Глава 44. Об удачных сделках и неудачных экскурсиях

Вот век бы их не видеть. Обоих. Я даже закрываю на мгновение глаза в надежде, что они мне показались, и сейчас исчезнут, но мечтам не дано исполниться.

 Думаю, что надо просто поздороваться и постараться уйти от них, но по выражению лица Тардена и похожему блеску в глазах Алброу понимаю, что не получится.

 — Нира Адалия, вы потрясающе выглядите! Приехали осветить собой ярмарку? — довольно улыбаясь, выдает сосед.

 А у меня аж зубы сводит от столь неприкрытой лести. Еле сдерживаю желание поморщиться.

 — А вы приехали приобрести камзол взамен того, который прожгло… солнце? Вы бы остерегались, тут оно тоже яркое, — вставляет свои пять копеек Тарден, который явно даже не пытается сгладить углы и демонстративно делает шаг ближе ко мне.

 Хотя стоило бы и придержать свой язык! Вон его зазноба как рассматривает и меня, и Рину. Как будто думает, кому из нас в волосы первой вцепиться.

 — Нет, генерал Тарден, — усмехается Алброу. — Чтобы для Эльтерии приобрести платья и прочие аксессуары, с которыми вы были в последний раз не очень аккуратны.

 Черт. И почему мне так неприятно? Сжимаю челюсти, сминаю платье в кулаках и натягиваю улыбку. Вот еще мне настроение не портили!

 — Что ж, — успокоив сбившееся дыхание, говорю я. — Тогда не хочу вам мешать и отвлекать от столь важного занятия. А мне нужно позаботиться о своих делах, поэтому прошу меня извинить.

 Я киваю всем, в том числе Тардену, и буквально срываюсь с места, чтобы поскорее оказаться подальше. Алброу хочет что-то сказать, но Эльтерия отвлекает на себя внимание. Очень вовремя!

 — Эй, Адалия, ты чего? — меня догоняет Рина.

 — У меня нет времени на пустые разговоры и подколы друг друга, — отвечаю я, старательно глядя по сторонам, а не на девушку. — Тем более мне не хочется слушать о личной жизни Тардена.

 Она скрывает смешок точно так же, как это делает Вард, кашляя в руку.

 — Мне все больше кажется, что я о вас с Арионом что-то не знаю, — говорит она.

 — Не придумывай, — отмахиваюсь я и скольжу взглядом вдоль прилавков, пытаясь найти лавки с медом и маслом или чем-то близким. — Что может связывать меня и этого дракона? Я же простая девчонка из захудалого городка, не то что эта… Эльтерия.

 Рина разражается звонким смехом и ловит меня за руку.

 — Арион и Эльтерия? Не смеши меня. Да, она за ним уже несколько лет бегает, но ему-то она не нужна!

 — Угу, — киваю я. — Особенно ночью в одной тонкой сорочке под плащом.

 Так. Надо спокойнее к этому относиться: просто вспомнить его высокомерный взгляд, когда он кидал мне мешок с золотыми, и угрозы. Но вместо этого откуда ни возьмись всплывают воспоминания о горячих руках и обжигающие прикосновения. Что за бред?!

 Рина останавливает меня и всматривается в мое лицо.

 — Что тебя так выбесило? Посмотри на себя, ты же готова придушить кого-нибудь.

 — Да, Адалия, что тебя так задело? — нас догоняет Тарден.

 — Твое навязчивое присутствие! — внезапно для себя выпаливаю я.

 — Кажется, ты не была против того, чтобы я вас донес сюда, — усмехается он. — Вроде как, это называется “использовать”.

 — Кажется, это ты в этом мастер!

 Мы повышаем голос, потому привлекаем внимание прохожих. Всматриваюсь в темноту глаз Тардена, я так близко, что могу ощутить его запах и даже сквозь гомон толпы слышу его сердцебиение. Сильное, мощное и… синхронное с моим.

 На его виске бьется жилка, говорящая о том, насколько он напряжен, ноздри раздуваются, а взгляд, сконцентрированный сначала на моих глазах, внезапно опускается к губам.

 Рина касается моего локтя:

 — Я нашла лоток с медом, может, пойдем к нему?

 Это выводит меня из состояния гипноза, в котором, кажется, я находилась. Делаю шаг назад, словно разрывая эмоциональную нить, связывающую нас с Тарденом. Он сначала хочет меня остановить, а потом тоже отшагивает от меня.

 — Я, пожалуй, дойду до местного начальника охраны, — говорит он.

 — А потом найдешь гостиницу, да? — широко улыбается Рина, довольная, что смогла отвлечь нас от перебранки.

 — Разве мы остаемся здесь на ночь? — уточняю я.

 — Конечно! Разве мы можем пропустить завтрашние ярмарочные танцы? — восторженно говорит Рина, а потом забавно морщит носик. — И не надо на меня так смотреть, Ар! Если ты помнишь, я аристократка больше на словах, чем на деле. Адалия, ну скажи ему!

 В воспоминаниях настоящей Адалии ярмарочные праздники были чем-то из разряда мечтаний, потому что ее никогда не пускали туда. Сначала она была маленькой, а потом… по факту прислугой.

 В моей жизни тоже праздников не было великое количество, я даже по клубам в юности не ходила. Так почему бы теперь не попробовать?

 — А вот и скажу! — бросаю на Тардена прищуренный взгляд, и он, скрипнув зубами, сдается.

 — Теперь точно по делам! — говорю я, увидев, что Алброу с его рыжей сестричкой снова показались на горизонте.

 Может, это все же плохая идея оставаться тут?

 День проходит очень продуктивно. Плюсом ко всем талантам Рины идет умение торговаться, ну а я умудряюсь “продавить” на сотрудничество как минимум троих купцов, которые готовы уже после моих рекламных описаний взять масло на реализацию. Учитывая, что я продаю кота в мешке, очень неплохой результат.

 Потому что если масло понравится покупателям (а оно точно понравится!), то за ним вернутся и будут брать еще. А потом еще и сарафанное радио подключат.

 Более того, я договариваюсь, чтобы купцы сами прибыли за товаром, а еще нахожу сносную тару для масла. Все складывается очень неплохо.

 С бортником дело срастается хуже, и его мы находим только уже после обеда, когда я готова плюнуть на все. Все, с кем мы успеваем пообщаться, отказываются пробовать новое место, новые цветы и вообще… Вредничают!

 Однако после обеда мы наталкиваемся на одну презабавную лавку, где продают штук двадцать разновидностей меда. Я не сильна в этом, но судя по другим лавкам, это очень необычно.

 Так вот хозяин, поджарый мужчина с массивными кистями и носом картошкой, выслушав нас, соглашается поставить у меня на поле улей. Просто так, “для опыту”, как он говорит. Мы договариваемся о том, что он приедет, и, наконец, с облегчением выдыхаем: основное, что было необходимо, сделано.

 — Адалия, Вард просил зайти в Храм. Сходишь со мной? — Рина мнется, как будто ей страшно.

 И это совсем не похоже на нее.

 — Мне там всегда неуютно…

 Адалия никогда не была в Храме в Валероне. Это вообще считалось привилегией аристократов, но Рина меня уже не один раз поддержала, поэтому я решаю, что это просто мой долг сходить с ней.

 Храм Драконьей Праматери возвышается над всем городом. Его огромные башни и шпили уходят ввысь, словно пронзая облака. Он построен из темного, почти черного камня, и от одного вида, кажется, начинают подкашиваться ноги. А ведь это даже не главный, столичный Храм!

 Массивные врата украшены резными изображениями драконов: их морды с оскаленными зубами, раскрытые крылья, извивающиеся тела словно охраняют вход. Ринг лишь отдаленно на них похож, уж слишком он мне кажется добрым и вовсе не таким страшным.

 Мы входим в огромный зал с высокими потолками, освещенный мерцанием многочисленных драконьих статуй и барельефов. По центру возвышается алтарь, сделанный из блестящего черного камня. А за ним пылает вечный огонь, словно сердце самой Драконьей Праматери.

 У самого алтаря на коленях стоит, наверное, служитель и что-то бормочет. Его слова, хотя и тихие, возносятся под самые своды, отражаются от потолка и витражей, гудят. Их просто невозможно разобрать.

 Я решаю не проходить далеко и остаюсь почти у самого входа. Здесь… Хорошо. Спокойно. Как будто я вернулась в бабушкин домик через много-много лет, а там все так же пахнет блинами и деревянными полами, так же тепло от печки, так же ждут…

 Рина тихо подходит к служителю, и он поднимается на ноги. Они перекидываются парой фраз, и девушка отдает какое-то письмо. Наверное, как раз то, что хотел отдать Вард. Рина улыбается, кладет на алтарь мешочек с монетами и направляется к выходу.

 Служитель с доброй улыбкой следует за ней, пока они не подходят ко мне вплотную. Но как только он поднимает взгляд на меня, его зрачки резко расширяются, превращая радужку в тонкий-тонкий ободок. На лице отображается шок, и служитель хватает меня за руку.

 Я перестаю дышать, пытаюсь высвободиться, но он держит крепко и шепчет в этот раз то, что я разбираю четко:

 — Чужая… Долгожданная… Возрождение крылатых…