Глава 105

Глава 105. Хайден

Хайден

Я был зол. Внутри все так и кипело от гнева, после того как эти недоумки покинули мой дом, я положил руки на виски и вздохнул.

Гребаный некромант! С его появлением все пошло не по плану. Столько лет терпеть живой труп в постели, воспитывать идиотку Мэри и провалить все на том, что она влюбилась, и в кого? В некроманта! Чудовище, которое так боялись с его страшной силой.

Это вызывало только ухмылку. Самая сильная и страшная магия отнюдь не некромантия. А ментальная. Глупцы боятся трупов и смерти, но есть вещи куда более страшные. И напоминание об этом, раздалось ржанием лошадей за окнами.

Как вовремя! И почему он не приехал раньше, когда в моем доме были эти грязные шантажисты. Не прижал их к полу, как жалких тварей… Хотя… Может оно и к лучшему.

Они ведь нашли рычаг давления. И весьма сильный. Хотели натравить на меня бабку-герцогиню, что ж она еще не сдохла то?

— Господин, – вышла моя новая служанка, вырвав меня из собственных мыслей.

Последнее время со слугами в моем доме было тяжело. Все благодаря моей бывшей женушке и грязным слухам, которые она успела пустить еще до клятвы.

Из всего штата прислуги у меня была только одна горничная. Остальные не задерживались, в чем была и заслуга Дьорна. Будь он неладен.

— Иди на кухню и не приходи, пока я не велю, – жестко сказал я. Повторять благо не пришлось, она тут же пошла по моим указаниям.

За дверью раздались ругательства герцога и болезненное ржание кобылы.

Он любил ездить с ветерком, отчего его лошади быстро шли на износ.

То ногу сломают, то не выдержат очередной плети кучера. Слабые и бестолковые создания. Впрочем, я для Дьорна был такой же тварью.

Я натянул на лицо улыбку и опустил взгляд. Он не любил, когда я смотрю на него…

— Ваша светлость, – лично открыл дверь, и Дьорн прошел внутрь. От его присутствия по телу прошелся привычный холодок. Благо он даже не посмотрел на меня, сразу же направился в гостиную, а я сглотнул и пошел следом. – Как ваше здоровье?

Спросил последнее, когда мы уже оказались в гостиной.

Дьорн лениво расположился на кресле, а я, как слуга, занял место возле двери, все еще потупив взор в пол.

— Хуже с каждым днем, – недовольно кинул он, и я кожей ощутил его гневный взгляд, от чего появилось желание спрятаться.

Щелчок пальцев, и нас накрыл защитный купол. Чтобы никто не слышал этого разговора.

— Итак, что же мы имеем Доусен? – хмыкнул Дьорн. – Я вытащил тебя из темницы и… Ах нет… Начну, пожалуй, с того, что я вытащил тебя из детского дома. Помог развить твою магию. Дал тебе титул и кров! – с каждым сказанным словом он повышал голос. – А ты отплатил мне только проблемами! Даже не смог воспитать собственную дочь.

— Не думаю, что она моя дочь. Все же, она слишком глупа…

— Глупа? – рассмеялся герцог столь сильно, что я подумал: не выпадет ли его вставная челюсть. – Нет, Хайден, это ты глуп. Конченый идиот! А она очень даже умна, ведь несмотря на всю данную мною тебе власть, средства, она смогла от тебя сбежать.

Я услышал привычный шорох и слегка приподнял голову. Дьорн снял перчатки. Взгляд против воли упал на перстень с редким камнем. Я даже почувствовал, как у меня идут слюни. Когда-нибудь он подохнет. Как бы не хотел, но подохнет, и тогда перстенек будет моим.

Только ради этого редчайшего сокровища стоило все это…

Гад высасывал из своих девок все соки, чтобы продолжать жить. Потому наследников у него не было. А значит, если я его переживу, всё же смогу завладеть этими богатствами и титулом.

Если, конечно, этот старик не напишет зловредное завещание, которое не оставит мне ничего. Ещё одна причина, по которой приходилось лобызать перед ним, как бы ни было мерзко.

— Господин, я знаю, что подвел вас, – тихо подошел я к герцогу, слегка припав на колени и подняв его руку. Так хотелось дотронуться до камня. Хотя бы губами. Почувствовать это жар, когда магия переполняет мое тело. Но Дьорн одернул ладонь. – Мэри… она разочаровала нас обоих.

— Разочаровал меня только ты, Хайден, – уже негромко, но со злостью бросил Дьорн. Я, признаться, ожидал худшего развития событий. Думал, он меня убьет, но на удивление герцог был не в самом плохом расположении.

А значит, у него был план.

Спрашивать прямо я, конечно, не решился, кто я такой? Лишь червь для него.

Но это только пока. Однажды я займу место этого старого пердуна, который никак не хочет сдохнуть.

Я унаследую все! Титул, власть, деньги. Но ничто из этого не сравнится с перстнем, который Дьорн носил на руке. Ведь этот самый перстень давал то, что купить за деньги просто невозможно…

— Может, соизволишь подать мне чаю? – вздернул бровь Дьорн. Его вопрос тут же отдался неприязнью внутри. Он сбросил перчатки, оголил перстень, а значит…

Ну вот зачем? Дерьмо!

— Как пожелаете, ваша наимудрейшая светлость, – пролепетал я и встал на ноги. Взял со стола колокольчик и звякнул.

В этот же миг в комнату вошла служанка. Я сто раз выругался про себя.

— Что пожелаете господин? – тихо спросила она, слегка присев.

— Милочка, подойди поближе, – ласково сказал Дьорн. Служанка испугалась, она кинула взгляд на меня, а я только лишь кивнул головой в сторону герцога, тем самым приказывая исполнять.

Со страхом, но девушка подошла ближе. Тогда старик слегка поднял руку, и перстень на ней сверкнул. Служанка не успела даже ничего понять, прежде чем ее взгляд стал безжизненным.

Дьорн встал с кресла и подошел ближе. От его кольца стали исходить нити, они ярко светились и наполняли герцога силой.

Подойдя достаточно, Дьорн слегка подался вперед, легонько сжал шею девчонки и впился в её губы. Весьма неприятное зрелище…

Благо мне было необязательно смотреть. В этот момент я был даже рад рассматривать носки собственных туфель.

Дьорн отпустил шею служанки и сделал шаг назад.

Девчонка пошатнулась, но обрела равновесие и даже понимание того, что с ней сделали. Она хотела пискнуть, но перстень Дьорна тут же сверкнул.

— Ничего не было. Мы лишь просили сделать нам чай, – сказал он.

Взгляд девушки помутнел, она кивнул и повторила в забытьи:

— Господа желают чая.

Дьорн расплылся в улыбке и после снова сел на кресло.

Девушка сделал поклон и, слегка пошатываясь, отправилась на кухню. А я старался сдержать при себе свое отвращение и злость. Привычно скрыть их за маской лести и безусловной любви.

Но настоящую любовь я испытывал лишь… к перстню на руке Дьорна. Тому самому, что позволяет ему жить уже более ста лет, испивая своих молодых супруг.

И не только их.

Это кольцо… давний артефакт, что принадлежал семье короля. И Дьорну он достался как одному из родственников. Давно утерянный и забытый.

Или же… Кто-то приложил этот самый перстень к бывшему владельцу, чтобы артефакт был наверняка забыт. Ведь внутри дорогой огранки скрывался камень, что создали из слияния двух видов магии: ментальной и некромантической.

Он не просто усиливал владельца настолько, что позволял управлять людьми, не касаясь их, а лишь находясь рядом. Он позволял испивать других магов, подпитывая собственные силы и черпая жизнь.

Потрясающая вещица.

Единственная в своем роде! И когда-то она станет моей!

Но пока…

Гребаный Дьорн испивал моих служанок. Не до конца, нет. Скорее, чтобы слегка полакомиться. Никто из них не был способен унять его голод.

Но он все равно любил их пригубить. Мерзкое зрелище. Он был так не избирателен. Еще в годы, когда я жил с Алисией, он испивал даже мою престарелую служанку…

Впрочем, ему было плевать на внешность. Для него они лишь еда, не более того. Именно по этой причине он никогда не трогал Алисию, она была отравлена. Такое он не ел, зато подсунул мне.

Как многое мне приходилось терпеть. Но я был умен, хитер и очень сдержан. Именно поэтому и прожил дольше остальных усыновленных Дьорном детишек.

И рано или поздно, за все это мне воздастся…

А сейчас приходилось терпеть.

На слуг мне, в целом, было плевать.

Вот только после таких десертов они начинали жаловаться то на головную боль, то на зубы, то на что-то еще. Плюс слухи, которые пускали старые слуги, что работали ещё при моей почившей женушке. В итоге все бежали из моего дома как можно дальше.

Проклятье.

Это раздражало! И зачем Дьорн это делал? Своих слуг он берег…

Но рано или поздно настанет этому конец.

Несмотря на то, что перстень подпитывал его и после каждого приема пищи он слегка молодел. Все же его вид давал понять, что вечно он жить не будет.

Дьорн протянул руку. Внутри тут же появилось чувство предвкушения. Я сразу подошел к нему. Позволил все-таки…

Одно легкое касание до камня, и моё тело моментально налилось энергией и силой. Эти подачки, хоть и мелкие, опьяняли меня снова и снова.

Но Дьорн, как всегда, резко убрал руку.

Как же хорошо. Магия! Сила! Молодость! Каждая клеточка наполнилась этим потрясающим чувством насыщения!

Забывшись, я даже посмотрел Дьорну в лицо, но тот тут же жестом дал понять, чтобы я опустил голову.

— Скоро я снова буду молод, – с радостью сказал он.

— Вы нашли другую невесту? – удивился я. А мне еще нужно было рассказать ему о последнем визите…

Его помешанность на Мэри была колоссальной. Точнее не на ней, а на ее магии вперемешку с аристократической кровью. Когда я дал гребаную клятву Алисии, мне повезло найти молодуху с сильной магией для Дьорна.

Можно сказать, я чудом спас свою жизнь, подобрав в академии разорившуюся аристократку с хорошим потенциалом.

Не зря ездил к Мэри.

Но… Девчонка была значительно слабее моей идиотки. И хоть Дьорн испивал ее медленно, она быстро закончилась, оставив его снова вдовцом. И снова он хотел ее…Мэри!

Хотя я не видел никаких выдающихся талантов у дочери, но Дьорн считал ее уникальной.

Вот только Мэри не хотела за него замуж. А для ритуала нужно было добровольное согласие.

Это самое главное и идиотское условие. Жертва должна сама желать угодить господину. Поэтому служанки так подходили для легких перекусов. Вот только насытить они были не способны.

По-настоящему насытить, напитать магией и молодостью могла лишь жена. И не абы какая, а связанная старинным ритуалом, который проводил Дьорн под видом старого обряда их семьи. И благодаря перстню жена превращалась в фуршетный стол, который всегда накрыт для своего господина.

Согласие… Дурацкое согласие! Именно из-за собственной воли, так долго приходилось играть по правилам Мэри. Все пытаться исхитриться, заставить ее! Заставить выйти замуж по собственному согласию.

Ее разум должен быть чист, когда она скажет на алтаре, что согласна.

А эта дрянь не скажет!

— Зачем мне другая невеста, когда есть наша птичка Мэри? Ее потенциал – это нечто… прекрасное! Ее магия, ммм… магия земли… самой жизни! Она могла бы напитать так много почвы. Но к чему ей это, верно? – со смешком спросил Дьорн. – Когда она напитает меня.

Я выдавил улыбку, хотя речь Дьорна звучала безумно. А ведь я всё ещё не сказал ему про клятву, которую пришлось дать.

— Боюсь, Мэри не захочет…

— Захочет. Ты создал проблемы, Хайден. Но я их, как обычно, решил. Благо вести, которые ты мне передал ранее, не были настолько печальны. Напротив, теперь Мэри точно никуда не денется, – как-то слишком уж довольно хмыкнул герцог. В этот момент в дверь постучали.

Вошла служанка с чаем. Она была бледной и сильно сжимала губы, явно мучаясь от мигрени, появление которой не могла оправдать.

Но беды какой-то девки меня совсем не волновали. Я ждал, когда она уже, виляя задницей, свалит отсюда, и я продолжу слушать новый план.

Дверь, наконец, закрылась, и мы остались с Дьорном. Я кинул легкий взгляд и жестом герцог приказал поднять мне голову.

Так он делал, только когда желал видеть моё изумление и восхищение от его рассказа. Однако сейчас старик медлил.

Дьорн поднес кружечку чая и сделал глоток.

— Ваша светлость, я не понимаю…

— Конечно же не понимаешь, ты же идиот, – хмыкнул Дьорн и отпил чай с таким видом, словно все было очевидно. А мне осталось лишь стоять с натянутой улыбкой и желать ему подавиться и сдохнуть прямо здесь.

Повезло все же, что у меня была ментальная магия, и мои мысли были ему неподвластны. Должно быть, поэтому я и прожил так долго…

— Мэри попалась в ловушку, – с вдохновением пояснил он. – Мы столько пытались ее подтолкнуть к тому, что она бы пришла сама от безысходности. Но она оказалась такой стойкой. Потом ты дал эту дурацкую клятву её мамаше, из-за которой пришлось столько ждать. Но теперь! Теперь все намного проще.

Дьорн улыбнулся. Словно я должен был все понять именно сейчас и продолжить за него. Но я всё ещё недоумевал, отчего он разочарованно вздохнул.

— Ради себя она никогда не придет. Но придет ради своего возлюбленного. Это ее слабость, Хайден. Ни деньги, ни положение, ни травля ее не сломали. Но если я надавлю на нее через некроманта. Если выбор встанет между тем, чтобы выйти за меня замуж, или его смертью… тогда она по собственной воле придет ко мне и будет умолять, ползать на коленках! И вот тогда, наконец, я ее получу.

Дьорн поставил чашку так воодушевленно, что она звякнула об блюдце.

Я нервно сглотнул и понял, что нужно рассказать обо всем сейчас. Пока он в хорошем расположении духа.

— Господин, они… они были у меня недавно и угрожали. Сказали, что если я вмешаюсь, то…

Дьорн только махнул рукой.

— Не порть мне настроение, Хайден. Иначе пожалеешь, – тихо, но достаточно грозно сказал он, и я снова натянул лицемерную улыбку. – Уже завтра Нэйт Фаир не дойдет до службы. Его похитят и привезут ко мне…

— Некроманта? – вырвалось у меня, за что я получил обжигающий взгляд и тут же заткнулся.

— Похитить и убить можно кого угодно, когда есть деньги. Даже некроманта. Но я продолжу. Завтра его похитят и притащат ко мне. Мэри получит весточку и, конечно же, придет спасать своего возлюбленного. Вот тогда-то все, наконец, пойдет как надо. Ведь Мэри сделает все, чтобы его спасти. По собственной воле и без капли приворотного зелья.

— И вы его отпустите?

— Конечно нет, – фыркнул Дьорн, и вот теперь я улыбнулся абсолютно искренне. – Сразу, как Мэри скажет да на алтаре, я сверну ему шею. Дальше она уже будет в моем плену и ничего не сможет сделать. Ее искреннее согласие нужно мне всего лишь раз, а дальше… Дальше начну использовать ментальную магию, чтобы она стала послушной.

— Прекрасные новости! И просто замечательный план!

Я хотел снова припасть к руке герцога, но он ее убрал.

— Что ещё хотели от тебя эти щенки? Что ты наобещал им?

Я отошел подальше прежде, чем продолжил говорить:

— Они взяли с меня магическую клятву, что я больше не вмешаюсь в их жизнь и постараюсь убедить вас забрать заявление о пропаже артефакта.

Дьорн мерзко расхохотался.

— С чего вдруг они решили, что ты можешь на меня повлиять?

— Они как-то прознали о старой герцогине и угрожали связаться с ней. Кроме того, они знают о вашем ритуале пожирания жён.

Дьорн резко смолк. Я на своей шкуре ощутил, как он злится. Казалось, старик пытается испепелить меня взглядом, хотя тут не было моей вины! Но кого это волнует?

— Откуда?

— Я не знаю. Но они говорили уверенно. Это не надумки. У них есть какие-то доказательства…

— Чушь! – отмахнулся Дьорн. – Не может быть у этих глупых детей доказательств о моих взглядах на жён. Я слишком аккуратен. Только если ты не проболтался…

— Нет, что вы! – у меня кровь в жилах замерла от подобного вопроса.

— Однако старая герцогиня и правда может доставить проблем, – старик задумчиво почесал подбородок. – Впрочем, плевать. Заявление о пропаже артефакта нам больше не нужно. Я могу его уничтожить. Давно ясно, что Мэри не боится тюрьмы. Однако, уверен, даже если она будет понимать, что жертвует своей жизнью в обмен на жизнь этого некроманта – она согласится. Мы не нарушим твоей очередной идиотской клятвы, но всё равно получим своё. Главное провернуть всё поскорее, пока ни не успели вмешать сюда герцогиню. И почему эта старая кляча до сих пор не подохла?

После этих злобных слов Дьорны произошло нечто странное. На кухне что-то упало, да так громко, что дрязг был слышен даже в гостиной.

— Что у тебя гремит? – недовольно бросил герцог.

Ах, если бы я сам знал... Хотя… Догадывался.

Тут же взял колокольчик и звякнул в него. Но ничьи шаги не раздались.

Тогда я звякнул еще раз и еще…

— Прекрати трещать, – разозлился Дьорн. – Где все твои слуги?

— У меня некоторые трудности с подбором штата, осталась только Зейна, которую вы видели…

— Может, она в обморок свалилась? Иди, проверь.

Скорее всего, так и было. После первого воздействия Дьорна это было нормальным.

Снова выдавил улыбку и, слегка поклонившись, вышел из гостиной.

Дерьмо. Вот надо было ему здесь перекусывать!

Ругаясь про себя, я прошел на кухню и нисколько не удивился тому, что увидел.

— Проклятье!

Зейна и правда валялась на полу. Подохла что ли?

Присмотрелся. Ее грудная клетка слегка вздымалась. Значит, живая и придет в себя. Вот только как ей объяснить ее обморок? Наверняка же уволится.

Скрипнул зубами. Взял пару тарелок из дорогого сервиза и бросил рядом с ней. Они с дрязгом разбились об пол.

Теперь не уволится. Придется расплачиваться. А я пока смогу подыскать кого-то на её место. Надеюсь.

Кинув взгляд на девку, отправился обратно к Дьорну, чувствуя одновременно и радость, и раздражение.

Хотя радость все же пересиливала. Наконец, Мэри за все ответит. То как они меня унизили! Наконец! И этот некромант сдохнет! Избавлюсь сразу от всего груза!

Поэтому даже обморок служанки меня не расстроил. Главное не умерла. А то вся эта волокита…

Вошел в комнату и тут же опустил голову, не успев даже окинуть помещение взглядом.

— Господин, служанка потеряла сознание. Прошу простить меня за эту оплошность, – я смотрел себе в носки, а сам молчал.

Не хотел злить Дьорна еще сильнее.

Что-то зашуршало, а после громко упало…

Я поднял голову и тут же шарахнулся назад от неожиданности.

Дьорн лежал в неестественной позе с высунутым языком и вытаращенными глазами.

Что? Что происходит? Я отлучился всего на пару минут!

Первым чувством стал страх. Я хотел сбежать, но… быстро пришел в себя.

Сощурился, присмотрелся.

— Господин?

Он не ответил. Грудная клетка не вздымалась. Я застыл от шока и… подкрадывающегося счастья.

Неужели?

Сделал пару шагов, присел рядом и дотронулся. Дьорн не шелохнулсяю

Из меня вырвался смех. Я уселся рядом и расхохотался в голос.

— Сдох! Наконец-то сдох!

Меня не волновали причины. Ему давно было пора. Сердечный приступ? Мозг отказал? Почка?

Да какая разница? Он наконец-то подох! Туда ему и дорога.

Просто поверить невозможно! Судьба еще никогда не была ко мне так благосклонна. Конечно, лучше бы он подох после того, как убьёт некроманта и поломает Мэри последние крохи мозга, но… да плевать!

Тут же вцепился в перстень и снял его с еще теплой руки. Натянул его на палец и поднялся на ноги. Выпрямил спину и почувствовал, как сила стала наполнять мое тело!

Наконец-то!

Я получу всё! Силу, богатство, титул. Вечную жизнь! Больше не нужно ни перед кем пресмыкаться! Не нужно дрожать от одного его взгляда. Не нужно платить по счетам, зная, что одна оплошность – и тебе устроят ментальную порку.

Я был свободен! Нет. Не так!

— Теперь я властитель всего этого, – прошептал в опьяненном порыве счастья.

Но я не успел нарадоваться вдоволь. Меня вдруг отвлекли…

— Красивый перстень, – знакомый голос, заставил меня вздрогнуть. Но этого не может быть. Мне послышалось?

Я отшатнулся от Дьорна. Попятился назад. И тут же передо мной появился силуэт, который я уже давно забыл.

Тонкая талия, красивая налитая грудь, густые волосы и яркие глаза. Ведьма, что околдовала меня когда-то так, что я возжелал ее. Нарушил приказ, лег с ней в постель и… поплатился годами жизни, которые пришлось потратить на взращивание Мэри вместо «испорченного плода».

— Алисия? – прошептал в непонимании. От ужаса сердце забилось быстрее, а на лбу выступили капли пота. Я вновь попятлся назад, споткнулся о проклятый труп и упал в кресло.

Стоп.

Труп.

Это не сердечный приступ?

Неужели…

Я поднял взгляд, полный ужаса и девушка… именно девушка! Здоровая, живая, рассмеялась. Она была мертва, но сейчас в её голосе жизни было больше, чем во все те годы, когда мы были женаты.

Я подскочил и тут же ринулся бежать. К двери. Но она захлопнулась прямо перед моим носом.

— Куда же ты бежишь, Хайден? – с истинно ведьминским хохотом спросила она, растягивая в упоении каждое слово. – Разве не хочешь оплакать дорогого родственника… Отца? Он так мучительно умирал. Его легкие горели. Я лишила его воздуха. Забрала почти все, оставила лишь каплю. Чтобы он пытался насытиться ей. Вдыхал ее, чувствуя, как горло сводит спазмы. Но это пустяки по сравнению с тем, как будешь умирать ты.

Я дергал дверь со всех сил, но она не открывалась. Поэтому я… бросился к окну.

— Ну хватит бегать! – рыкнул призрак, и прямо от окна меня подбросило и откинуло к стене. Удар пришелся таким сильным, что в глазах потемнело.

— Я бы помучила Дьорна подольше. Ох, мне этого очень хотелось! За… как он говорил? Гнилую падаль, которую он видел во мне. За старую клячу, которой он обозвал мою матушку. И, конечно, за мою Мэри, в которой он видел лишь кусок сытного мяса. Но… но тогда не получилось бы устроить тебе сюрприз. А я… – она расплылась в улыбке сплошного удовольствия, которая граничила с хищным голодом, – …очень хотела угодить именно тебе.

— Алисия, – захрипел я, стараясь обрести равновесие. – Пожалуйста, ты…

— Убью тебя? – спросила она так просто, словно говорила о чем-то повседневном. При этом задумчиво скривила губы и почти по-ребячески перекатилась с носка на пятку, как если бы дитём выбирала, что съесть сегодня на завтрак. – Да, убью.

Ответила все так же без особых эмоций. Я отшатнулся гонимый страхом, и прижал к груди руку с перстнем. Все дрожало внутри.

А она… она улыбалась! Улыбалась так, будто не убила человека, а лишь сломала игрушку.

— Ради Мэри, – пролепетал я.

— Замолчи, – её голос вдруг наполнился гневом. Мое тело тут же взлетело в воздух, словно кто-то поднял меня за шею, сжав ее с такой силой, что кости захрустели. Я пытался произнести хоть что-то, но не мог. Тогда я призвал силу кольца. То засветилось, но… Алисия лишь хохотала.

— Оно тебе не поможет, Хайден.

Нужно было что-то придумать. Мозг судорожно искал идеи, но я мог только хрипеть от боли.

— Говорят, страшнее всего не смерть, а момент перед смертью, – задумчиво протянула Алисия, не отпуская меня. – Когда ты умираешь и ничего не можешь сделать. Когда тебя пытают, высасывая жизнь медленно, болезненно и постепенно. И, знаешь, как призрак я соглашусь с этим. Я бы тебя уже убила, но ты не заслуживаешь умереть быстро.

Мое тело подлетело выше, а горло сжало сильнее.

— Признаться Дьорн умер легче. Но там было другое. Понимаешь, он герцог, обязательно ведь наймут некроманта, чтобы узнать, как он умер. И нужно было сделать все, чтобы тот увидел, лишь как его душили. Кто-то. Сзади. Например, ты. Тут же больше никого.

Посмеялась она и подлетела ближе. И ее тело стало меняться, превращаясь в скелет на котором висела гнилая плоть. Висела кусками!

— Ты это со мной сделал! – тихо сказала она, проведя костями по моей щеке, и от ее касания меня обжигало холодом. Боль была просто адской, я замычал. – Но я готова была тебя простить! Лишь просила исполнить клятву. Оставить в покое Мэри. Тогда я спокойно упокоилась, а наша дочь… ох, нет, МОЯ дочь, ведь ты не имеешь права называться отцом. Так вот, она бы зажила спокойно. Но нет, ты решил, что можно просто сжечь мои вещи и продолжить отравлять ей жизнь!

— Дьорн, он… – смог все же прохрипеть я.

Вмиг меня снова подбросило и ударило о стену. Еще один удар, и ужасная боль, словно я отбил себе легкие.

В глазах потемнело, будто я вот-вот потеряю сознание, но мое тело как болванку, заставили подняться на ноги.

В этот раз невидимая руку схватила меня за подбородок и заставила поднять глаза, чтобы я могу видеть… видеть этот ужасный труп!

— На мое дело вызовут некроманта! – я вдруг понял, что снова могу говорить. – Тебя накажут… Нэйта накажут! Это же он. Он влил в тебя силу! – зашипел я.

Точно! Это сделал некромант! Я ведь уничтожил все, абсолютно все!

Это все Мэри и Нэйт. Именно так они всё узнали. А значит…

— Ты не можешь меня убить, Алисия. Иначе сюда пришлют некроманта, и он все увидит по моей смерти…

Призрак снова принял первое свое обличие. Молодая, красивая девушка с грустным выражением лица. А меня резко отпустило.

Получилось! Сработало!

— Я поклянусь… поклянусь не трогать Мэри! Теперь Дьорн умер, и я больше не трону ее.

Сказал, а сам оценил выражение её лица. Алисия опустила голову.

Я дожал ее? Все… Победа?

— Возможно, ты был бы и прав Хайден, вот только некроманта должен кто-то нанять? Кто-то, кому не тебя не плевать, верно? А кто это? – она в безумии расхохоталась. – Кто, Хайден? Кто будет нанимать некроманта для такого мешка дерьма, как ты?! Близких у тебя нет, а королевству какой-то лорд не настолько интересен. Даже слуги разбежались от тебя!

Алисия подняла голову, и ее глаза загорелись. Я сделал шаг назад и снова почувствовал, как меня схватили за глотку.

— Дьо…

— Не пытайся даже, – прошипела Алисия. – Ты всегда служил ему с полной отдачей. Потому что ты такой же, как и он. Жалкий, жадный, мерзкий урод.

Все мое сознание билось внутри, рвалось. Пыталось спастись, но я мог только хрипеть и дрыгать ногами.

— Однако не переживай, – протянула Алисия с улыбкой, и я ощутил, как моя рука с перстнем поднимается. – Этот камушек всё же сможет послужить тебе. Ведь ты так желал его получить? Было бы очень грустно оставить тебя без его сил.

Я понимал, что ничего хорошего сейчас она не скажет. Всё пытался хоть как-то использовать магию, но… ментально призрака не победишь!

— В этом перстне осталась жизненная сила, – с упоением продолжила Алисия. – Это очень здорово, ведь теперь я смогу подольше побыть с тобой, – я пальцы прикоснулись к моей щеке, и показалось, что кожа плавится под ними. – Я буду терзать тебя, а потом мы будем вливать в тебя немного магии из кольца. Чтобы поддерживать твою жизнь подольше. Дабы ты сполна ощутил, какого это… – она приблизилась к моему уху и зашептала, – быть марионеткой в чужом аду.

В эту секунду мне показалось, что хватка на шее сомкнулась столь сильно, что кости переломало. Было чудовищно больно. Такая боль пронзает тебя в момент смерти, но… кольцо засветилось, я открыл глаза и понял, что жив. Боль продолжала сжигать меня изнутри, но тело никак не умирало.

А улыбка Алисии была всё шире…

— Знаешь Хайден, это один тех самых счастливых моментов, что подарил мне наш брак, – продолжила она. – Знать, что я умру, прихватив с собой двух мерзавцев. Я все думала, что у меня была такая жалкая жизнь. Но теперь я понимаю, что в ней был огромный смысл! Ведь я спасаю свою дочь и многих других, кто пострадал по вашей вине. Тех, кто еще мог бы пострадать. Это великая смерть. В отличие от твоей…

Я снова упал на пол. Но в этот раз даже смог устоять на ногах. Огляделся по сторонам. Призрак исчез.

Возможно, она переоценила себя? Сила некроманта закончилась?

Тут же бросился к двери.

У меня появился шанс?

Я смог выбежать из дома и даже почти добежал до кареты Дьорна, когда услышал…

— Хайден Доусен, я требую платы за неисполнение кровной клятвы! – это был не голос, а шелест листвы и ветра, но я резко остановился и… закричал.

Мое тело стало покрываться волдырями, словно от ожогов. Однако боль была в тысячу раз сильнее.

Все естество горело изнутри пламенем. Но сильнее всего болела голова. Волдыри лопались с кровью, а я повалился на землю, пытаясь хоть как-то снять боль…

Улица…

Люди…

Кто-то кричал…

Я ничего не понимал, только боль и кровь.

Нечеловеческий вой, мой вой.

В этом всем потоке боли, проносились картинки. Это были картинки моей жизни и… не только они. Я видел жизни других. Их лица, их голоса. Все, что я сделал плохое.

Всю ту боль, что причинял, вся она теперь отливалась на мне, вылазила волдырями, лопалась, и растекалась ожогами, словно горячей лавой.

Все мои прегрешения, все проступки и неисполненные клятвы. Я закрыл глаза.

И на миг показалось, что все закончилось.

Я открыл их, находясь в темнота со слабым свечением. Боль прошла. И я, наконец, мог выдохнуть. Это смерть? Если да… То это лучше чем…

Неожиданно передо мной появилось лицо. Это было лицо Эйроса…

— Расплата! – закричал он, я отшатнулся.

— Расплата! – вторил кто-то следом. Я обернулся и увидел лицо Алана. Мокрое от дождя и крови.

— Нет, нет! – закричал я, когда мертвецы окружили меня, превращаясь из духов в мертвые гниющие трупы. Я знал их всех.

Все они так или иначе пострадали от меня, и теперь. Теперь они окружили меня!

Они били меня, пинали, рвали волосы, приносили немыслимую боль еще хуже той, что я чувствовал при жизни.

А потом…

Потом все затихло, и я снова открыл глаза оказавшись на том же месте.

— Я… – не успел сказать и слова.

— Расплата – раздалось снова.

— Н-е-е-ет! – только и успел закричать я. Но, несмотря на все мои крики, мольбу, клятвы и ругательства все началось по кругу. А потом снова… Снова… И снова…

Люди боятся мертвецов, боятся кладбищ, боятся некромантов. Все это страшно, но… по-настоящему стоит бояться только себя.

Даже если мы этого не ощущаем, мы являемся пленниками своих поступков. И каждый негодяй, рано или поздно ответит за всю причинную боль. Испытав ее трехкратно… тысячекратно…

Испытывая ее целую, нескончаемую вечность.