Глава 1. За несколько дней до событий, описываемых в прологе

Вереница из двух десятков карет, в которой едет наша театральная труппа, не спеша движется в сторону Деиры, столицы Ангильи. С обеих сторон вдоль дороги тянутся высокие барханы из красного песка, загораживая горизонт. Девчонки прилипли носами к окнам, изучая непривычный пейзаж. Однако скоро им надоедает. Одна и та же картина на протяжении нескольких часов. Сама дорога, зависшая в воздухе на высоте метров четырёх от земли, мало кого удивляет после летающих островов Аэртании. Но я всё равно поясняю: – Это, чтобы песком не заносило. Здесь бывают песчаные бури. Так рассказывала мне Лия. Подумать только, не прошло и года. Если бы кто-то тогда сказал мне, что я приеду в Ангилью добровольно, я бы решила, что он свихнулся. Несколько месяцев назад нас захватили, напав в открытом море на корабль, принадлежащий Айсгарду, и привезли сюда силой. Лию, истинную моего брата, прежний шейх считал своей собственностью. А я тогда попала в плен за компанию с ней. Жутко даже вспоминать об этой истории. Старый шейх, поняв, кто попал в его грязные лапы, возомнил, что сможет диктовать условия Айсгарду, если у него получится жениться на мне, внучке короля. А жизнь Лии стала для него разменной монетой. И, если бы не Драгар, кто знает, успели бы мой отец и брат вовремя. Как оказалось, у Драгара были свои причины бороться с дядей. Помешанный на власти, прежний шейх убил своего старшего брата, а также всех его сыновей. И только до одного не смог дотянуться – до самого Драгара, старшего сына рода и законного наследника. Драгар и сам сверг бы своего дядю. Ему не хватило всего-то нескольких часов. Однако нам с Лией он успел помочь. Я ему, конечно, благодарна, но почему-то одновременно злюсь на него. Наверное, потому, что вёл Драгар себя тогда со мной так, словно я не княжна, а девчонка из гарема, на которую он имеет какие-то права. Возмутительно. Сейчас всё изменилось. Драгар стал властителем Ангильи. Впервые за многовековую историю между королевством Ледяных Драконов и Амиратом Драконов, владеющих стихией Земли, установился прочный мир. Обмен послами, оживление торговли. На дорогах Айсгарда появились цирковые труппы с восточными фокусниками. А теперь очередь дошла и до гастролей нашего театра. Мы прибыли в Амират Ангилья по настойчивому приглашению нового шейха. Культурный обмен. Наверное, мне не стоило ехать с ними. Драгар может подумать, что я приехала из-за него. Но это неправда. Этот театр создала моя мама. И я не пропускала ни одних гастролей, потому что моё призвание – сцена. А Драгар… да я даже встречаться с ним не собираюсь. Пусть с послами общается. Ну разве что он сам появится на моём выступлении. – Анна, – врывается в мои воспоминания голос Анжелы, с которой мы стоптали не одну пару туфель для танцев. – А ты, когда была здесь, видела молодого шейха? Вздрагиваю от неожиданного вопроса. На миг пугаюсь, что кто-то мог проникнуть в мои мысли. Но нет. Девчонкам надоело созерцать песчаные барханы, и они смотрят на меня с любопытством. – Видела, – коротко отвечаю я. Подруги из труппы знают историю лишь приблизительно. В основном лавры заслуженно достались моему брату, вызвавшему прежнего шейха на поединок. А в то, что не позволил двум армиям сойтись в схватке именно Драгар, мало кто вникает. – И как он тебе? – тут же подключается к разговору Наила. – Говорят, он красавчик? Пожимаю плечами. – Наверное, – как можно более равнодушно говорю я. – Мне трудно судить. Он не в моём вкусе. А ещё он наглый и бесцеремонный, но этого я вслух не говорю. Облизываю пересохшие губы, и мне снова мерещится на них вкус восточных специй. Хаосова память. Пора забыть тот единственный поцелуй. Но к щекам приливает кровь. Это от стыда за то, что не смогла тогда дать ему отпор, или потому, что здесь, в Ангилье, ужасно жарко? Откидываюсь назад и прикрываю глаза. Поняв, что этот разговор мне неинтересен, девушки продолжают вполголоса обсуждать шейха между собой. Вот поговорить им больше не о чем. – Наверное, он прибудет в столицу на наше представление. – А может, наш театр даже во дворец пригласят? – Танцевать перед гаремом шейха? – А почему бы и нет? Или ты хочешь сказать, что мы уродки по сравнению с его жёнами? Говорят, среди них есть даже усатые. – Фу, какая гадость. Наила, ты что, правда хочешь понравиться шейху, чтобы он взял тебя в свой гарем наложницей? Пауза, во время которой девчонки ждут ответа. Видимо, нашли его на лице Наилы, так как Анжела восклицает: – Ты серьёзно? Быть одной из десятков в постели у мужчины? – Тебе легко говорить. Ты из знатного семейства. Театр для тебя забава. Ну хорошо, не забава, но увлечение. У тебя и жених есть. Через год выскочишь замуж, и дальше вся жизнь устроена. А я сирота. Что меня ждёт, когда моя танцевальная карьера закончится? Нищета. Не выдерживаю: – Какие глупости, Наила. Театр под патронажем моей матери. И никто, повторяю, никто после ухода со сцены не остался без помощи. – Прости, Анна, но мне хочется другого, семьи. В Айсгарде бесприданница едва ли кого заинтересует. А мне нужны муж и дети. – Очешуеть, – восклицает эмоциональная Анжела. – Ты серьёзно считаешь, что один на всех муж – это прямо счастье? И это ты называешь семьёй? – Я могу обойтись и таким, если у меня будет малыш, – упрямо возражает Наила. – Сама знаешь, как в Айсгарде относятся к незамужним, нагулявшим ребёнка. Анжела потрясённо замолкает, а я, наверное, впервые думаю о том, что не только местные, но и женщины свободных стран, оказывается, могут поступаться своим женским счастьем. И в таком случае не ради денег, а ради возможности стать матерью. И удивительно, но внутри меня не возникает чувства осуждения. Сейчас я не могу ничего обещать, но поговорю с отцом, когда вернёмся, чтобы танцовщицам из бедных семей давали какое-нибудь приданое. Это не решит проблем всех девушек Западного Предела, но хотя бы о тех, кто стал моими подругами, я должна позаботиться. А для начала – защитить Наилу от осуждающих взглядов Анжелы и двух других девушек. Открываю рот и тут же его захлопываю. Мысль перескакивает на другое. И сколько вот таких несчастных в гареме Драгара? Меня охватывает возмущение. Разве это нормально – пользоваться тем, что многим из них просто некуда деться? Вот сейчас у меня никакого желания видеть этого чешуйчатого гада, разве что, чтобы высказать ему, что я о нём думаю. А с Наилой я потом поговорю и что-нибудь обязательно придумаю. Прикрываю глаза. Карета мягко покачивается, и меня охватывает дремота. Но в сон погрузиться не успеваю. Визг кого-то из девушек заставляет меня подпрыгнуть на сиденье. – Мамочки! Что это? Они же нас сожрут.