Глава 6

Разбудило меня чье-то страдальческое кряхтение и жуткий запах перегара. Ничего не понимая я зевнула и, протерев глаза, посмотрела на то, что ворочалось около меня, периодически пихая в бок.

И я чуть не заорала от неожиданности, когда на меня уставилась «Я» с красными глазами и безумным выражением на лице. Не скоро, ох не скоро, я привыкну к мысли, что я сейчас это вовсе не я.

— Воды-ы-ы… — прокряхтел Дэйнмар, делая попытку приподняться. Попытка бесславно провалилась, и он обессиленно рухнул лицом на подушку.

— Ну что, алкоголик, как тебе состояние после пьянки? — ехидно спросила я. В отличии от него я себя чувствовала просто прекрасно, даже голова, которая вчера целый день гудела как колокол, прошла. Но было то, что доставляло мне некий определенный дискомфорт. Утром ещё кое-что, к обладанию чего я ещё не привыкла, и вряд ли когда-нибудь привыкну, тоже решило проснуться. «Нечто», было крайне бодрым, и настроение мое опять рухнуло ниже плинтуса.

— У меня ощущение, что ко мне в рот, пока я спал, кто-то заполз и сдох, причем он уже был не совсем свежим. — не отрывая головы от подушки пробурчал Дэйн. — А ещё мозг словно расплавился и вытек… И для чего вы, люди, пьете?

— Мы, нормальные «люди», не напиваемся со скоростью один литр за десять минут, как ты, чудище. Можно ведь просто выпить бокальчик хорошего вина. — аккуратно, бочком, я выползла из-под одеяла, так, чтобы если этот «алконавт» посмотрим в мою сторону, ничего не заметил.

— Так ты мне воды-то принесешь?

— Сначала в душ схожу, потом, если подобрею, может и принесу… — сказала я и скрылась в ванной. Вчера мне помог ледяной душ справится с этой проблемой, значит и сейчас должен.

Включив только холодную воду я, скинув одежду прямо на пол, и не оставляя себе время на сомнения, шагнула под душ — бодрит, что б его! «Нечто» практически сразу успокоилось и я, донельзя довольная, решила уже домыться прямо так, под ледяными струями.

Насвистывая прилипчивую мелодию, вылила гель для душа в ладонь, и быстро вся намылилась. Закрыв глаза, подставляя лицо под воду, задумалась о превратностях судьбы. Шел только второй день моего существования в мужском теле — и я уже готова была ненадолго с этим смириться. Да, все это крайне странно и непривычно, но жизнь ведь продолжается, и я очень надеюсь, что всё это временно. Может, ещё пара дней, неделя — и я вернусь в свое родное тельце. А то мужчиной, пусть даже и очень привлекательным, я оставаться ну никак не хотела! Кстати, насчет Дэйнмара. Странный он какой-то, всё говорит про себя так, словно он не человек…

— Подвинься! — вдруг пробурчало это чудовище совсем рядом, и я, от неожиданности, отпрянула к стеклянной двери душевой, больно ударившись о массажную форсунку и громко заверещала.

— Ой… ну чего ты так орешь-то? Децибелы отрегулируй, и без тебя голова по швам трещит. — Дэйн, не стесняясь, зашел ко мне и блаженно улыбнулся, когда очутился под ледяной водой. — Хорошо-о-о-о… И попить можно… — высунув язык, он приподнял голову.

— Ты… Ты… — я не могла никак подобрать подходящих слов. — Что ты творишь?!

— Моюсь… и пью… Кстати, никогда не думал, что вода из-под крана такая вкусная…

— Подождать меня не мог, что ли?!

— Вчера ты мылась больше часа — я бы сдох от жажды. — повернувшись спиной, он взял с полки гель и начал медленно намывать мое(!) тело. Одно дело, когда я этого не видела — хотя и так мысли о том, что он меня всю и везде трогает, ввергали меня в шок, другое — когда он это делал прямо на моих глазах. Первые пару секунд я завороженно следила за его неторопливыми движениями, но когда он начал намыливать мою грудь — я не выдержала и, схватив мочалку, плюхнула туда от души геля и молча, с остервенением, начала его сама натирать. — Только попробуй возразить мне сейчас! — рявкнула я.

— Не-не, ты продолжай. — Дэйн даже приподнял руки, чтобы мне было удобнее. — И спинку… спинку не забудь! И почеши её еще — а то у тебя ручки коротенькие — никак не могу до лопаток дотянуться.

За минуту я намылила его с ног до головы, затолкала под душ, включила все форсунки, чтобы пену моментом смыло, и вытолкала его взашей наружу. Выбрав полотенце самого большого размера, туго его замотала и чуть ли не пенделем, под его недовольное бурчание про спину, выпроводила в комнату. Закрыв дверь дрожащими руками, я прислонилась спиной к прохладному кафелю. Это чудище меня точно скоро доведет! Почему у него ни стыда, ни совести… ни даже малейшего чувства такта нет? Или он специально старается меня вывести? Другого объяснения его поведению у меня просто нет.

Вернувшись под душ быстро домылась и надев одежду, вышла в спальню, желая сейчас только одного — высказать Дэйнмару всё, что я про него и его выходки, думаю! И… никого в спальне не застала — смылся, гаденыш! Ну ничего, далеко он от меня не убежит. Мы с ним сейчас повязаны одним делом.

Бурча себе под нос всевозможные ругательства, я широко распахнула дверь и она, со всей дури, зарядила в лоб Дэйну, отчего он пошатнулся и я едва успела ухватить его за руку, чтобы он мужчина не упал.

— Я… не спорю, я — тот ещё засранец, но ты своё-то тело хотя бы пожалей. Оно тебе ещё может пригодиться. — простонал он, повиснув на мне кулем.

— Я тебя придушу, — прошипела я, затаскивая его в спальню, — как только верну своё тело, попомни мои слова.

— Давай это отложим, а? — усевшись на кровать и потирая лоб, пробормотал он. — Если мы сейчас не поторопимся — не успеем в магазин и позавтракать. А твой желудок уже крайне настойчиво напоминает о своём присутствии, и его жалобные стенания просто выводят меня из себя!

— Только ты смотри мне! Быстро оделся и никаких лишних телодвижений! — погрозив пальцем, я вылетела из его спальни. Сбежав по лестнице, зашла в свою и стала переодеваться. Через пять минут я уже выходила в коридор, держа вишневого цвета галстук в руке — этот предмет гардероба я не знала как правильно завязывать и решила обратиться к эксперту.

— Я хочу сдохнуть. — замогильным голосом сообщил, Дэйнмар, не поворачиваясь лицом ко мне лицом, когда я дошла до холла.

Он хмуро смотрел на «своё» отражение в зеркале на стене. Когда я подошла чуть ближе и разглядела его во всей красе, то у меня даже глаз нервно задергался. Видок у него был тот ещё — на лбу красовалась алая здоровенная шишка, длинные волосы торчат в разные стороны, кожа пепельного оттенка, и ярко красные глаза… Всё это крайне невыгодно подчеркивало чёрное, из матовой ткани, коктейльное платье.

— Кажется, ещё вчера ты утверждал мне, что любишь выглядеть хорошо. Знаешь, если то, что я вижу, ты называешь «хорошо»… То я даже боюсь себе представить, что в твоём представлении и понимании — «плохо». Ты… Ты всего за один день сотворил со мной чёрте что, изверг!

— Без паники, девочка! Будем считать это неудачным опытом в моей жизни, — он накинул короткую шубку и, взяв ключи от машины со столика, поманил меня за собой. — Сейчас мы это всё быстренько исправим.

— Я очень на это надеюсь! Иначе уже через неделю я превращусь, такими-то стремительными темпами, в нечто, что может спокойно сниматься в фильмах ужасов, причём без грима!

Я сняла по пути пальто с вешалки и поспешила следом. Кушать действительно сильно хотелось. Неизвестно когда он кушал в последний раз, а я же вчера только вина влила в это тело.

Торговый центр располагался всего в паре минут неспешной езды от дома, в котором жил Дэйнмар, поэтому поругаться в машине мы просто не успели. Да и сам мужчина как-то заметно притих — может голова ещё болела после попойки, или после того, как я ему дверью по ней со всей дури звезданула — не знаю. А может он просто, как и я, наконец-то успокоился и немного свыкся с мыслью о том, что мы побудем с ним в непривычных для нас телах.

Оставив машину на подземной парковке, мы с ним на лифте поднялись до последнего этажа, на котором находился, по словам Дэйна, ресторан, в котором можно не боятся отравиться.

Второго числа, утром, народа было ещё совсем мало, но, несмотря на это, мы с ним вместе представляли невероятно живописную картину, за которой наблюдали все с открытыми ртами. Высокий красавчик с белыми волосами и сиреневыми глазами, упакованный в дорогой черный костюм, черную рубашку и вишневый галстук, и пальто до колен, и, рядом с ним — взлохмаченная, помятая, полная девушка с ярким синяком на лбу, едва передвигающаяся на высоких каблуках, которая громок страдальчески стонала и висела на парне как пиявка. Незамеченными, в общем, мы точно не остались.

Добравшись до столика в дальнем уголке, Дэйнмар рухнул на стул и вытянул ноги:

— Это — орудие пыток, а не обувь. И как вы в этом ходите целый день?

— Привычка, — я присела напротив него и пожала плечами. — Слушай, а как мы расплачиваться-то будем?

— По карточке. Кстати, отдай их мне.

— Я-то отдам, не вопрос, только если на них написано твоё имя, как ты ими расплатишься, находясь в моём теле?

— Логично. Никак. Ну тогда ты и расплатишься.

— Мне пин-код нужен… Сам понимаешь.

— Четыре пятерки от чёрной, — ни секунды не раздумывая, он назвал мне цифры и я подивилась его степени доверия мне. Хотя, если так подумать, то куда я от него сейчас денусь-то? Так что очень даже логично, что он мне спокойно сказал такую важную информацию.

Когда к нам подошел официант, мы, с товарищем по несчастью, ненадолго замолчали, углубившись в меню. Потом, сделав заказ, мы обсудили план на сегодняшний день, по которому вырисовывалась следующая картина. Сразу после легкого завтрака мы отправимся за вещами Дэйнмару, после чего быстро наведаемся в салон, где ему вернут нормальный вид и приведут в порядок, затем — приобретаем телефон с беспроводными наушниками для меня, и для него — как оказалось мы оба «свои-чужие» телефоны забыли — я его — у его друга дома. Он — мой, у меня дома. Ну а потом, главное — совещание, и уже ближе к вечеру мы посетим одного его знакомого, который, может быть, сможет нам как-то помочь с нашей бедой. В общем, нам предстояла достаточно насыщенная и обширная программа.

Быстренько перекусив, мы спустились на второй этаж, где мужчина зарулил первым делом в магазин нижнего белья, как-то плотоядно облизываясь, отчего меня бросило в дрожь и заходить следом за ним я честно говоря боялась. Но… кто же меня спрашивает? Карточка-то его у меня, расплачиваться тоже мне…

Тяжело вздохнув, я окунулась в мир разноцветного атласа и кружев. Эх-х! Была бы я сейчас в своём теле, с огромным бы удовольствием тут покружила и выбрала бы чего-нибудь, но я — в чужом, а моё и без меня прекрасно справляется… Интересно, и что он купит?

Присев на небольшой диванчик рядом с примерочными, я погрузилась в свои мысли, поэтому не сразу обратила внимание на то, что меня кто-то очень пристально разглядывает. Подняв голову — встретилась взглядом с красивой черноволосой девушкой-продавщицей, которая словно завороженная разглядывала меня тайком из-за вешалки с купальниками.

Я сначала ей широко улыбнулась, а потом и вовсе хитро подмигнула, отчего она густо покраснела и поспешила скрыться в глубине магазина. Дэйнмар тем временем нахапал кучу белья и упорхнул в примерочную. Ну а ко мне подошла, видимо, самая смелая — та, что помогала «мне» подбирать белье по размеру:

— Вы ждёте кого-то или себе хотите что-то выбрать?

— Жду. — коротко ответила я, пытаясь вспомнить кто тут есть ещё, в этом магазине, кроме меня, Дэйнмара и двух продавщиц. Получалось, что никого. И, значит, принять тот факт, что я пришла с лохматой девушкой с синяком на лбу, они не могут. Ну, очень даже логично, так-то.

— А может Вы и себе тоже присмотрите что-нибудь? — какая улыбчивая и прилипчивая. А смотрит-то как на меня — словно готова сначала меня облизать, потом съесть, а потом — отдаться прямо тут.

— Благодарю, — я улыбнулась ей как можно более сладко, так, чтобы у неё даже ноги подкосились, — но не сегодня, милая.

Ха! Её реально занесло! А как она покраснела! Я, чтобы не рассмеяться злым и коварным смехом, отвела взгляд, давая ей понять, что разговор окончен. Однако девушка так и застыла на месте, словно соляной столб.

— Соф… Солнышко моё! — донесся вдруг «мой» голос из одной примерочной, и я, подскочив, понеслась к нему на всех парах, а то этот гад ещё и сюда вырулит в неглиже, он-то, думаю, запросто может!

— Ну?! — нетерпеливо спросила я, подбегая к высунутой из-за занавесок голове.

— Зацени! — довольно промурлыкал Дэйнмар и отодвинул плотную ткань… И я едва успела ухватиться рукой за стенку кабинки, потому что от представшего моему взору зрелища, мне внезапно и очень сильно поплохело…