Глава 8

Я покинула город.

Он остался позади какое-то время назад и как бы я ни надеялась, в дороге мы так нигде и не остановились. Я оставалась в повозке и ехала к месту прорыва.

Не стану говорить, что я сильно рассчитывала на возможность сбежать по пути.

Мы посреди пустой дороги, где нет ни кустов, ни деревьев, а я без еды и портальных камней.

Даже если бы остановка была, то куда бы я после отправилась?

Повозка подскакивала на ямах и дорожных камнях, внутри стояла тишина.

После того как я открыла своё имя, меня больше никто не прогонял. Да и вопросов, почему я решила поехать, не задавали.

Они были не нужны.

Многие из присутствующих сейчас здесь со мной драконов, никогда прежде меня, может быть, и не видели, но точно знают, что жена генерала Вотерфор часто бывала с ним в местах прорывов.

Я не боялась, что моё прибытие вызовет какой-то всплеск удивления у солдат моего мужа и они все разом кинуться докладывать ему о моём приезде.

Они привыкли видеть меня рядом с Айроном.

Большинству из них я своими руками делала перевязки.

Безусловно, я рисковала быть схваченной Айроном, но в то же время я видела единственный из возможных путей к побегу.

То, как действует Айрон, я знала наизусть и могла рассказать этот выстроенный годами алгоритм, даже если бы меня разбудили среди ночи. Мне нужно просто не попадаться ему на глаза.

Чётко и быстро Айрон вместе с солдатами первым делом всегда блокирует зону прорыва, выстраивая плотные защитные барьеры, которые подпитывает не только магия драконов, но и защитные камни.

После солдаты, что уцелели, делятся на три группы.

Первая отвечает за безопасность и охрану. Вторая помогает раненым солдатам, а третья группа обращает внимание на пострадавших детей и женщин. Чтобы за несколько минут собрать всех в одном месте и немедленно перенести их, используя портальный камень.

Так, я могла бы покинуть зону прорыва под номером раз. Но уверена, что этот момент уже давно прошёл.

Если из города везут продукты, лекарства и одежду значит, Айрон бережёт портальные камни и, скорее всего, пострадавшим, которые просто не переживут переход через портал, сейчас оказывают помощь. А значит, сегодня или завтра я смогу покинуть это место уже вместе с ними. Как их лекарь в том числе.

Риск, что план провалится, был только в том, что я могла быть случайно обнаруженной мужем. Но как известно, кто не рискует…

— Добро пожаловать, моя госпожа. — склоняет голову в знак приветствия один из солдат мужа, когда я выбираюсь из повозки.

Запах гари, дыма и металла врезается в нос, обжигает лёгкие и слепит. Кругом хаос, туман. Защитное поле трещит от концентрации магии.

Киваю ему в ответ и перевожу взгляд на Амайю безмолвно сообщая, что дальше я пойду сама.

— Вы снова с нами. Это радует. — проходит он вслед за мной — Вон там собрали всех пострадавших. Если бы вы помогли с обезболивающим зельем. — указывает он в сторону, и я киваю.

Спешно покидаю его и, пробираясь сквозь толпу, иду к месту назначения. Сердце лупит грудную клетку так, что мне больно, даже пальцы немеют от волнения. Задыхаюсь от скопившихся здесь чужих эмоций, что липнут ко мне словно мокрая грязь. Но я в такой ситуации не впервые, мне нужно время, и я абстрагируюсь и займусь работой.

Палаточный город расположился рядом с пепелищем, который ещё недавно был небольшой деревней, гудит словно улей. Драконы снуют туда-сюда, перекрикиваются, таскают прибывающие продовольствия и одежду.

Натягиваю посильнее капюшон и принимаюсь за работу. Мы с одним из прибывших из города лекарей, разводим магической водой обезболивающее зелье, лечим нескольких солдат. Помогает двух гражданским мужчинам.

Я была права, когда решила, что смогу сбежать через портал вместе с ранеными. До его открытия всего несколько часов, и лекарь, с которым я работала, легко согласился, что сопровождать пострадавших буду я.

Пальцы дрожат, в носу стоит запах крови и гари, когда я поднимаюсь и шумно выдыхаю. Я не могу просто сидеть и ждать возможности сбежать от Айрона. Здесь его солдаты и пострадавшие драконы, а я могу оказать им помощь.

Один из мужчин протягивает мне кружку воды, и я с удовольствием выпиваю всё до дна. Хочу попросить у него ещё, но не успеваю. Потому что поодаль слышу до боли знакомое имя.

Изин.

Всё внутри сжимается в тугой комок, меня бросает в колючий холод, а затем в жар и я, уже не скрываясь, иду вперёд.

Солдаты, что говорили о нём, замолкают и растерянно переглядываются, когда я нагло становлюсь частью их беседы, встав между ними.

— Что случилось с Изином? — спрашиваю я. Кажется, один из них собирается мне нагрубить, его черты лица заострились, и он чуть подаётся вперёд, но его тут же останавливает стоящий рядом солдат рукой.

— Он сильно ранен, моя госпожа — отзывается солдат — Он пытался закрыть орчий портал, но один из нас, кто отвечал за его защиту, не смог вынести ментальной атаки. Защита треснула и его … — он замолкает.

Замолкает, потому что я резко втягиваю воздух сквозь зубы.

Шум вокруг вдруг затихает, мир словно перестаёт существовать и теряет краски, а солдат передо мной расплывается в пелене слёз. В груди я чувствую нестерпимую боль и зажмуриваюсь, чтобы прогнать слёзы.

Изин был мальчишкой, что чудом выжил и остался под завалами собственного дома, когда орки утопили в огне своей ярости его деревню. Я нашла его. Услышала тихий плач, а потом долго выхаживала.

Тогда ему было восемь.

Маленький дракон, что не знал оборота и был тяжело ранен, а и сама была неопытна. Только появилась в этом волшебном мире и оказалась под крылом, в самом прямом смысле этого слова, моего дракона.

Изин, мой мальчик, которого король не позволил забрать с собой и воспитать как собственного сына, но это не помешало нам проводить с ним время. Айрону помочь ему с первым оборотом, научить справляться с магией, а мне видеться всякий раз, когда Айрон обучал новобранцев или Изин участвовал в сражениях.

Могла ли я после услышанного о том, что он тяжело ранен, думать о чем-то ещё кроме вьющихся светлый волос, светящихся счастьем голубых глаз и уже давно недетского, но такого родного заливистого смеха? Нет. Даже если помощь Изину означает сейчас встретиться с Айроном.

— Где сейчас Изин? Я бы хотела его осмотреть.

Изин лежит на земле рядом с одной из палаток. Мимо снуют драконы, кто-то присаживается рядом с ним, что-то говорит и снова отходит. Резко развернувшись, я бросаю гневный взгляд на своего провожатого.

— Это только его желание — поднимает он руки так, будто сдается. — Мы пытались затащить в палатку после того, как он очнулся, после оказанной помощи, но Изин не поддавался. Сказал, что будет здесь, и попросил его не трогать.

Качаю головой и присаживаюсь рядом с Изином. Он лежит на брошенных мешках, бледный как полотно, волосы перепачканы грязью и кровью, под глазами тёмные круги. Его колотит, иногда он что-то бессвязное говорит, и спазм стягивает моё горло. Я знаю, что это значит. Я не раз бывала рядом с Айроном в подобных местах. Каждая потеря мужа в те года отдавалась и во мне.

Вот только сейчас совсем не то же самое.

Рубашка Изина разорвана, а бока и живот наскоро перемотаны бинтами, что уже пропитались кровью.

— Ну приве-ет — нежно произношу я, и мой голос предательски срывается. Прикладываю руку к его лбу и качаю головой. Он весь ледяной. Это не хорошо.

Для дракона вообще не свойственно быть холодным, а если есть такие обширные повреждения, то он вообще должен быть горячим как печка, что означало бы: идёт скорый процесс регенерации.

У Изина с этим, похоже, дела оказались совсем плохи. А точнее, его дракон вообще не делает ничего, чтобы остановить кровь и попытаться залечить раны.

В груди сдавливает до нестерпимой боли, и глаза снова наполнились слезами, потому что он меня не узнает.

Открывает затуманенные болью глаза, мажет равнодушным взглядом и тяжело вздыхает.

Дрожащими пальцами я достаю из сумки последний бутылёк обезболивающего и аккуратно вливаю его Изину в рот, после смешиваю несколько трав, подзываю одного из солдат и мы, вместе растирая их, смешиваем с магической водой. Мой помощник присаживается рядом, молча помогает с бинтами, и мы промываем раны. Используем ещё одно зелье.

Не знаю, как много времени проходит, прежде чем Изин снова открывает глаза и стонет. А затем улыбается, когда наши взгляды встречаются. Криво у него это выходит, но даже от этого мне хочется зарыдать.

Он, вероятно, решил, будто я привиделась ему.

— Ты должен со мной поговорить, — наклоняюсь к его лицу и убираю пряди со лба — Я тебе сейчас помогу. Просто скажи, ты чувствуешь своего дракона? Я сильно постараюсь привести его в чувства. А ты постараешься залечить раны и выжить. Договорились?

Изин ничего не отвечает. Уже не улыбается и молча изучает моё лицо, наверное, пытается осознать, что я в самом деле здесь.

— Ма-ари-и? — наконец, до Изина доходит, что я настоящая, и он несколько раз моргает, чтобы прогнать морок. А я улыбаюсь. Так, тепло становится в груди, когда слышу этот знакомый говор. Букву р он произносит так, как в моём мире сказали бы, что он картавит. — Ты что в мои хранительницы заделалась? Снова будешь спасать? Не надо было тебе приходить. Здесь небезопасно теперь.

— Помолчи, хорошо? — бросаю на него быстрый взгляд, пока заматываю бинты на его раненой руке. — Силы беречь нужно. Как только придёшь в себя, тогда и поговорим — это я себе под нос бубню, потому что Изин втягивает воздух со свистом и начинает кашлять. Я вижу, что его зверь действительно не помогает ему залечить повреждения, и с ужасом понимаю, что орки каким-то образом ранили его дракона. Это не хорошо. Совсем нехорошо для драконов.

— Сколько раз ещё будешь меня спасать? — замолкает, потому что снова начинает кашлять, и переворачивается набок. Помогаю ему, а после прикладываю ладонь к его лбу.

— Сколько будет нужно, столько и стану тебя спасать — отзываюсь и дарю ему улыбку. Хотя признаюсь, улыбаться сейчас мне хочется меньше всего. Страх сковывает, ползёт по спине, впиваясь в меня ледяными, колючими клешнями.

Я боюсь.

Я так сильно боюсь потерять его, потому что моя боль от потери ещё очень свежа. И пусть этот уже совсем немаленький дракон не является моим сыном, его потеря принесёт мне очередную боль.

Сейчас, когда во мне нет магии, я практически ничего не могу сделать, осознание этого заставляет сжать кулаки. Я даже не способна почувствовать, насколько силён его внутренний зверь и жив ли он до сих пор.

Хочется взвыть и уверена, что сквозь этот шум и треск защитного поля меня не только Айрон, но и орки бы услышали. И даже те, что ещё не вошли в портал.

— Ты не перестанешь чувствовать боль, если спасёшь меня, слышишь? Твою пустоту ничего не заполнит — привлекает моё внимание Изин и его рука опускается на мой живот. — Мне жаль. Если будешь возиться со мной, станет только хуже, когда всё закончится.

— Замолчи! — рявкаю я так, что солдат рядом со мной напрягается. Растираю руками лицо и шумно выдыхаю. Пальцы подрагивают, когда протягиваю руку и Изин переплетает мои пальцы со своими. Они у него в крови, липкие и пугающе ледяные.

— Отпусти меня, Мария. Ты ничего не сможешь сделать, я и Айрону так сказал. Я сожалею о вашей потери и сожалею, что так скоро тебе придётся лишиться и меня…

— Я сказала, замолчи! — бросаю ему зло сквозь зубы и наклоняюсь к лицу. — Я буду за тебя сражаться, вырву тебя из её костлявых, ледяных лап, а ты поднимешься и отомстишь за своё ранение, понял. Ты даже не представляешь, как дорог мне, разве я могу сдаться?

Он ничего не говорит. Лишь закрывает глаза и шумно выдыхает. Какое-то время я тупо смотрю на него и пытаюсь лихорадочно придумать, что же предпринять.

— Если мы ничего не предпримем…— возвращает меня в реальность сидящий рядом со мной дракон. И я растерянно поворачиваюсь к нему. Просто я понятия не имею, что следует делать. В висках стучит кровь, сердце больно бьётся в груди — Что мы будем делать?

— У тебя есть магия? — спрашиваю я, и он кивает — Тогда попробуем привести в чувства его дракона.

Вспоминаю, как однажды Айрон проделывал что-то подобное с одним из своих новобранцев, когда его ранили магией такие же неопытные, как он сам. Его зверь был в отключке, никак не реагировал, и магия Айрона привела его в чувства.

— Я буду проводником, а тебе придётся поделиться. Сядь ближе ко мне и возьми меня за руку — отдаю распоряжение и протягиваю перед ним ладонь.

Мгновение он смотрит на мою протянутую руку, словно боится меня касаться, а затем я ощущаю его тепло, которое очень быстро превращается в жжение, сменяется покалыванием, и я, приложив вторую ладонь к груди Изина, закрываю глаза.

А дальше всё проходит как в тумане. Магия встряхивает Изина, ползёт по его телу яркими огненными линиями, концентрируется в ранах, но эффекта от этого, будто не происходит. Тот, кто вызвался помогать мне, приносит ещё больше лекарств и бинтов, я не чувствую рук, глаза горят от дыма, и непролитых слёз, когда я обессиленная роняю голову на руки.

Тяжелее всего нам принимать то, что в жизни есть события, над которыми мы не властны. Я сделала всё, что могла, а хотелось бы ещё.

Не знаю, как долго я так просидела. Может час, может пару минут. Мир в этот момент был беззвучен, даже запахи пропали, а затем я открыла глаза. Потому что тёплая ладонь Изина коснулась меня. Он пришёл в себя. У нас получилось.

— Вы должны пройти со мной, моя госпожа — наклоняется ко мне один из солдат и хватает за локоть. Аккуратно поднимает меня на ноги и только когда убеждается, что я могу стоять отходит. Не сразу понимаю, что происходит. Лишь развернувшись, замираю. Просто не могу пошевелиться и даже вдохнуть. Я натыкаюсь взглядом на Айрона. Знала ли я, когда бросилась спасать Изина, что это возможно? Знала. Но ни за что не изменила бы своего решена, отмотай я время назад.

— Как же я недооценил твоего желания бросить меня, Ри-ри — произносит Айрон и зло прищуривается.

В воздухе я теперь не ощущаю ничего, кроме его чистой ярости. Она словно пламя от костра обжигает мои руки и лицо. Айрон делает шаг вперёд, а затем ещё один, и каждый из них болью отзывается в груди. На его светлой рубашке я тоже замечаю кровь, волосы собраны в тугой хвост, губы сжаты в нить, а в глазах цвета расплавленного золота бурлящая ярость. Впервые за десять лет нашего брака я его боюсь. Пронизывающий, тяжёлый взгляд мужа медленно скользит по моему лицу, вниз по шее, он осматривает мой плащ, а затем переводит взгляд на лежащего позади меня Изина.

Кажется, что теперь Изин это единственное, что связывает нас с Айроном.

— Разойдитесь. — тихо приказывает он, и я слышу шум позади — Наедине нас оставьте и сделайте так, чтобы не беспокоили пока. А Изина затащите в палатку. Значит, если бы не наш мальчишка — он кивает мне за спину, — ты ушла бы прямо у меня из-под носа? Не остановить мне тебя в твоём стремлении уйти, верно? — спрашивает он и я уверенно киваю..

Айрон прикрывает глаза и на его лице отражается яростное сопротивление. Похоже, человек и дракон борются сейчас за контроль. Широкие плечи Айрона быстро вздымаются и опадают. Густые брови низко опущены, челюсти сжаты. Воздух вокруг становится тяжёлым и словно потрескивает от его сдерживаемых эмоций.

— Так вот, значит, как ты решила. — произносит он, когда открывает глаза и я отшатываюсь назад. Глаза Айрона в тумане и полумраке этого места светятся золотым. У меня по спине пробегают колючие мурашки. Страшно становится, что сейчас просто схватит и привяжет к себе магией аркана.

— Я не оставлю попыток от тебя сбежать, чтобы ты сейчас не решил. — едва слышно произношу, но мой дракон меня слышит. Слышит и издаёт рык.

— Вот как? — горько усмехается он. Глубоко вдыхает и принимается осматриваться. Словно сейчас впервые видит всё, что происходит вокруг, а затем слишком быстро подавшись вперёд, хватает меня за запястье. Тянет на себя и впечатывает в твёрдую грудь. Запястье на мгновение простреливает болью, а в нос ударяет запах моего дракона.

Всё черты лица мужа заостряются от сдерживаемых эмоций. Айрон красивый мужчина, самый красивый из всех, что я видела в этом волшебном мире. И в то же время непредсказуемый. За годы, что я провела с ним, мне лишь казалось, что я смогла приручить этого зверя. А он просто не показывал мне свою другую сторону.

На виске у Айрона пульсирует вена, зрачки медленно вертикально вытягиваются, а по щекам рябью ползёт чешуя. Но стоит Айрону встряхнуть головой, как его зрачки снова становятся нормальными.

Запах моего дракона становится интенсивным, перебивается вонь и гарь, что сейчас плотным туманом стоит вокруг и мне вдруг хочется протянуть руку и коснуться моего дракона. Того, что внутри него, с кем всё ещё так крепка наша связь. Так хочу прикоснуться к его чешуе, провести ладонью по массивным крыльям.

Я чувствую, как он отчаянно рвётся ко мне, но человеческая часть Айрона силой удерживает зверя.

— Я приказал тебе оставаться дома и не создавать мне проблем, это так трудно? — спокойно спрашивает он, и это такой контраст с тем, что бурлит в его кинжально-остром взгляде — Так трудно понять, что будет всё так, как я решил? Никто не будет говорить мне, что делать, Мария. Никто. Трудно за десять лет вспомнить, что я всегда решал наши проблемы и просто довериться мне? Ты хочешь уйти? Мне, очевидно, тебя ничем не удержать. Я рискую только ещё больше искалечить своими попытками. Хорошо — произносит он и наклоняется к моему лицу так, что я чувствую его горячее дыхание — Я советую тебе Ри-ри бежать так далеко, чтобы я не сумел тебя найти, потому что как только ты снова окажешься у моих ног, тебе не понравится. Я чертовски зол. А теперь зол и на тебя. Здесь тебе не место, но верь мне, как только я всё решу, то брошу на твои поиски все свои силы и когда я тебя верну, сделаю так, что ты больше никогда не сможет от меня уйти. Никогда. Твоя метка истинности, что ты носишь на плече, будет не единственным знаком, что ты принадлежишь мне. Мне! Мария. И никто кроме меня тебя не коснётся. А теперь… — замолкает он и глубоко вдыхает, и выпрямляется. Расправляет плечи, отчего становится ещё выше: — У тебя сорок пять секунд до закрытия портала. Беги, если успеешь.