Глава 18

Ангелина

До чего нахальный Марк довел, что я сама не своя. Выгоняю из мыслей, а он и там поселился. Без спроса развалился на троне и ноги на мою голову свесил. Только этим и могу объяснить, почему чуть остановку не проехала. Как оказалось, потом, зря. Ох, как зря.

Подружки намеки кидали, что вдруг я взяла и понравилась хищному Коршуну. О да, да, так и поверила. Конечно! Внезапно жить без меня не смог.

Пусть доверчивости во мне и полная чаша, но даже она выплескивается с предупреждением:

«Неспроста царь лягушек ко мне прицепился».

Вот совсем неспроста.

Ишь, какой, Добычу во мне видит! С чего бы, спрашивается?

Лягушек в универе пруд пруди, так нет же, за мной вражеский Коршун увязался. И даже прошлое родителей ему ни по чем. Значит, есть что-то более серьезное.

Но что?

Вместо того, чтобы думать, как гада отогнать, желание сместилось на другое. Хочу теперь узнать, чем счастью двухметровому обязана.

Мстить? Посмеяться? Предать по семейной традиции?

Думает, только он способен выслеживать? На машине гоняться каждый дурак способен. Ничего-ничего, до правды и пешком дойти смогу.

Дома ненадолго забыла о Коршуне. Приехал папа и прямо с порога потянул меня на змеиные яйца смотреть. Редкий экзотический вид мог пропасть. Но папа ему не дал, виду этому. Привез и выращивать собрался.

— Пап, мама еле от крокодила отошла. Яйца лучше спрятать, — забеспокоилась я.

Мы полгода в душе мылись. В ванной плавал детеныш крокодила. Мама нам даже праздник устроила, когда папа его вылечил и сплавил. Долго праздник не продлился, вскоре я первую зарплату получила.

— Никто и не заметит, дочь, — папа не видел проблемы, — Яйца же не бегают, места мало занимают, тихонько под лампой себе полежат. А потом я пристрою маленьких удавов в террариум. Знаешь, какие они хорошенькие? С радужным окрасом получатся.

Упс.

Хоть бы змееныши вылупились вовремя.

И хоть бы Гри на них наткнуться не успел. А дон Витя с мамой так вообще на крышу полезут, если новых домочадцев повстречают.

— Пап, будем яйца стеречь по очереди, все поняла. Но смотри, не прогляди, как с ящерицами. Второй раз срывать все полы, я не выдержу.

Пришлось запоминать температуру для согрева удавчиков, мы все это тайное дело, прикрыли шторкой. И услышали возмущенные крики на первом этаже.

— Твоя очередь прикрывать, — по справедливости перекинула стрелки я, понимая, кому и за кого, сейчас влетит.

— Лина, ветеринары всегда заодно. Не переживай, сейчас отмажу, — пообещал папа.

И мы вместе спустились вниз.

— Вера, успокойся. Я случайно это сделал. Грустно стало, вот… и нашло что-то.

Мама подняла кусок ободранной тряпки и потрясла перед нами.

— Ты от грусти съел мою юбку, разбил вазу и штору ободрал? Боже, везде сумасшедший дом! Что дома, что на работе.

— Зато сейчас мне полегчало, — не стал отнекиваться папа, — Мне же хотели снова крокодильчика присматривать дать. Но я ради вас отказался.

Маму известие о следующем полугодии со свободной ванной успокоило лучше всего. И меня отправили звать дона Витю к семейному ужину.

По пути заглянула к себе. Только посмотрела грозно на шкодника, сразу лапками мордочку прикрыл. Чувствовал, что попадет за проделки. Не просто так в моей комнате спрятался. Вот, кому веселья не хватает для полного звериного счастья. В ход тогда все идет, что под лапу попадает.

— Гри, имей совесть енотскую. Иначе в следующий аукцион я тебя не отвоюю.

Пригрозила своему любимчику и сжалившись, слегка погладила мягкую шерстку. Бывают намного спокойнее еноты, но мне достался очень шустрый питомец. И в тоже время очень преданный. Мало кого признает, но если привыкнет и примет, то может подружиться.

В столовой за ужином дон Витя снова выпрашивал телескоп. Впрочем, обычное состояние дяди. За новый телескоп и душу астронома продаст.

— Витя, в течение ближайших двух месяцев и не надейся, — маме его звезды уже в поперек горла встали.

Родительницу могу понять, почти и так на ней семейные расходы. Если папа привез яйца, то пол зарплаты в них вложил. Ну не получается у нас жить по экономным книгам мамы.

— Я собрал на своем сайте по прогнозам погоды почти половину денег, — не сдавался дон, мечтающий открыть планеты. — Совсем немного осталось, и мое имя назовут на конференции почетных астрономов.

— Ты мне вот сейчас напоминаешь одного студента, — мама отложила вилку в сторону, прерывая нытье, — У него тоже так. Половину знаю и хватит. Все равно экзамен на отлично сдам. Еще ума хватило бросаться обещаниями и вступить со всем курсом в спор. Говорю же, везде дурдом, — и скосила глаза на папу, будто хотела ему что-то добавить про студента, но не стала, переключив внимание на салат в тарелке.

Мама иногда делится преподавательскими приколами, но никогда не называет имен. Ну я и не могу же знать всех ее студентов. Потому расспрашивать не стала, вряд ли бы выяснить смогла.

Дальше родители переключились на мои успехи. Папа хвалил за работу в зоопарке, мама тяжело вздыхала. Но я знаю, что хоть мы с папой и похожи, все равно нас мама любит. Ведь терпит же наших питомцев, и подкармливает енота вкусняшками, когда никто не видит. Хотя и тапком может слегка хлопнуть полосатый зад. Гри знает за что, и зла потом не держит.

Пообещала в конце ужина дону Вите посмотреть в магазинах телескопы. Он не терял надежды прославиться, а мне нетрудно дяде помочь.

Подходя к своей комнате, ловила себя на сравнении дяди с неизвестным студентом. Смешно даже стало. На что чудак надеялся, когда связался с мамой? Любой знает, что взяток она не берет, и поблажек делать не станет. Есть только одно исключение — это я. Но мне не надо у мамы экзамены сдавать.

Только вошла к себе в комнату и чуть не упала, на скорости выпрыгивая вперед. Хоть бы успеть спасти самую важную вещь.

Важней и быть не может!

— Гри-и-и! Не вздумай грызть! Отдай телефон.

Кинулась к проворному питомцу.

В чем дело сразу догадалась, мелодия вызова звучала до сих пор. И енот просто вытянул источник шума из моей сумки. Крутил в лапах и тыкал носом в экран.

— Ты на что нажал?

Сразу отобрать не получилось. Лапки у енота цепкие.

Телефон замолчал, на экране показывая принятый вызов.

Я не сразу распознала мужской голос, но Гри зашипел и выругался смачно так, по-енотскому. Это значит, тонко завизжал и нацелился куснуть мой дорогой телефончик. Другой не скоро появится, поэтому мой мне ооочень дорог.

Отобрать успела и прислонила к уху.

— Ангелина, ты чем там занимаешься? Почему визжишь?!

По рычанию уже не думала, с кем честь имею говорить. Вон, как мой енот плюется, можно было сразу догадаться.

— Репетирую зловещий смех, когда заговор свершится.

Отпугивала как могла нахала, выдумывая на ходу. Честно старалась. Пусть хоть ведьмой, кем угодно считает, лишь бы номер мой удалил.

— А ну, если смех, то пожалуйста, — в трубке смешки послышались, — Не сдерживайся, моя милая Добыча. Буду носить с собой кляп для тебя на свидания.

Кто мог больше оборзеть? Никто!

— Да ты вообще обнаглел, Коршун полоумный, — вот как стояла, так и села на пол. Гри подкрался и подслушивал. — Говори, что от меня нужно. И номер мой срочно удали, или я в черный список тебя отправлю.

По-хорошему, и говорить с ним не должна. Но я хочу докопаться до причины. Лопату бы только не сломать.

— Ладно, признаюсь во всем, — согласился хищный нахал, — Мне недавно приснился сон. Очень-очень страшный. Горгона на метле летала с енотами. И вдруг увидел тебя, такую маленькую, беззащитную. Пряталась за коробкой с шоколадным тортом. И ты умоляла меня тебя спасти, но для этого надо встречаться. Я сопротивлялся. Но ты так просила, так просила…

— Когда проснулся шишка на лбу была? — уточнение понадобилось.

— Вроде нет, — задумчиво ответил.

— Как нет? Я же помню, как во сне тебя граблями туда двинула. Значит, мы не виделись. Ты меня с кем-то перепутал.

— Не будь такой вредной, — еще и возмутился обиженно. — Спросила, я тебе правду ответил. Взамен прошу не отправлять парня своей мечты в черный список. Я тебе какой-нибудь секрет напишу, а ты все пропустишь.

— И как смогу отличить вранье от секрета?

Вначале сказала, потом подумала. Ой!

Вот же дурочка наивная, клюнула на хищную уловку.

— В самом честном парне не сомневайся, Ангелок. Читай через слово и верь, — заливал соловьем нахалюга.

Совсем уже за глупую дурынду принимает.

Расслабился там, поди, спасатель из кошмарных снов.

— Больше говорить не могу. Нам пора к заговору против тебя готовиться, — решила добить напоследок.

Кому это «нам», пусть будет моим секретом.

Прислонила орущую на меня трубку к еноту. И мы с ним хором громко завизжали.

"Ви-и-и…у!"

Телефон отключить успела и даже спрятать под попу.

— Мы просто играемся с Гри, — объяснила домочадцам, испуганно сбежавшимся на дикий вой.