Глава 35

Алан здесь? Или же мне он мерещится? Хотя, если учесть, сколько раз я представляла нашу встречу, то нисколько не удивлюсь этому факту.

Но Мир-Алиев не призрак и не плод моего воображения. Он стоит и улыбается мне одними глазами.

Смех и визг Насти прерывает моё глупое разглядывание мужчины, и я вспоминаю про дочь, которая чересчур расшалилась. Всё ещё не могу вымолвить ни слова и жестами показываю, что мне нужно усмирить Настю.

— Яся, не спеши, — просит Алан и ловит меня за локоть.

— Она… — хочу возразить, но послушно остаюсь на месте, заворожённая музыкой мужского голоса и загипнотизированная глубоким взглядом.

— Пусть дети пообщаются, — добавляет Алан с улыбкой.

— Что? — округляю глаза, опешив от предположения, и перевожу взгляд на профиль мальчика, но не такое большое расстояние всё равно не позволяет его как следует разглядеть.

Настя уже не обстреливает его водой, но продолжает дразнить.

— Я думаю, что Кнопка его узнала, а вот Руслан, по всей видимости, нет, — произносит Алан, запутывая меня ещё больше.

Руслан… Кажется, я недавно слышала это имя. Что-то смутное мелькает в памяти, но мысли разлетаются как стайка испуганных воробьёв, и я не могу сосредоточиться, растворяясь в тёплой мужской ауре, которую чувствую каждой клеточкой своего тела. Алан продолжает держать меня за руку и стоит почти вплотную, волнуя своей близостью, и стук моего сердца наверняка слышно даже у бассейна.

— Ты хочешь сказать, что этот мальчик… — я снова перевожу взгляд на детей.

— Мой сын. Руслан, — заканчивает за меня Алан.

— Но… — На этом дальнейшие мои умозаключения впадают в полнейший ступор, и я в откровенном недоумении смотрю на того, кого желаю и одновременно боюсь видеть.

Алан большим пальцем едва заметно поглаживает мою руку, разгоняя по коже целый спектр необъяснимых ощущений.

— Я не знала, что ты с семьёй тоже будешь здесь, иначе выбрала бы другой санаторий, — фраза слетает сама, отрезвляя и возвращая в настоящую реальность.

Однако Алан, чуть усмехнувшись, качает головой.

— Вряд ли бы это что-то изменило, — улыбается немного странной улыбкой, и я только сейчас замечаю, как сильно он изменился за этот месяц.

— Что ты хочешь этим сказать? — спрашиваю, но получить ответ не успеваю.

— Это не че-естно! — визжит Настя, закрываясь от брызг, которыми теперь заливает её сын Алана, отобравший у противника его же оружие.

— Сама напросилась!

— Руслан! — Алан в два шага оказывается возле бассейна. — Она же девочка! — выговаривает сыну.

— Девочка?! Девочка?! Ты посмотри, что она сделала с моими вещами! Эта девочка. — Руслан в азарте разворачивается к отцу, но при этом забывает убрать палец с водяного автомата и едва не попадает по нему. — Ой… — опускает своё оружие, явно растерявшись.

— Так ты сам залез в воду в шортах, — мягко пеняет ему Алан.

— Потому что они из-за неё уже мокрые были!

— Алан! — подпрыгивает прямо в воде Настя, узнав отца Руслана.

— Привет, Кнопка, — здоровается с ней Алан, присаживаясь на корточки возле самого края бассейна.

— Привет! — радостно пищит моя разбойница, а её глаза горят неподдельным восторгом.

Моя дочь явно не забыла своего нового знакомого и рада его видеть.

— Обижают? — интересуется у неё Алан с таким видом, будто ничего на свете главнее для него нет.

— Не-а!

— Её обидишь! — отвечают дети одновременно.

Я стою чуть в стороне и не мигая смотрю на эту троицу. У меня нет слов, чтобы выразить словами, что я сейчас чувствую.

— Пиццу будете? — предлагает обоим Алан.

— Да-а! — Настя хлопает ладошками по воде, обрызгивая Руса и немного попадая в Алана, но тот даже не замечает этого.

— Да ты ж! — фырчит Руслан и отходит от Насти на безопасное расстояние. — Откуда здесь пицца? — спрашивает у отца.

— Если я предлагаю, значит будет. Но ты можешь дождаться кашу, — Алан намеренно поддразнивает своего сына.

— Нет уж! Манной каши я уже наелся, — Руслан выходит из бассейна, оставляя после себя мокрую дорожку со стекающих шорт.

— Эй! Автомат отдай! — кидается за ним Настя, но резко останавливается и растерянно хлопает слипшимися от воды ресницами под серьёзным взглядом Руса.

Сын Алана сначала «разряжает» автомат в воду, а уже потом протягивает игрушку Насте, пока я в этот момент беззастенчиво рассматриваю подростка. У Алана очень красивый сын уже даже сейчас. Представляю, каким он станет года через три-четыре. От поклонниц точно отбоя не будет.

Именно на этой мысли меня ловит Алан:

— О чём ты думаешь?

— Что у тебя очень взрослый сын, — отвечаю, глядя мальчику вслед. — Он один?

— Да.

— Странно, — размышляю вслух.

— Что странного? — цепляется к слову.

— Что у тебя только один ребёнок. Ты очень любишь детей, — делаю такой вывод из своих наблюдений, пока Рус пошёл переодеваться и уже не может нас слышать.

— Дети должны быть от любимой женщины, Яся, — произносит изменившимся тоном Алан.

Напрягаюсь, невольно коснувшись запретной темы, отворачиваюсь и старательно вытираю Настю полотенцем. Снимаю с её головы шапочку и пальцами расправляю прижатые плотным силиконом кудряшки.

— Мам, можно я не буду переодеваться, — капризно дует губки. — Я потом ещё купаться хочу.

— А в купальнике за столом сидеть нельзя.

— Почему? — спрашивает дочь в один голос с Аланом.

— Так не принято, — отвечаю обоим.

— Глупости, — отмахивается Алан. — Мы же не в ресторане. Пусть ребёнок поест и идёт купаться.

— Мам, можно? Пожалуйста! — Настя невинно хлопает глазами, скорчив при этом такую жалостливую рожицу, что Алан начинает смеяться.