14

В воскресенье Наташа решила отвлечь Анию от грустных мыслей и потащила на день рождения к своей любовнице. Ания познакомилась с миловидной девушкой, учившейся на последнем курсе медицинского вуза. Компания собралась разношёрстная, но очень весёлая. Анию приняли как свою. На время удалось забыться. Девушка улыбалась на шутки и смешные рассказы студентов-медиков. Ания даже не заметила, как за разговором сметает с тарелки нарезанное тонкими ломтиками сало. Она никогда его не ела, но вдруг так захотелось попробовать. Наташа удивлённо покосилась на неё, но ничего не сказала. Ания потянулась за очередным ломтиком, но остановила себя. «Нельзя же. Чего это я вдруг?» Отпив сока из стакана, она посмотрела на других, все пили вино, но её никто не заставлял. Стоило один раз сказать «нет», и больше никто с этим вопросом не приставал.

День пролетел отлично. Радужное настроение не исчезло даже тогда, когда Ания столкнулась в комнате общежития с Катей и Олей. Девушки злились, что она не даёт списать, как обычно, поэтому, пока Вардан отсутствовала, в наглую залезли в её вещи и достали нужную тетрадь. Ания не стала ругаться, всё равно скоро уезжать, и она больше никогда не увидит этих двух гадин, которые когда-то изображали подруг.

В понедельник о себе напомнил Димка, прислал с курьером очередной букет и коробку конфет. Ания, как и в прошлый раз, подарила всё милой бабуле, сидевшей на вахте в их общежитии.

— Может, напишешь ему, что уезжаешь, пусть не пыжится? — фыркнула Наташа.

— Нет, сорвётся ещё сюда и помешает моим планам. Я должна уехать так, чтобы он ничего не заподозрил.

— А что родители? У тебя хоть деньги на дорогу есть? — поинтересовалась Наталья.

— Есть. Папа вчера деньги перевёл на еду. Там хватит. Наверное, уеду раньше, в субботу, чтобы вообще никто не знал.

— К Захарову сначала сходи. Разведай, как отчисление происходит, — Наташа скомкала снег в руках и пульнула в дерево.

— Точно, в последнее время мозги поплыли. Я почему-то думала, что документы сразу отдадут, как только заявление напишу. Ещё есть время. Сейчас и сходим к нему.

Секретарь в приёмной сверлила девушек недовольным взглядом. Было видно, что у неё и без того много работы, а тут ещё пристали с вопросами.

— Об отчислении поговорить хотите? А чего Илью Александровича беспокоить, я и сама всё объясню… — начала она.

— Здравствуйте. Девушки, вы ко мне? Давайте быстро, скоро лекции, — в приёмной появился Захаров.

Подруги поздоровались и зашли в кабинет вслед за ректором.

— Что-то случилось, госпожа Вардан? — устало спросил Захаров, присаживаясь в своё кресло.

— Я хочу уйти из вуза и уехать домой. Если я сегодня напишу заявление, когда мне отдадут документы? — решительным голосом произнесла Ания.

— Жаль, что такая девушка решила сдаться и уехать. Я думаю, вы бы на красный диплом потянули у нас. Комиссия по отчислению в раз в месяц. В нашем вузе пятнадцатого числа, плюс-минус пару дней с учётом выходных. Мы рассмотрим ваше заявление, напишем приказ и выдадим обходной лист. Ближайшая комиссия пятнадцатого февраля. Если не передумаете, приходите числа десятого с заявлением.

— Так долго? А раньше нельзя? — умоляюще спросила Ания.

— Нет. Или вы думаете, вуз будет ради одной студентки комиссию собирать? У вас есть время всё обдумать. Не передумаете, отдадите заявление секретарю.

— Спасибо, Илья Александрович, — Ания развернулась и, понурив голову, пошла на выход.

Взяв у секретаря стандартный бланк заявления, девушки направились в аудиторию.

— Не переживай, Ань, уедешь позже, — подбодрила Наташа.

— Ага, а что мне папаше Димкиному говорить? Я же хотела улизнуть по-тихому.

— Так и скажешь, что подала на отчисление. Идём, а то на лекцию опоздаем.

День, как ни странно, пролетел быстро, а за ним наступил вечер вторника. Наташа колдовала на кухне, готовила любимую Анией жареную картошку. Оля и Катя питались отдельно, в основном в кафе, ибо деньги позволяли. Сейчас они тоже куда-то улетели, намалевав на лице боевой раскрас «ночной бабочки».

— Что, девки на гулянку ушли? Вот и славно, без них воздух чище, — Наташа внесла в помещение две тарелки.

Ания поморщилась. Запах жареного картофеля почему-то раздражал, но есть было надо. Она поковыряла вилкой в тарелке. Потом с трудом пропихнула в себя еду, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота.

— Ты не заболела? — забеспокоилась Наташа.

— Нет, всё хорошо. Лягу спать, глаза слипаются.

— Как хочешь. А я, пожалуй, фильм по интернету посмотрю, — улыбнулась подруга. — Не волнуйся, одену наушники.

Кошмар начался утром. Обычно ели быструю овсянку из пакетика, Ания съела пару ложек и понеслась в уборную, зажав рот рукой. Наталья ринулась за ней, потом стояла в туалете и с тревогой слушала, как Анию выворачивает наизнанку.

— Плохо мне что-то, — бледная Ания выползла к умывальнику. — Чего мы вчера такого съели, Наташ?

— Привет, беременность. Вот о чём нужно говорить. Мы с тобой вместе столуемся, почему меня тогда не тошнит… — начала выговаривать Наталья, но осеклась, в туалет зашли.

Девушка схватила Анию за руку и поволокла в комнату. Катя и Оля не пришли на ночь и до сих пор отсутствовали, тем более, что сегодня нужно было ко второй паре.

— Так, красавица, когда у тебя месячные были? Ань, не смотри оленьими глазами. Или ты не знаешь, что от незащищённого секса детишки бывают?

Ания села на кровать и взглянула на подругу полными слёз глазами.

— У меня задержка две недели. Я не думала, что с одного раза можно… Я думала, задержка из-за стресса. Наташ, скажи что это неправда? — проскулила она.

— Сейчас узнаем, правда или нет. Я в аптеку за тестом. Сиди тут. Не думала она. Блин, засада полная, — буркнула Наташа, надевая куртку.

Ближайшая аптека была в пяти минутах ходьбы. Налья не пожалела денег, купив цифровой тест. Придя назад, она вручила коробочку подруге.

— Шуруй в туалет. Не стой, иди уже, горе моё, — Наталья слегка подтолкнула подругу к двери.

Через несколько минут Ания принесла открытую коробочку назад и, положила её на стол с таким видом, будто держала в руках противного таракана.

— Ну, доставай тест? — нетерпеливо произнесла подруга.

— Я боюсь, — всхлипнула Ания.

— Боже, ну что ты в последние две недели такая плакса? Чуть что, сразу нюни распускаешь. Подбери сопли, чему быть, того не миновать.

Наташа взяла коробочку и сама вынула пластиковый тест с небольшим экраном.

— Картина Репина приплыли. Четыре-пять недель. Всё, сейчас позвоню в консультацию, к которой мы причислены. Нужно, чтобы врач подтвердил. Если беременна, сделаешь аборт. На таком сроке это дело плёвое.

Пока Ания предавалась унынию, обливаясь слезами, подруга развернула бурную деятельность. Созвонилась с больницей, записала на приём в одиннадцать часов и начала командовать.

— Живо одевайся. Сегодня явка одна и только на одиннадцать утра. Я такси вызвала, успеем. Давай, нечего слёзы лить, этим ты себе не поможешь.

— Я не хочу аборт! — вдруг крикнула Ания.

Нервы были на пределе в голове шумело, перед глазами всё плыло.

Наташа схватила куртку и стала сама на неё надевать.

— Что ты хочешь, урода родить? Какой дряни ты там в клубе наелась? Там ещё нет ничего, сгусток крови. Избавишься и забудешь.

Нахлобучив на Анию шапку, Наташа заставила одеть сапоги, потом повела на выход, забыв о тесте, лежащем на столе. Через час в чате появилась новость. «Анька Вардан беременна. Спорим, этот мужик на ней не женится? А может, ребёнок и не от него вовсе?»

Ания тем временем аккуратно слезла с кресла гинеколога.

— Всё верно, вы беременны. Срок маленький: недель пять, не больше. Точнее только узи скажет, — сказала пожилая врач, снимая перчатки. — Советую вам сказать об этом вашему половому партнёру.

— Там же нет ещё ничего, сгусток крови. Может, дадите справку на аборт, — промямлила Ания, одеваясь.

— Кто вам такую чушь наговорил? На четвёртой неделе у ребёнка уже развито примитивное сердце, и оно бьётся, как у вас или у меня. Единственное отличие — это частота сердечных сокращений. Не обольщайся, девочка, это уже эмбрион, а не сгусток крови. Наслушаются подруг, а потом плачут, — гневным тоном сказала врач. — Я тебе выпишу направление на аборт, но должна предупредить. Сейчас медицина развита хорошо, но до сих пор бывают случаи, когда женщина после первого аборта не может родить. И никогда не сможет, понимаешь? Ну, так как, выписывать направление?

— Нет, — пискнула Ания.

— Ладно, сейчас тебя на срочное узи отведу. Тебе справка понадобится в институт. Беременным не положено жить в комнате с несколькими людьми. А может, парень на тебе женится? Не переживай, всё будет хорошо. Ребёнок — это радость в жизни. Да, сначала будет тяжело. А потом полегче. Вот тебе направление на анализы. Через неделю приходи, мы с тобой карточку роженицы оформим. Ну, а если передумаешь… Ладно, идём на узи. Там у Ирины Леонидовны сейчас окно.

— Что ты решила?! Ты что, обалдела?! Как ты его в условиях общаги вынашивать собралась?! Что теперь ты с Рузоем делать будешь?! Думаешь, ему чужой ребёнок нужен?! Да он первый тебя на операцию потащит! — закричала Наташа, взмахнув руками.

— Тише, мы на улице. И причём тут Димка вообще? Это мой ребёнок, мой. Он живой там, у него сердце бьётся. Я сама слышала на узи. Как я его смогу убить? Сама говоришь, ни одна мать своё дитя не бросит. Я не смогу его убить. Понимаешь ты или нет? — плакала Ания, вытирая кулачками слёзы.

— Пф, ладно, иди сюда. Всё равно уже прогуливаем. Сейчас к коменданту пойдём. Не плачь, дурёха моя. Теперь тебе путь домой точно заказан. А может, всё же простят? Позвони им, — Наталья обняла подругу, утешая.

В поле зрения попался мужчина, которого Наташа уже видела рядом с ними и не раз.

— Или у меня паранойя, или за нами следят. Идём на остановку, быстрее, — насторожилась она.

* * *

Комендант Ангелина Петровна Кирилова была не особенно симпатичной женщиной средних лет. Крючковатый нос, маленькие глазки, тонкие губы. Она красила волосы в ярко рыжий цвет и имела славу настоящей стервы. Кто-то говорил, что Кирилова буквально ненавидит молодёжь, из-за чего несколько провинившихся студентов были с треском изгнаны из общежития. Сейчас перед Ангелиной стояла Вардан с подругой и трясла перед её носом документами о беременности.



— И что я сделаю? По закону, я должна тебя в семейную общагу определить, но у меня такой нет. Комнату отдельную я тоже не предоставлю. Всё забито до отказа, ни одной лишней коечки нет.

— Что теперь делать? Вы меня выгоните, что ли, потому что я в положении? — промямлила Ания.

— А как ты думаешь? Какая-нибудь комиссия сунется, а у меня баба на сносях в комнате с тремя товарками живёт. Я из-за тебя ещё с работы вылететь не хочу. Иди к отцу ребёнка, пусть он о тебе позаботится. И потом, ты же не безродная. Раз собираешься рожать, пусть тебе родители комнату где-то снимут. Всё, даю две недели на решение проблемы. Освобождай место, Вардан. Сначала трахаются, а потом у меня спрашивают, что делать. Я тебе не мама с папой, — Кирилова показала рукой на выход из своего маленького кабинета.

Ания, опустив плечи, поплелась прочь. Поднявшись на свой этаж, она, еле переставляя ноги, зашла в комнату. Сил не было не то что раздеться, даже до кровати дойти. Казалось, жизнь и без того окунула в дерьмо, а теперь стало ещё хуже. Наташа сочувственно покачала головой и начала её раздевать.

— Может, скажешь Димке? Он предлагает жить у него. Кто знает, как он отреагирует? Вдруг возьмёт тебя и беременную. По крайней мере, будет где жить. А вообще, тебе родителям звонить нужно. Как ты рожать собралась? Работы нет, а значит декретных не будет. Жилья тоже нет. Ань, ну не глупи, сделай аборт.

Ания прошла до стола и сев на стул, закрыла лицо руками.

— Тебе легко говорить, это не твой малыш. Он же не виноват, что у него мама такая тупая. Он тоже жить хочет.

Неожиданно в кармане запиликал телефон.

— Здравствуй, Ания. Это Андрей Игоревич. Я слышал, ты беременна. Меня сейчас нет в городе, буду в понедельник. Дам тебе денег на аборт в хорошей клинике. Но ты же понимаешь, что это не бесплатно. Я помогаю тебе, ты помогаешь мне.

— Вы не можете меня заставить избавиться от ребёнка, — рыкнула в трубку Ания.

— Поговорим, когда я приеду. Это не телефонный разговор. Не вздумай из города уехать, Ания. До встречи.

Собеседник отклонил вызов, а бледная Ания посмотрела на подругу, севшую напротив.

— Димкин папаша заставляет меня аборт сделать. Говорит, будет в городе в понедельник, даст денег на частную клинику.

— А я что говорю. Всё факты против тебя, — нахмурилась Наташа.

— Ничего, я сегодня в клуб пойду. Сама говоришь, бармен может Марка знать. Нужно найти его. Я не буду одна всё расхлёбывать. Это и его ребёнок тоже, пусть его защищает.

Ания залезла в интернет и посмотрела, в какое время открывается клуб. Она была намерена во что бы то ни стало найти этого Марка.

— А вот это правильно. Это и его ребёнок, а не только твой. Если не совсем козёл, хотя бы поможет чем-то. Блин, мы же тест забыли выкинуть, а тут наверняка эти две клуши побывали. Впрочем, если и так, то они уже отписались в чате.

Наташа открыла вацап. Потом скривилась, читая комментарии.

— Что там? Говори, хуже всё равно не будет, — Ания схватила тест со стола и понесла в мусорное ведро.

— Приятели Димки устроили шоу. Делают ставки на то, женится на тебе тот мужик из клуба или нет. А эти уродки им подпевают. Тоже поставили, что не женится. Ненавижу богатеньких Буратин! Кстати, кое-кто из наших поставил на твою свадьбу. Уроды конченные! Вечером одну тебя не отпущу, мало ли чего, — гневным голосом сказала Наташа.

