие. Не наши. И звучание — непривычно мелодичное.

Стоп. Да это же итальянский!

Теперь я зависаю по другой причине. Трудно поверить, что Ренат умеет говорить по-итальянски. Еще и настолько бегло, уверенно.

Я сама знаю этот язык плохо. Что-то понимаю, но далеко не все. Сейчас он обсуждает машины. Какой-то груз.

Наверное, мне стоит по-тихому выйти. Поскорее убраться отсюда, пока Ахмедов меня не заметил.

Но когда эта мысль доходит до разума, Ренат оборачивается лицом ко мне. Под его взглядом даже шевельнуться не выходит.

Примерзаю к полу в момент.

— Перезвоню, — бросает он по-итальянски.

Убирает телефон.

— Вот это встреча, — оскаливается.

Ситуация жуткая. Опять оказываюсь наедине с Ахмедовым. Но его знание итальянского приводит в такое недоумение, что страх скрывается где-то на задворках сознания.

— Вот это да, — невольно улыбаюсь.

Просто не могу иначе.

Взвинченность доходит до предела. И похоже, у меня включается обратная реакция на страх, который одним своим видом нагоняет Ренат.

— Что? — чуть хмурится Ахмедов.

— Ты… знаешь итальянский.

— Знаю, — заключает невозмутимо.

Это все как-то в голове не укладывается. Он — и вдруг говорит на другом языке. Еще и так лихо.

У меня диссонанс.

И реакция дикая.

Видимо, совсем нервы сдают.

Начинаю смеяться и уже не могу остановиться. Ахмедов тоже ухмыляется, наблюдая за мной. А мне бы пора замолчать, да.

Но… не выходит.

Даже когда он мрачнеет. Даже когда шагает ближе.

Нет. Когда Ренат оказывается рядом, мой смех все-таки обрывается.

— Что такого забавного? — хрипло спрашивает Ахмедов.

Мотаю головой.

— Чего так заливаешься?

— Да просто, — выдаю наконец. — Ты. И вдруг — итальянский язык.

— И что здесь такого?

Ну как ему объяснить.

Учитывая повадки Ахмедова и то, как он обычно выражается, невозможно представить, будто Ренат знает итальянский.

Однако судя по тому, как он продолжает надвигаться на меня и какая тьма сгущается в его глазах, об этом лучше не говорить. Лучше бы я вообще рот не открывала.