13 Глава

Не сопротивляюсь. Ну, а смысл?

Негромко сообщаю Настёне и Игорю, что заболела и что Арслан отвезёт меня домой.

— Вот, а ты со мной спорил! — говорит Настя своему парню с лёгким укором.

— Я просто надеялся, что она хотя бы дня три продержится.

— Ага, в холодной воде!

Улыбаюсь друзьям и, попрощавшись со всеми остальными, иду на свой этаж, чтобы переодеться и забрать вещи.

Не спешу, мне даже как-то спокойно сейчас. Волнение по поводу того, что Мамаев не захочет возиться со мной, прекратилось. А я действительно переживала на этот счёт. За эти несколько часов раз сто пожалела о том, что сбежала вместо того, чтобы поговорить с ним.

—... Малика, не расстраивайся. Может, это ещё не всё! — слышу искусственный, противный голос девушки из компании Арслана. — Он же подпустил тебя к себе.

— Ты не понимаешь… — Малика поднимает взгляд и замечает меня. Они расположились в небольшом зале, смежном с общим коридором. Девушки были тут совершенно одни, и никто не мешал им обсуждать Мамаева. А тут я!

— Он такой нежный, Нелли. Страстный. — демонстративно закатываю глаза, уверена, Малика заметила.

Я понимаю, это уже звучит специально для меня, потому что девушка значительно усилила тембр голоса.

Не хочу слушать. Не верю!

Только вот в груди всё переворачивается. Я изо всех сил стараюсь сохранить лицо. Ускоряю шаг.

Руки дрожат, мне до жути не по себе, и я не хочу даже мысли допускать, что у Арслана было что-то с этой выдрой.

Изо всех сил я стараюсь взять себя в руки, получается с огромным трудом. Вещи вроде собрала все, но до конца не уверена, так как всё ещё достаточно растерянна.

Выхожу в холл. Арслан, так же как и Лекс, полностью собран, и, по всей видимости, ждут они только меня.

Я старалась выбросить всё из головы, упорно думала о том, что Арслан сказал мне собираться, потому что он не может себе позволить ещё один выходной. Это наводит меня на мысль, что он и вовсе тут из-за меня.

Стараюсь вытряхнуть мысли из головы, улыбаюсь Арсу, подхожу ближе, и он забирает у меня из рук мой тяжеловатый рюкзак, после чего мы выходим на улицу.

Меня вышли проводить Настя с Леной. Пока я уходила собирать вещи, Каролина увидела их рук творение. Правда, не сама. Мирон подсказал ей.

— Ты всё веселье пропустила. Боже, как она вопила…

— Расскажете мне потом в подробностях всё.

Лекс с Арсланом пару минут о чём-то переговаривались. Потом Орлов повернулся лицом ко мне, улыбнулся и, махнув на прощание, сел в машину, быстро уехал. Я же пошла к Арсу.

Арслан казался мне каким-то напряжённым. Он забросил в багажник внедорожника свою небольшую спортивную сумку вместе с моим рюкзаком.

После этого высокий, крепкий мужчина в чёрном костюме открыл передо мной дверь чёрного внедорожника. Он смотрел серьёзным взглядом, мне как-то не по себе от этого стало.

Я повернула голову в сторону Арса, и он жестом показал садиться мне на заднее сиденье, что я, в общем-то, незамедлительно и сделала.

Какое-то время ехали молча. Хотя водитель, что вёз нас, и был отгорожен плотной ширмой. Я, кстати, такое только в кино видела. Вряд ли мужчина расслышит что-то, если мы начнём переговариваться вполголоса, но Арслан молчит, и я тоже не знаю, что говорить.

Мои мысли всё же вернулись к Малике и Арслану. Меня ведь не сразу заметили! Что-то, наверное, всё равно было.

Это довольно неприятно, и думаю, мне стоит поговорить на эту тему с Мамаевым, чтобы не надумать лишнего.

— О чём задумалась? — очень кстати задаёт вопрос.

— У тебя было сегодня что-то с Маликой? — решаю спросить в лоб. Не хочу попросту себя накручивать.

— Было, — внутри в миг всё холодеет. И он вот так просто мне об этом говорит? — А должно было быть с тобой.

— Я… — теряю дар речи.

— Маша, мне давно не пятнадцать! Я не могу просто взять и за углом передернуть. Я взрослый мужчина, и у меня есть свои потребности.

— Да, я это понимаю, — еле слышно выдавила из себя эти слова, из-за всех сил стараясь сдержать дрожь в голосе.

Колючий ком болезненно давит на горло. Мне больно и неприятно, но мама всегда говорила, что диалог — это наилучший способ решения проблем, ссор и недомолвок.

— Арслан, мы знакомы всего три недели. Это если со дня гонок считать. Это неправильно, если я на первом же свидании прыгну тебе в постель. Это нарушение всех нравственных императивов.

— Чего? — начинает смеяться Арс. — Ты серьёзно сейчас?

— Конечно серьёзно! Моя подруга встречается со своим парнем уже… Точно не помню, но факт, более полугода. И у них с Пашей до сих пор не было интимной близости.

— Ты про кого сейчас?

— Про Марину.

— А-а, — Арслан снова стал серьёзным. — Она с задротом встречается! — не спрашивает, а утверждает Арс.

— Почему сразу задрот? Вовсе нет. Он очень умный и начитанный парень. Просто он уважает Марину, вот и…

— Маша! — снова перебивает меня. — Если он действительно не задрот, то у него просто есть та, или тот, кому он вставляет. Или же твоя Марина умеет делать так, чтобы он и её ждал, и голодным при этом не оставался.

— Я была рядом с тобою, а ты спал с другой девушкой! — не осознано голос звучит громче и в нём присутствует дребезжание. — Я не говорю сейчас о чувствах, разумеется, это было бы глупо. Но это неуважительно по отношению ко мне… — на последних словах мой голос предательски сорвался. Я не планировала говорить этого. Само как-то так вышло.

Тишина, повисшая в салоне автомобиля, давит на меня со всех сторон.

— По большому счёту, я даже не знаю, что у нас с тобой. — продолжаю. — Кто я? Девочка для утех?

— У меня с этим проблем нет!

— Да, заметила я уже! — сейчас я не повышаю голос, но говорю немного с раздражением. — Так зачем я? Кто я в конце концов для тебя?

Мамаеву до скрежета зубов не нравится этот разговор. Он двумя пальцами сжимает переносицу, пытается успокоиться, взять себя в руки.

— Всем бабам нужно одно и то же. Конкретика! — кто я для тебя? — Арслан говорит достаточно резко. — Бесит жутко!

— Да, тут ты прав! Конкретика всем нужна. И это нормально! Во избежание иллюзий и несбыточных грёз. Каждой уважающей себя девушке важно знать, как к ней относится парень, с которым у неё есть хоть что-то. Я не хочу быть использованной, одноразовой куклой, которую ты выбросишь, когда тебе надоест!

Машина тормозит у моего дома. Я даже не заметила, как мы приехали. Я берусь за ручку двери, хочу выйти.

— Сидеть! — негромко, но настолько властно, что я тут же убираю руку от двери и опускаю голову. — Ты не уходишь, если я тебя не отпускаю. Тем более если мы разговариваем, Маша!

Внутри моментально поднимается протест, но я сижу, потому что мне велели.

— Я сам пока не разобрался, на какой хер ты нужна мне, Мормышка?! Может быть, да, так и будет: я трахну тебя и отпущу. Но отпущу, а не выброшу. Это уже отличает тебя от остальных шлюх, которым я просто спускаю сперму в глотку. Тебя я трахнуть хочу, Маша. По-настоящему, жёстко и без презерватива. Это тоже делает тебя особенной, — особенной? Он что, издевается? — Я не разобрался пока в себе, — говорит уже почти мягко. — Пока, на данный момент, уверен лишь в том, что ты должна быть рядом со мною. Поэтому если тебе так хочется, можешь считать себя моей девушкой.

— Вот уж спасибо! — выпаливаю, на своё удивление уже с сарказмом. — А рассказывать об этом кому-нибудь можно? Или это большой, большой секрет?

— Не истери, Маша.

— А ты?

— Что я?

— Будешь считать себя моим парнем?

— Маша, если ты моя девушка, то, наверное, по логике вещей…

— И друзьям своим расскажешь?

— Да блядь! — Арслан за предплечье тянет меня на себя. Я опомниться не успеваю, мои губы попадают в плен.

Арс жалит меня своим поцелуем. Его язык проникает в мой рот и сразу начинает исследовать его. Я задыхаюсь. Мне в буквальном смысле не хватает кислорода.

Он держит так крепко, что пошевелиться не могу. В какой-то момент понимаю, что голова начинает кружиться уже вовсе не от поцелуя.

— Арслан… — произношу имя парня, как только мне удаётся увернуться. — Дышать.

— Дышать ей, — говорит приглушённо после совсем небольшой паузы.

Дыхание Арса также сбилось, как и моё. Парень наклоняется чуть ниже, прикусывает моё плечо, снова запускает табун мурашек по моему телу.

Мамаев своей широкой ладонью обхватывает моё бедро и без всякого натуга перетягивает меня себе на колени. Всего мгновение — и вот мне уже не нужно слишком сильно задирать голову, потому что наши лица становятся друг напротив друга.

Я смущаюсь, пытаюсь отвести взгляд, но Арс своей ручищей фиксирует мой подбородок, заставляет смотреть ему в глаза.

— Я тебе всего раз скажу, повторять не буду! — внимательно смотрю на Арслана, покусывая губы, которые ощутимо печёт. — Своё недовольство, обиды и упрёки ты можешь высказывать мне только в крайнем случае и исключительно, когда мы с тобою наедине. Запомни это как мантру, Маша. Ты со мною, и это не обсуждается. Потому что я так хочу.

Кривлю губы и молчу. Ну, а чего перечить, если он всё решил! Конечно же, мы с ним оба понимаем: если я не захочу, то смогу свободно уйти.

— Маша, Маша! — Арс смотрит на меня как на неразумного ребёнка. Он зарывается своей пятернёй мне в волосы и прижимает меня к своей груди. Шепчет прямо в ухо.

— Я не понимаю, почему ты не боишься меня? Не принимаешь меня всерьёз.

— Почему не боюсь? Очень боюсь. Ты иногда как посмотришь… — до дрожи прям.

— Не то это, Мормышка.

— Ну, а почему я должна постоянно бояться тебя? — снова выпрямляюсь и уже почти без смущения смотрю своему парню в глаза.

— Чтобы понимать в полной мере, какие тебя ждут последствия, если ты вздумаешь брыкаться.

— Да поняла я!

— Что ты поняла?

— Не брыкаться. — вздыхаю и решаю продолжить наш разговор. Хочу расставить все точки. — Только мне не нужны отношения, в которых мой молодой человек может свободно спать с другими девушками.

— Закрываем эту тему! — очень строго сказал Арслан. — Если не хочешь, чтобы я давал отсасывать всяким… — он запнулся. — Девушкам. Справляйся сама!

Я почувствовала, как снова становлюсь пунцовой.

— Мне без разницы, как ты будешь это делать! — Боже мой, он говорит вполне серьёзно. — Но мои яйца должны быть всегда пустыми.

Закрыв лицо руками активно качаю головой

— Я даже не представляю, что могу сделать для тебя.

— Много чего, Маша. Очень много, — Арс убрал мои руки от моего же лица. — Кофту сними.

— Арслан…

— Маша! — предупредительно прорычал он.

С полминуты я мешкала, затем, сделав глубокий вдох, потянула вверх свой свитер тонкой вязки. Осталась в кружевном бюстгальтере.

— Ну! — Арслан даже бровью не повёл. Словно ему всё равно. Только взгляд стал острее.

Я снова медлила.

— Ма-ша, — Арс чуть растянул моё имя.

Я завела руку за спину и расстегнула застёжку. Положила бюстгальтер на сиденье, поверх свитера.

— Молодец! — Лучше бы он не произносил этого, потому что меня начало ощутимо трясти.

Арслан снова притянул меня к себе. Стало чуточку легче, потому что он больше не смотрел на мою обнажённую грудь.

Но передышка была очень короткой. Мамаев снова заставил сесть прямо.

— Всё нормально, Маша, — неспешно сказал он, гладя моё предплечье вверх-вниз.

Наклонившись Арс коснулся носом моей ключицы и шумно вдохнул аромат моей кожи, я изо всех сил старалась не дёрнуться. Только это было совсем не просто, потому что меня пробила крупная дрожь.

— Ах… Арс… — Арслан резко, но при этом плавно, приподняв меня за попу, накрыл губами мою грудь.

Моё тело моментально напряглось. Причём так сильно, что мышцы начали ныть.

Горячее дыхание обжигало кожу. Зубами он ощутимо цеплял сосок. Жадно пытался уделить равное внимание каждой груди.

Со мной творилось что-то странное. Дрожь, разливающаяся по телу, переросла в приятную истому. Тело расслабилось, и я осознала, что не хочу безвольно сидеть на коленях парня.

Я запустила руки в его волосы. Они были такими мягкими…

Сама не понимая как, я начала руководить Арсланом. Уже теперь сама тянула его голову то к одной, то к другой груди. А потом и вовсе, обхватив его лицо руками, оторвала от себя и сама потянулась за поцелуем. Арслан целовал ещё более страстно, чем десять минут назад. Но совсем недолго.

Резкий разворот — и я спиной лежу на кожаном сиденье автомобиля.

— Блять, больно, пиздец!

С этими словами Мамаев расстегнул ремень, ловко поддел пуговицу и потянул вниз молнию.

— Арс, что ты…

— Не отворачивайся, Маша! — сказал он спокойно, но я чувствовала, какое дикое напряжение за этим скрыто.

И я смотрела. Смотрела, как внушительного размера член выпрыгнул из штанов, и его владелец с облегчением выдохнул.

Арслан посмотрел на меня потемневшим взглядом, затем наклонился и поцеловал. Почти нежно, без резких движений.

— Арс! — попыталась возмутиться я, когда Мамаев расстегнул пуговицу на моих джинсах. Но он не слушал. Просто убрал мою руку и продолжил своё дело, углубляя поцелуй.

Ладно!

Решила — буду послушной! В конце концов, если Арслан начнёт переходить черту, я успею его остановить.

Мои джинсы вместе с трусиками спустились до середины бёдер. Голова идёт кругом, и я уже не соображала, где та самая грань, за которую не должна пускать Мамаева.

— М-м-м… — промычал я, кажется, с возмущением, но при этом позволила Арсу коснуться моего ещё никем не тронутого бутона.

Ноги были согнуты в коленях, немного некомфортно держать их раздвинутыми — узкие джинсы мешали.

Я боялась сделать лишнее движение, боялась упустить эти невероятные, острые ощущения, которые нестерпимо будоражили кровь.

Арслан очень быстрыми движениями пальцев стимулировал мой чувствительный бугорок. Я чувствовала, как истекаю соками, и Арс размазывал эту влагу по половым губам, и ощущения становились ещё ярче.

Если бы Мамаев не сжимал мою грудь второй рукой, если бы не целовал так яростно и чувственно, наверное, я умерла бы.

Тело напряглось. Так сильно скручивало мышцы бёдер, и так жарко было внизу живота…

— Расслабься, Маша. Отпусти себя, — прошептал он прямо в губы.

И я честно стараюсь! Но то, что происходит со мной… Эти острые ощущения настолько приятны, что становится почти больно.

Мамаев бесцеремонно взял мою руку и положил на свой член. Он был настолько толстым, что мои пальцы не смыкались. Было немного страшновато сделать первое движение, но мне и не пришлось.

Ощущения стали совсем невыносимыми, и произошло нечто, от чего воздух на мгновение перестал поступать в лёгкие.

Меня в буквальном смысле подбросило вверх. Промежность начала пульсировать, причём настолько сильно, что разрядами тока пробивало всё тело. Мои стоны больше походили на хрипы, и я пыталась их сдержать, но пока не получалось.

Мне так восхитительно и так легко не было никогда в жизни. Я чувствовала, как в моей ладони пульсирует член Арслана, и с опозданием поняла, что парень кончает мне на грудь.

— Арс, — но парень не слышал меня, дышал рвано и шумно. Ему было невероятно хорошо. Я видела это по его полуприкрытым глазам и выражению лица. Не могу описать. Он выглядел иначе. Был в этот момент совсем другим.

Решила не высказывать претензии. К тому же не могу сказать, что мне было противно. «Это всего лишь семенная жидкость, и не более!» — уговаривала я себя.

И она принадлежит моему парню.

Голова немного прояснилась, и в ней мелькнула мысль: «Как долго я ещё буду искать оправдания поступкам Мамаева?» — но тут же мысль утонула в горьком запахе табачного дыма.

Арслан, встав коленом на сиденье, вторую ногу опустил на пол и выпрямился почти в полный рост. Габариты внедорожника позволяли.

Парень, зажав сигарету в зубах, заправлял свой всё ещё стоящий орган обратно в штаны. Я немного съёжилась под его прямым взглядом. Хотела прикрыться хотя бы руками, но вспомнила, что грудь испачкана, и снова растерялась.

Арслан наклонился к водительскому сиденью, нажал кнопку, и ширма плавно поползла вверх. Я вздрогнула. Это заметил Арслан, и наконец его лицо изменилось, стало мягче, он улыбнулся.

— Я не извращенец, Маша. Водитель вышел, как только мы затормозили.

Арс открыл бардачок и достал оттуда пачку влажных салфеток. Вынув несколько, он бросил упаковку мне.

От этого равнодушного жеста мне стало некомфортно.

Не то чтобы я ждала какого-то галантного жеста с его стороны, но вот так просто бросить мне салфетки и самому спокойно сесть, вытирая руки…

Я натянула джинсы, которые, чёрт возьми, всё ещё были спущены, и тоже села на сиденье. Быстро вытащила несколько салфеток, чтобы успеть вытереть сперму, которая начала стекать по животу, но Арслан опередил меня.

Забрав из моих рук влажные лоскутки, он сам вытер свою жидкость с моего тела.

— Одевайся! — голос Арса не громкий. Почти мягкий.

Мне почти сразу стало гораздо спокойнее. Просто мне показалось, будто Арс сейчас вышвырнет меня. Поступит как с какой-то шлюхой.

— Ты почему такая закомплексованная, Маша? — Арслан точно прочёл мои мысли. Он смотрел так, словно знал абсолютно всё, о чём я думаю.

— Я не закомплексованная. Просто пока не уверена в себе, — ответила совершенно честно.

— Это и есть закомплексованность, Мормышка, — не могу сдержать улыбку. Он сейчас действительно совсем другой. Такой… очень спокойный. Уравновешенный.

— Нужно идти… — произнесла я нехотя.

— Конечно, нужно. Ты вся горячая, температура выше подскочила. Не морозит?

— Нет! — ответила чуть настороженно.

Какой там «морозит»! Я вообще забыла о своём самочувствии под его ласками.

— Лекарства дома все есть?

Спросил Арслан, уже открывая передо мной дверь подъезда.

— Конечно, есть. Я часто болею, — я смотрела ему в глаза и, конечно, ждала, что он поцелует.

И Арслан поцеловал. Так нежно, но так мало…

— Я позвоню.

— Хорошо!