Глава 49

Прежде чем начать налаживать отношения и вымаливать прощение у Ники, я понимал, что надо как-то перед всем университетом обелить ее репутацию, показать, что это я полное ничтожество, обидел ни в чем не виновную замечательную девушку. Перебрал в голове кучу идей, но все было не то. Она лучшая из всех, что я знал и теперь совсем недоступная для меня, поэтому просто мне не будет.

В итоге, приехал к университету специально в то время, когда основная часть студентов собираются домой. На первом этаже сразу у входа у нас большой холл, я весь его заставил цветами, мне под заказ привезли целый фургон пионов. На подоконники тоже разложил. На стене висит большой экран, на который крупными буквами была выведена надпись «Ника, прости меня, пожалуйста, и вернись ко мне». Сам я выжидательно стоял у стены, чтобы было сразу понятно, кто здесь больше всех виноват. Все это губило напрочь мою репутацию самого отъявленного бабника, но плевать мне на это было. Я хотел, чтоб это увидели все. И они увидели. Студенты застывали с открытыми ртами, снимали все это на телефон и рассылали тем, кто был еще не в курсе.

Наконец-то я заметил Нику, она шла, не глядя по сторонам и что-то строчила в своем телефоне. Ее кто-то окликнул и она подняла голову, уставилась на меня, медленным взглядом обвела все вокруг, затем снова на меня. Ей хватило меньше минуты, чтобы прийти в себя, здесь я ей прям позавидовал, потому что у меня все это время был такой мандраж, коленки, конечно, не тряслись, но руки очень даже.

Ника сунула телефон в рюкзак, закинула его за спину и спокойно прошла мимо меня к выходу. Я не мог поверить своим глазам. Нет, я не ждал, что она бросится мне на шею или расплачется от умиления, но блин вот так, потратить меньше минуты своего времени, даже не задумалась, ушла, как обрубила. Обидно.

Я быстро метнулся к окну, наверно, в надежде, что она вернется обратно, хотя бы поговорить. Но то, что я увидел, выбило весь оставшийся воздух из моей груди и тяжестью легко на плечи. Как плитой придавило. А Ника в это время уже садилась в машину к своему жениху. Окна у машины были не затонированны, поэтому не заметить, как этот смертник склонился к ней и поцеловал, было невозможно. По коридорам вокруг меня потянулись разочарованные возгласы, улюлюкания и даже смешки. Но меня это не трогало, совсем. Мои руки сжались в кулаки и зубы скрипели так, что чуть до основания не стерлись.

Все цветы аккуратно погрузили обратно в фургон и увезли к ней на домашний адрес. Раз здесь проигнорировала, дома игнорировать не сможет, потому что цветов было столько, что не заметить и пройти мимо будет невозможно. Отступать я не собираюсь. Пусть на душе сейчас становится все хуже и хуже, но я верю, что еще не все потеряно.

Пока я стоял, задумавшись под экраном с надписью, ко мне подскочила взбешенная Арина, внимательно посмотрела вверх, где все еще горела надпись и со всего размаха врезала пощечину.

— Ты совсем охренела? Чо творишь? — отскочил от нее и перехватил руки с острыми красными когтями.

— Ты кобель бешенный, мне зачем голову морочил? — орет с надрывом, пытаясь вырваться из моих тисков.

— Я тебе ничего не обещал, ненормальная и сюда приезжать не звал. Ты сама себе все придумала, теперь таскаешься за мной. Отвали от меня. Исчезни уже, насовсем, — зло отвечаю и отталкиваю ее от себя.

— Ты пожалеешь об этом, — шипит мне напоследок, какое-то время с ненавистью сверлит меня злобным взглядом, потом разворачивается и уходит. Наконец-то.

Спустя час мне звонят ребята с доставки и говорят, что Ника отказалась принимать цветы, выставила всех курьеров на улицу и захлопнула дверь прямо перед их носом.

Ну, ничего. Я знаю еще один способ вручить их тебя, милая.

Отправляю ребят к студии танцев и прошу их выгрузить все прямо в зале, где занимается Ника и сам еду туда же, проконтролировать процесс.

Нам везет, потому что в зале занимается незнакомая группа девушек. Я говорю им, что хочу сделать сюрприз для Вероники и поставить везде цветы. Они шокировано расступаются и в полном восторге следят за нашими действиями. Кому-то, кажется, уже не до танцев.

Ника заходит в зал уже тогда, когда работа сделана в полном объеме. Она ненадолго замирает, потом делает глубокий вдох и подходит ко мне. Меня сразу обдает ее обалденным запаха и мои мозги процентов на сорок стали соображать меньше.

— Что из слов оставь меня в покое, тебе еще не понятно, — говорит уверенным голосом, но в глаза старается практически не смотреть. Это хороший знак. Надеюсь. Значит не так уверена в своей выдержке.

— Мне не нужны цветы от тебя, мне вообще ничего не нужно. Мы разошлись и поставили точку.

— Нет, не поставили. Я ошибся, Ника, всего один раз. Людям свойственно ошибаться, и еще свойственно прощать. Пожалуйста, прости меня, — проникновенно говорю ей, пытаюсь поймать взгляд, но она все время его отводит.

— Не все можно простить, Кирилл. Для меня ты перешел грань, за которой невозможно простить еще там, на парковке, а потом еще добавился наш разговор в твоем клубе. И не только разговор. Я выхожу замуж за другого мужчину, перестань меня преследовать. К тебе я больше не вернусь. И сюда я больше не зайду, пока все цветы не выкинут или просто хотя бы не вынесут отсюда.

— Это же просто цветы, Ника, они же ни в чем не виноваты, просто, прими их, — с грустью привожу ей свой единственный оставшийся аргумент.

— Это цветы от тебя, от постороннего мужчины, которым ты теперь являешься, а я сейчас невеста другого, поэтому не приму, — обрубает разговор и выходит из зала. Каждым словом, как раскаленным железом прижигает.

Мне теперь делать здесь абсолютно нечего, и я уезжаю домой.

Вечером пытаюсь ей дозвониться, сначала на мобильный, но там я у нее в черном списке. Потом звоню на домашний, но мне ответили, что Ника здесь больше не живет. От мысли, что она могла переехать к своему жениху меня начинает разрывать на части от отчаяния. Теперь я уже не так уверен в своих силах и совсем не уверен, что верну ее. В этом момент я начинаю осознавать размеры катастрофы, потому что ко мне приходит осознание того, насколько она дорога мне. Как никто другой. Я люблю ее, черт возьми, всем сердцем и душой. Как я буду жить без нее?

Собрав в кулак всю свою силу воли, чтобы окончательно не раскиснуть и действовать дальше, решаю навестить ее подружку. Для начала мне нужен адрес. Вероятность уйти от этой сумасшедшей невредимым практически равна нулю, но выбора у меня нет, хотя я все еще помню, как она вцепилась в меня своими когтями на парковке.

Скажем так, сегодня мне несказанно везет, хотя бы в том, что увечий она мне не нанесла никаких, а вот в другом, я в пролете. Эта мерзавка показала мне перед лицом фак и захлопнула перед носом дверь.

А потом, когда я уехал уже достаточно далеко, мне на телефон прилетело сообщение с адресом. От Юльки. Помогла все-таки. Но вдогонку написала. «Это не ради тебя, для нее. Хочу, чтоб она была уверена в том, что не делает ошибку. И ты не делай больше». С улыбкой смотрю на сообщение, даже дышать становится легче. А это ненормальная начинает мне нравиться.