Глава 41

Оконная решётка отбрасывает причудливые тени на каменный пол. Интересно всё же, где я нахожусь. Такое ощущение, что это компьютерная модель. Комнату просто создали в какой-то абстрактной реальности. Коробка, в которой прописали окно, а за ним источник света. Я даже пейзажа не вижу.

Стою, вжавшись в холодную стену, и смотрю на человека перед собой. Мой брат. Вернее, той, чьё место я заняла. Сердце колотится так сильно, что, кажется, он должен слышать эти удары.

— Ты выглядишь напуганной, сестрёнка, — он улыбается, но улыбка не достигает глаз. — Неужели так боишься меня?

«Успокойся», — приказываю себе. — «Ты должна быть той, за кого он тебя принимает, и тогда выживешь».

— Просто... неожиданно, — мой голос звучит хрипло. — Не думала, что появишься после... последней встречи.

— О да, — он небрежно проводит рукой по стеклу, и цветные блики танцуют на его лице. — Как продвигаются твои отношения с драконом? Чувствуешь его силу?

Я замираю. Сила Рейнира успокоилась, но я всё ещё чувствую её с тех пор, как впервые использовала в саду. Тёплая, живая, пульсирует где-то под кожей.

Он нашёл меня, когда я впервые ей воспользовалась. Может сделать это сейчас? Выпущу, и Рейнир наверняка почувствует и поймёт, что я вляпалась, если уже не понял. Придёт за мной…

А если…

Что, если ловушка? Вдруг мой «брат» именно этого и ждёт?

Ладно, попробую соврать.

— Я... — начинаю неуверенно, — не совсем понимаю, о чём ты.

Его лицо на мгновение искажается раздражением, но быстро разглаживается.

— Мои сёстры всё такие же недалёкие, — он вздыхает с наигранным сожалением. — Впрочем, возможно, это и к лучшему. Меньше шансов, что вы всё испортите.

Вот гад… Понимаю, что проявила излишнюю осторожность, когда решила не приставать к Элли с расспросами. Сейчас может и удивлялась бы поменьше. Девочка ничего не говорила. Вряд ли её посвятили в планы, но она могла бы упомянуть, что у этих трёх сестёр есть ещё серый кардинал в лице брата, чтоб его…

Внутри вспыхивает гнев, но я заставляю себя промолчать, опустить глаза, изображая смущение. Пусть лучше и правда считает меня идиоткой, так легче будет не вызывать подозрений и выпутаться из этой передряги.

— А ещё я так и не поняла, что случилось, — пробую разыграть новую роль. — Ты что-то сделал с пугалом?

— Да. Не отвлекайся, Вивиан, — он подходит ближе, и я чувствую запах каких-то горьких трав от его одежды. — На самом деле нам сильно повезло, что метка на твоей руке не пострадала во время проверки. Это значит магия нашего владыки достаточно сильна. А ещё это означает, что нам не придётся использовать Джату. Было бы проблематично создать ей вторую метку почти сразу после того, как умерла ты. Рейнир достаточно глуп, чтобы поверить, но остальные ларианы начнут задавать вопросы.

Я киваю. Владыка, внедрение… Господи боже мой, нужно запомнить побольше. Главное никак не показывать, насколько безумным кажется мне происходящее.

Брат продолжает:

— Ты всё ещё связана с драконом. Его сила... — его глаза загораются жадным блеском, — она станет ключом в новую эру.

Киваю. Боже, я же даже имени его не знаю. Придётся вспоминать универ, когда нужно было строить фразы так, чтобы не обращаться напрямую. А то тут какой-то культ, владыка и вообще заговор с целью устранения приближённого короля.

— Думаешь… мы готовы? — спрашиваю осторожно. — К новой эре.

— О да, — он начинает расхаживать по комнате, и его тень на стене кажется неестественно длинной. — Штормлар слишком долго держит барьер. Но когда мы ослабим его... — он осекается, словно ляпнул лишнего. — Впрочем, тебе не нужно знать детали. Просто делай, что тебе скажут.

— Кто... скажет? — осторожно спрашиваю я. — Ты?

Он смеётся, и этот смех заставляет меня вздрогнуть. Перегнула?

— Любопытная стала? Или боишься их воли? Впрочем, я тебя понимаю. Они бывают… несдержанными. Но тебе не придётся напрямую, ещё ляпнешь что-нибудь не то.

Голова начинает кружиться. Значит, есть кто-то ещё? Хорошо бы имена узнать, вдруг это помогло бы, но я понятия не имею, как это сделать.

Они хотят использовать силу лариана гнева, чтобы разрушить защиту королевства? Я правильно всё понимаю?

— А что будет с Рейниром? — слова вырываются прежде, чем я успеваю их остановить.

Брат приподнимает бровь. Некоторое время он смотрит на меня, будто я сморозила невероятную глупость, а когда, наконец, отвечает, его голос сочится ядом:

— Не волнуйся, сестрёнка. Если всё пройдёт как надо, он даже не поймёт, что произошло. А если нет... — пожимает плечами, — что ж, драконы тоже смертны. Твой Рейнир знает это как никто другой.

Меня начинает подташнивать. Что мне делать? Как предупредить Рейнира? И не выдам ли я себя? Отсюда так-то некуда бежать.

— Мне... мне нужно подумать, — шепчу я.

— Думать тебе незачем, — отрезает он. — Просто делай то, что я скажу. Ты ведь помнишь, что бывает с предателями?

Угроза в его голосе настолько явная, что у меня по спине бегут мурашки. Я киваю, хоть и понятия не имею, что грозит предателям, но вряд ли от тех, кто может через пугало выдернуть человека в комнату без дверей и окружения, стоит ждать чего-то хорошего.

— Что ж, — голос брата становится деловитым, — раз уж ты здесь, начнём.

— Сейчас? — у меня перехватывает дыхание. — Но... я не готова...

— А тебе и не нужно быть готовой, — он щёлкает пальцами, и вокруг нас вспыхивают свечи, которых раньше здесь определённо не было. — Просто стой смирно.

Я судорожно оглядываюсь. И без того зловеще красное небо за окном становится темнее, будто вокруг этой «коробки» сгущаются тени. На полу проступают странные символы, светящиеся тускло красным. Я стою прямо в центре этого узора.

— Подожди, — мой голос дрожит, — может, подготовимся получше? Выбрать правильное время...

— Время идеальное, — брат достаёт из складок одежды какой-то амулет. — Твой дракон сейчас наиболее уязвим. Если эта бестолочь сделала всё правильно.

Он говорит о Джате?!

Ох, блин! И что мне теперь делать?! Эта стерва вытворяла что-то неправильное в моём доме, а я и ухом не повела?!

Паника накрывает меня волной. Сила Рейнира внутри меня действительно отзывается, но теперь это похоже на предупреждение. Я чувствую, как символы начинают пульсировать, высасывая энергию.

— Нет, — шепчу я, но ноги словно приросли к полу. Магия брата держит меня на месте.

— Не дёргайся, — он начинает читать заклинание на незнакомом языке. — Это не больно. По крайней мере, тебе.

Воздух становится густым, тяжёлым. Я чувствую себя странно, кровь будто вибрирует. Если это продолжится, Рейнир почувствует... но будет ли это спасением или приговором?