Глава 16

Дверь в кабинет моего вероятного отца была приоткрыта. Я остановилась в нерешительности, помялась немного, воровато озираясь, и все же постучала. Изнутри не доносилось ни звука. Ни телефонных разговоров, ни шелеста бумаг или треска клавиатуры.

Я постучала еще раз, теперь увереннее. И снова ничего. Тишина давила на уши и на нервы. Но нельзя вечно стоять под дверью его кабинета?

Уйти несолоно хлебавши, я не могла, потому взялась за ручку и потянула дверь. Если мистер Шторм будет недоволен, его дело. Вряд ли после того, что я собираюсь заявить, он останется в хорошем настроении.

Дверь медленно отворилась, открывая мне путь в неизвестность. В логово страшного дракона. На закрытую территорию Эйдена Шторма. Я несмело переступила порог. От напряжения едва капельки пота не выступили на лбу, и… Выдохнула облегченно и разочарованно одновременно. Кабинет оказался пуст, его хозяина не было на месте.

Прикрыла за собой дверь и неспешно огляделась. Мне казалось, вот-вот за спиной раздастся властное: “Что ты здесь делаешь?” – и я поплачусь за вторжение.

– Я не боюсь тебя, Эйден Шторм! – тихо сказала сама себе. – Не боюсь. Не боюсь!

Мантра подействовала, и я заставила себя побороть страх и задержаться. Осмотреть здесь все как следует. Я уже бывала здесь, но всегда внимание целиком и полностью приковывал его хозяин. Сейчас, когда его нет, можно было спокойно оценить дизайнерский замысел. Уходящие под потолок полки с книгами слева. Дорогой стол в современном стиле. Панорамное окно, заменяющее одну стену – отсюда открывается чудесный вид и подъездная дорожка. Как удобно! Позади рабочего места морской пейзаж и коллекция африканских масок. Не было только тонюсенького ноутбука, который Эйден, наверное, забрал с собой.

Приблизилась к столу и провела кончиками пальцев по полированной поверхности столешнице. Пересчитала ящики. Поддавшись глупому порыву, заглянула под него, словно в поисках потайных шкафов, как делают в кино шпионы и авантюристы. И уселась в эргономичное кресло из рекламы. Спину будто уколола сотня мелких иголочек, почудилось или кожа все еще хранит тепло тела Эйдена? Его отпечаток ауры. Его энергию.

Внезапно мой взгляд приковал верхний ящик. Он немного выступал над остальными. Что такое? Присмотрелась и точно! Что-то попало. Замялось.

Ай! Что ты делаешь, Каролина Найт, дрянная девчонка! Ругала себя, а сама уже ухватилась за ручку.

За дверью послышались шаги. Я вскочила так быстро, как будто села на раскаленные угли. Надо уходить, иначе встреча с хозяином кабинета может перерасти в скандал. Не хватало, чтобы Эйден решил, что я шпионю. С колотящимся сердцем рванула к выходу из кабинета, но по закону подлости задела корзину для мусора. Та перевернулась и покатилась по полу.

– Черт!

Я внутренне сжалась, ожидая, что беспорядок выдаст меня с головой. Но корзина была пуста, не считая надорванного бумажного конверта, я бросилась заметать следы своего присутствия. Застанет, пусть думает, что я только вошла. Еще пара мгновений и кто-то войдет внутрь!

Оглядываясь как воровка, я успела подхватить урну и поставить на прежнее место и уже было собиралась бросить в нее конверт, но так и замерла, уставившись на крупную надпись: «ДНА Медикал».

Время словно замерло. Все внутри похолодело. Они же делают тесты ДНК… Пальцы дрогнули. Результаты известны, но почему я ничего не знаю? Дверь в кабинет отворилась, меня застигли на месте преступления. К счастью для Шторма, это оказался дворецкий. К несчастью для меня, он застиг меня у стола Эйдена.

– Мисс Найт? Что вы здесь делаете? – удивление Фредерика выдала только чуть приподнятая бровь.

– Я… Я искала мистера Шторма. Не знаете, где он?

Конверт я так и держала в руках, дворецкий покосился на него, но ничего не сказал.

– Хозяин улетел на конференцию. Его не будет некоторое время, он оставил для вас письмо. Вы по-прежнему должны оставаться в этом доме. По всем вопросам – обращайтесь ко мне.

Я взяла из рук Фредерика довольно пухленький конверт, на этот раз запечатанный. В душе мелькнула надежда, вдруг результаты внутри?

– И… Каролина, посторонние не должны сюда входить в отсутствие мистера Шторма. То, что вы оказались в кабинете, моя оплошность. Давайте представим, вас здесь не было, а я ничего не видел, – он хитро улыбнулся.

– Конечно, Фредерик! – просияла я.

Я вышла из кабинета следом за мажордомом. Фредерик запер кабинет. Теперь я уверена, если результаты ДНК пришли, они или в том конверте, что передал мне Эйден или в его кабинете. Возможно, все проясниться уже через несколько секунд.

– Для вас накрыт завтрак в малой столовой. Приятного дня, мисс Найт.

Он чинной походкой прошествовал к дальней лестнице, оставив меня одну. Конверт жег руку, и вместо столовой, я поспешила к себе в комнату, стараясь не сорваться на бег. Оказавшись там, на всякий случай заперлась изнутри. Чувство, что весь мир захочет сейчас меня остановить. Как в кино. Закусила губу до боли, принялась рвать несчастный конверт. Боже, я схожу с ума! Руки дрожат, и пальцы не слушаются. В другое время я обязательно открыла бы его, аккуратно разрезав сбоку, но сейчас не могу ждать. Уверена, внутри много интересного для меня.

“Каролина! 

Прости, что уехал не попрощавшись. Я планировал эту поездку позже, но так сложились обстоятельства. Я хотел лично извиниться утром, но ты спала, а у меня было слишком мало времени. Уехать молча, после всего, что случилось, я тоже не мог. Прости меня за тот порыв в спортзале. Я не должен был вести себя, как животное. Ты ни в чем не виновата. 

Я пойму, если захочешь уехать. Но прошу, не делай глупостей. Оставайся в доме и дождись моего возвращения. Ерошу. Всего две недели, Каролина. Не так уж и долго. Нам нужно о многом поговорить. Обещаю, потом ты сама сделаешь выбор, уйти или остаться. Уверен, читая это, ты возмущена, но надеюсь, что статья тебя убедит не принимать опрометчивых и поспешных решений»

 Отложила письмо и уставилась на то, что было к нему приложено.

– Ничего не понимаю?

Я ожидала увидеть результаты анализа ДНК, но здесь была только какая-то бульварная газета. Пробежала взглядом по статье, чуть не лишилась дара речи. Мама? Что в этом непотребстве делает фото моей матери? Читая статью, я искусала губы до крови, иначе откуда этот металлический привкус во рту? Смяв лист в комок, брезгливо отшвырнула ее в сторону и рухнула на кровать. Прошло меньше двух часов с момента, как я проснулась полная решимости, но теперь во мне снова ни капли сил. Кабинет Эйдена, письмо и эта статья выжали меня до капли, как опытная домохозяйка старую губку.

Уйти? Я не могу. Журналисты порвут меня на кусочки. Да и куда? К Вивиан, которая все это затеяла? Сидя взаперти дома, мы с мамой прибьем друг друга быстрее, чем вернется Эйден.

– Вот гады! Ненавижу!

Я вернулась к письму, чтобы дочитать и его.

«Надеюсь, это убедило тебя не показываться за стенами моего дома до моего возвращения. И не волнуйся, это не вышло в печать, я успел вовремя. Но не исключено, что как только ты выйдешь, журналисты порвут тебя на части.

Думаю о тебе вопреки всему. Эйден Шторм»

Это всё?

– Это всё, черт возьми?! – заорала я в пространство комнаты.

На глазах выступили слезы. Он должен был сразу сказать мне о результатах теста, а не держать в неведении. Это же пытка! Когда он вернется? Две недели? А мне все это время сидеть на иголках!

Немного успокоившись, я перечитала письмо несколько раз. Он предложил выбор – я могу остаться в его доме, но из всего сказанного совершенно не ясно, как дочь или…

– Думаю о тебе вопреки всему. Эйден Шторм, – повторила я вслух. – И что это, черт возьми, значит?

Я аккуратно отложила в сторону письмо.

Что если мы и правда родственники? Неужели он думает, что я и правда соглашусь остаться с ним. Жить рядом и видеть причину собственного грехопадения? Все время испытывать преступное желание. Мучиться стараясь все забыть? На минуту представила, что будут испытывать его пассии, глядя на взрослую дочь? Попробуют набиться в подружки? А я буду смотреть, как они дарят друг другу поцелуи при встрече и расставании, застигать их в разных местах дома?

Перед глазами как на яву встала картина: Эйден целует девушку. Его глаза открыты и смотрят прямо на меня. Прямо мне в душу! Стало дурно и закружилась голова.

Ну уж нет!

Но и вернуться домой и жить с Вивиан я не смогу. Не теперь. После того, что она сделала. И пусть она не подозревает о той ночи, я все равно слишком обижена.

– Кажется, я везде лишняя…

Помешала маме устроиться в жизни. Мешаю Эйдену строить карьеру. А где я? Где моя жизнь? Чего я сама хочу?

Ответ пришел незамедлительно. Как вспышка. Как взрыв. Как грянувшая на берег волна цунами. Такой же разрушительный – хочу быть с Эйденом Штормом. Кажется, я схожу с ума!

Мне надо с кем-то поговорить, иначе голова просто взорвется. Представив, как Фредерик с невозмутимым видом отмывает мои мозги от стен спальни, нервно рассмеялась. Уверена, вот у кого даже рука не дрогнет!

Не в силах больше оставаться в одиночестве, выскочила в коридор и принялась стучаться в комнату Мелани. Стучала минут пять, пока откуда-то из глубин памяти достала информацию – работа. Точно! Мелани вызвали на работу. Скорее всего, в данный момент она с блокнотом наперевес пялится на пожирателей пирогов, сдерживая рвотные позывы.

Как зомби побрела по коридору, пока не осознала себя перед дверью в тренажерный зал. Мой мобильник лежал там же, где я его  и оставила. Усевшись прямо на полу, принялась читать сообщения. Куча непринятых звонков и сообщений от Мелани. В основном ночная паника, и последнее мирное: “Уехала на работу! Не скучай! Постараюсь вернуться как можно скорее”. Сердечки и поцелуйчики в конце немного подняли настроение. Вот кто меня по-настоящему любит.

А вот от мамы – ничего.

Обида всколыхнулась с новой силой. Она ни разу не позвонила, не поинтересовалась как у меня дела, зато нашла время чтобы общаться с прессой! И тут что-то в душе дрогнуло. Что, если с мамой что-то случилось? А я лелею обидки и сама тоже не звоню ей. Почувствовав себя капризным ребенком, я набрала Вивиан.

Вопреки моим опасением мама ответила после второго гудка.

– Алло! Каролина, это ты? Милая?

– Привет, мам! – все что я смогла выдавить.

В голосе Вивиан было столько тревоги, что у меня стал в горле ком, не дающий дышать и говорить.

– Доченька, надеюсь, все в порядке? Ничего не говори! Мой телефон могут прослушивать. Что-то щелкает, когда снимаю трубку. Ну, знаешь, как показывают в фильмах. Так что ничего важного, милая. Поняла? Не называй никаких имен и адресов! – тараторила мать.

– Да, мам. Я жива и здорова. Скучаю, – последнее вырвалось само по себе, против моей воли.

– Лина, послушай меня очень внимательно. Оставайся там, где ты сейчас. За нашим домом следят. Я постоянно вижу каких-то незнакомцев в темных очках и с фотокамерами. Стоит мне выйти за продуктами, как кто-нибудь пытается меня сфотографировать или задать пару вопросов. Тогда я решила делать доставку на дом, но кто-то подкупил курьера и попытался проникнуть к нам в дом! Представляешь? Пришлось пригрозить полицией. И соседи стали коситься, кто-то распускает слухи сама знаешь о чем.

– То есть, ты не давала того интервью?

– Какое еще интервью? О чем ты, дочка? Как называется газета? Я подам на них в суд, если написали вранье!

– Успокойся, мама. Статья так и не вышла в печать.

Я выдохнула, осознав, что Вивиан и правда ни при чем. И не старается прославиться за мой счет.

– Прости меня, Лина. Это все я затеяла. Думала, все обойдется одним разговором, но…

– Вышло как вышло, мама. Не вини себя. Мы со всем справимся. Целую.

Я повесила трубку. Вот так дела. Хотела утешения, а в итоге сама утешала маму…

Представив себя на ее месте, вздрогнула. Жить под прицелом фотокамер можно, если у тебя трехметровый каменный забор вокруг поместья. И охрана. А вот нам – простым людям остается надеяться на полицию.