Глава 19

Приехали мы в загородный домик, построенный в глубине лесной чащи. Хотя домиком это трехэтажное сооружение язык назвать не поворачивался. Тут не домик, а целое домище. Полностью деревянное, с красивыми резными окнами и балконами. На остроконечной крыше крутился от каждого порыва ветра флюгер в виде… ти-рекса.

— Ну, я в детстве любил динозавров, а дед любил меня, — пояснил немного смущённо Стас на мой немой шок.

Не стала ничего говорить. Разве что угукнула. Да и Стас почти сразу потащил в дом.

Мы прошли небольшой тёплый тамбур, где разулись и разделись, а после вошли непосредственно внутрь дома.

Отделка убранства оказалась под стать внешнему лоску коттеджа. Тоже полностью из дерева. Разве что камин в гостиной был каменным. Но под цвет стен и мебели.

Стас, только войдя, неожиданно замер, глядя прямо перед собой невидящим взором. При этом сжал мою ладонь почти до боли. Я не отвлекала. Ждала. Но в какой-то момент не выдержала затянувшегося молчания.

— Стас?..

В сердце уже поселилось нехорошее предчувствие. И отчасти оно оправдалось.

— Зря я тебя сюда привёз, — выдал он едва слышно. — Надо было выбрать другое место.

Не трудно догадаться почему.

— Часто она здесь бывала? — спросила как можно более равнодушным тоном.

— Нет, — покачал головой Стас. — Лишь однажды. Я привёз ее сюда в качестве наказания. Привёз и оставил одну на ночь.

Надо же, какие подробности узнаются…

— Очень… ммм… жестокая месть, — заметила с сарказмом.

— Предварительно заставив поверить в то, что её сын находится в детском доме.

Вот теперь я и правда прифигела.

— И за что ты так с ней? — не удержалась от вопроса.

— Я ревнивый, — пожал он плечами. — Очень, — дополнил со злой ухмылкой.

— А, то есть это мне ещё повезло? — протянула с весельем. — Ну, тогда, когда ты меня утащил из ресторана и повёз к себе, — пояснила на недоуменный взгляд Егорова. — И тоже приревновал, получается? — не могла не спросить.

— Приревновал.

Так легко и просто выдал признание, что я растерялась.

Приревновал…

Он меня приревновал!

— Что, теперь я не кажусь тебе таким уж хорошим? — криво улыбнулся Стас, больше не глядя на меня.

— Почему ты так решил? — искренне удивилась я. — Будет, что в старости вспомнить, — отшутилась.

Егоров неопределённо хмыкнул.

— А вот она меня ненавидела, — добавил уже тише. — Ладно, идём, покажу дом, раз уж приехали.

— Ну, если бы моего ребёнка отдали в детдом, я бы тоже ненавидела этого человека, — не стала скрывать своего отношения к его поступку.

— Я знаю. Просто… может не умею по-другому. А может, не хочу иначе. Нравится?

То ли меня, то ли себя спрашивал — не понять.

— Не нравится, — не согласилась я с ним. — Если бы нравилось, ты бы не сожалел о произошедшем.

— А если отец прав, и я всё-таки именно такой? Просто нещадно подавляю в себе ту часть меня, но иногда она прорывается наружу? Если с тобой я тоже рано или поздно поступлю так же? Ты слишком хорошего обо мне мнения, принцесса. А с Галиной я ведь поступал именно так и хуже.

Ох уж эта его непонятно откуда взявшаяся мнительность…

— Ты именно такой, да, — кивнула я с улыбкой. — Но ты никогда не позволишь себе так меня обидеть и унизить. Да и потом — тоже. Иначе бы не остановился тогда, дома. Не услышал бы меня. И я не Галина. Ты никогда не поступишь со мной так. Потому что я никогда не прощу. И ты это знаешь.

Стас усмехнулся и согласно кивнул.

— Да, ты не она. Совсем не она.

И замолчал, продолжая вглядываться в моё лицо, словно искал что-то.

— Прости меня. За всё, — сказал так тихо, что я едва расслышала.

— Глупости говоришь, — покачала головой.

— Нет, — поджал он губы. — Я виноват, и я готов это признать.

— Любишь ты повинить себя в последнее время, — проворчала я, а затем поддалась порыву и обняла его за талию, уткнувшись лицом в горячую шею. — Хватит, Стас. Где тот парень, который никогда не просил ни прощения, ни разрешения, действовал, а не лелеял свои обиды? Не верю, что ты так сильно изменился. И мне не нужны извинения, пояснения, признания и другие слова. Мне нужны поступки.

Ответом мне стал смешок.

— Я чертовски завидую тому, кого ты полюбишь, — выдал этот… идиот! — Но надеюсь, что он действительно будет тебя ценить. Потому что иначе…

— Ты его убьёшь, я помню, — закончила я за него. — Мне вот интересно, а если бы я реально любила тебя? — поцеловала его в шею и подняла голову, посмотрев на него лукаво. — Убился бы?

Стас на мои слова помрачнел и прищурился, а затем выдал такое, от чего я расхохоталась громко и заливисто.

— Я вот сейчас не понял, принцесса, ты меня, что, не любишь? И утром врала, да? Вот я так и знал!

А ещё говорят что-то про женскую логику!

— Люблю, — поспешила я его заверить, так как руки на моей талии сжались почти до боли. — Как я могу не любить такого красивого, сильного и благородного дракона? Очень люблю, — закончила намеренно серьёзно.

Очень-очень…

Мой самый-пресамый дракон!

В голубых глазах снова промелькнуло нечто такое, что я не смогла распознать. Но саркастическая ухмылка на мужском лице быстро вернула меня в реальность. Ещё через мгновение он прижался своей щекой к моей.

— Как легко подобные слова слетают с наших губ в шутку, да? Даже обидно, — пробормотал негромко, целуя меня в скулу. — И мне даже жаль, что это не так.

Ой, всё!

— Дом! — перевела тему, отстранившись. — Ты собирался показать мне дом!

— Точно, — улыбнулся Стас уже более открыто. — Идём, — перехватил меня за руку и повёл вглубь.

Первый этаж представлял из себя небольшую уютную гостиную с камином, из которой через короткий коридор можно было попасть на просторную светлую за счёт широких окон кухню.

— Продукты хранятся в кладовой, — указал Егоров на неприметную дверь в углу, которую я до этого момента и не замечала.

— Это намёк, я так понимаю? — хмыкнула, бросив на парня лукавый взгляд.

— Ммм… вообще просто предупредил на всякий случай, — призадумался тот. — Но мне нравится ход твоих мыслей, принцесса, — подмигнул и повёл обратно в гостиную, к узкой лестнице, ведущей на второй этаж.

Второй этаж тоже был выполнен из дерева, как и обстановка. Минимум мебели, но вся добротная, качественная. Мы прошли несколько дверей, прежде чем вошли в одну из них.

— Наша комната на эти выходные.

На самом деле такая же безликая, как и весь дом, разве что на одной из тумбочек лежала жёлтого цвета погремушка в виде звёзды.

— Это Артёмкина. Сына Гали, — пояснил Стас хмуро. — Осталась, после…

Не договорил, но и так понятно.

— Ты же сказал, что одну её оставил здесь?

— На ночь. Утром приехал вместе с мелким. И не прям здесь, а в гостевой спальне.

— А говорил, что наказал, — закатила я глаза.

— Ночь без сына, чем не наказание?

— И кто сидел с её сыном ту ночь? — уточнила насмешливо, подходя и беря игрушку в руки.

— Ты слишком умная, — укорил меня Егоров.

— Я следователь, — поправила я его. — Так ты ответишь на вопрос?

— Зачем? Ты же следователь, сама всё знаешь, — съехидничал.

— Ну, я так и подумала. Она в курсе?

— Она в курсе, что не было никакого детдома, но считает, что Артёмка ночевал один. Хотя, может, уже и поняла всё. Не знаю, не спрашивал.

— Ну да, — фыркнула насмешливо, вернув игрушку на место. — Если б не догадалась, не простила бы, — заметила уже серьёзней.

Стас промолчал. А у меня назрел новый вопрос.

— И много поверхностей в этом доме вы пометили?

Егоров сперва непонимающе смотрел на меня, а вскоре рассмеялся.

— Только одну. Показать?

— Покажи, — не стала отказываться.

Мне и показали. Но сперва провели на третий этаж. Там обнаружилась небольшая бильярдная. У единственного окна напротив входа стоял чёрный кожаный диван с низким деревянным столиком перед ним. Всё оставшееся пространство занимали два стола с синей суконной поверхностью, освещаемые свисающими с потолка длинными лампами. В стене рядом был вмонтирован стенд для хранения различной бильярдной атрибутики.

— Хм… И какой из двух столов? — уточнила.

— Дальний.

Тут же прошла в указанном направлении. Взяла кий и обошла кругом стол, проводя пальцем по гладкому краю тёмного дерева, и остановилась перед Стасом, который неотрывно следил за моими действиями. И я знала уже, что это значит. Вот и улыбнулась.

— Здесь?

— Здесь, — подтвердил он.

— В таком случае, чего ты ждёшь? — поманила его к себе пальчиком.

— Ты серьёзно? — растерялся он на мгновение.

— Почему нет? Как там говорят? Клин клином вышибают?

— Звучит, не очень, если честно. И я всегда думал, что девушки не любят быть на вторых ролях.

— Верно. Не любят. И я тоже предпочитаю быть единственной в памяти мужчины, а не заменителем других. Но именно поэтому мы здесь. Вытравить из твоей памяти её. Будешь, после, приезжая сюда, вспоминать только обо мне, — подмигнула.

Стас покачал головой и подошёл ближе.

— Ты никогда не будешь её заменителем, принцесса, — проговорил на полном серьёзе.

Хотелось бы верить…

— Слова, слова, и никаких доказательств, — усмехнулась.

— И какими они должны быть? Эти доказательства, — уточнил Стас.

— Как насчёт игры на раздевание? — предложила я тут же, подумала и отложила кий на сукно. — И я даже дам тебе фору, — стянула с себя платье, оставшись в одном нижнем белье и чулках.

Стас шумно выдохнул, уставившись на меня голодным взором.

— Так уверена в своей победе? — уточнил хриплым голосом, делая ещё один шаг ко мне с однозначными намерениями.

— Смотря как будешь уговаривать меня на проигрыш.

— Уж я постараюсь.

— Нисколько в тебе не сомневалась.

Господи, дай мне сил сохранить рассудок. Потому что то, что я сейчас творила, было самым тупым поступком в моей жизни.

Я серьёзно предложила Стасу заменить Галю собой?

Как низко я всё же пала…

В любом случае, уже завтра мы разойдёмся, как не было, и моё унижение тоже останется в прошлом.

Да и о том я размышляла совсем недолго, очень скоро позабыв обо всём на свете, в очередной раз поддавшись своей слабости, когда наша игра ожидаемо переросла в нечто большое.

И не было больше никакого бильярдного стола, была его личная постель и сам Стас, несокрушимой скалой нависший надо мной.

— А как же стол? — прошептала, ощутив спиной холод простыней.

— Сказал же, ты никогда не будешь ничьей заменой, — стало мне твёрдым ответом, наравне с властным поцелуем, вновь уносящим меня в другую Вселенную, где нет никого, кроме нас двоих, где самого времени не существует. Только его слова на грани сознания: — Ты моё чудо, принцесса. Моё маленькое личное счастье. Никогда этого не забывай.

Не забуду. Даже если захочу. Эти слова навсегда отпечатались на моём сердце несмываемыми чернилами. Как и собственные:

— А ты — моё…