Глава 85

— Вы должны ему сказать.

Я подняла взгляд на мрачного герцога Фламеля и аккуратно перелистнула страницу гроссбуха. Спокойно, уверенно, будто мы не вели разговор о моем муже последние полчаса.

— О чем? — сухо поинтересовалась я.

— Вы знаете.

— И как? — в моем насмешливом тоне ни капли настоящего веселья. Только горечь, которая разъедала душу последние две недели после того, как Терлак очнулся.

Я врала ему каждый день. Смотрела в глаза, повторяла выученные фразы и убегала прежде, чем ему удавалось меня раскусить. Терлак же не дурак. Он чувствовал, когда что-то не так.

— Просто скажите, — поджал губы Даниэль и скрестил на груди руки. — Не стоит повторять моих ошибок.

— Ваша светлость, — терпеливо отозвалась я, — при всем уважении. Наши случаи совершенно разные.

— Вы так в этом уверены, леди МакГиннес?

Я вновь ушла от ответа, уткнувшись носом в бумаги. Дела не терпели, когда ими пренебрегали. За время моих бесконечных разъездов скопилась куча бумаг, их следовало разобрать и часть подписать. Мистер Лейтон очень скрупулёзно просматривал каждый счет, терроризируя меня по несколько часов и придираясь к очередной цифре. С тех пор как они с Магдой вернулись, жить стало одновременно и легче, и сложнее.

Такой парадокс.

Гномка с казначеем объединились, охраняя финансовое благополучие клана.

Я сжала переносицу, затем посмотрела на мрачного Даниэля. В последнее время герцог совсем осунулся, нервничал и почти не следил за собой. Нет, его костюмы по-прежнему вызывали недоумение, но уже не выглядели так опрятно. Светлые волосы герцога пребывали в вечном беспорядке. Пряди падали на лоб и приходилось их поправлять. Иногда его светлость замирал на несколько секунд, уставившись куда-то в стену, чтобы потом переспросить собеседника о теме разговора.

Причина такого поведения была ясна — Морриган Делейни. Из воркующих голубков инкуб и фея превратились в обиженных подростков. Каждый варился в котле из обид, и отказывался от примирения.

Нет, герцог пытался, я знаю. Даниэль добивался встречи, но каждый раз получал решительный отказ. Причин Морриган не называла. Неожиданно для всех некогда разумная мисс Делейни превратилась в капризную барышню. Она пряталась по закоулкам Арканта, избегала встреч в столовой и ссылалась на регулярные головные боли, лишь бы не видеться с бывшим любовником.

Такое поведение Даниэлю надоело. Потому-то он учил меня. Все для того, чтобы успокоить собственную тоску на сердце.

— Как продвигаются поиски? — видя, что я не настроена на разговор по душам, его светлость сменил тему.

— Никак. Юны нет, как сквозь землю провалилась.

Люди и нелюди под руководством Дугала исследовали катакомбы под замком. Только медленно. Часть тоннелей находилась под водой, а в других местах существовал риск обвала. Чертежей Арканта в самом замке мы не нашли. Пришлось делать запрос в городской, но ответ обещали дать не раньше, чем через несколько недель.

— Что с Полом?

Мрачный вздох сорвался с губ. Даффи отслеживал передвижения брата Терлака и отчитывался мне каждый вечер. Ничего подозрительного: то ли Пол намеренно осторожничал, то ли я ошиблась в предположениях. Хотя взгляды, которыми мы обменивались в последние дни были далеки от дружеских. МакГиннес резко отстранился от всех дел. Он даже не участвовал в поисках матери. Будто смирился с ее пропажей или знал что-то, но молчал.

В голове то и дело звучала просьба Гилберта. Он так не хотел войны между братьями, что поставил меня в неловкое положение. Камни недоверия летели в мою сторону. Терлак задавал вопросы, и я видела, как в нашем хлипком союзе обраовалась трещина.

И не удивительно. До болезни мужа у нас толком отношений не сложилось. Одна ночь, которую МакГиннес почти не помнил. Где взяться доверию?

— А она точно не уехала? — нахмурился Даниэль.

Я задавала себе подобный вопрос. И к замку обращалась. Однако Аркант не откликался. Ни призраков, ни странных явлений. Словно источник заснул в самый неподходящий момент, когда был так нужен.

— Вряд ли, — ответила я, прикоснувшись к прохладным камням.

Ничего. Пустота. Единственный признак того, что Аркант жил — он вытягивал из меня энергию. Достаточно, чтобы по утрам с трудом просыпаться и с неохотой идти на завтрак. Лишь Драго восполнял потерю внутреннего резерва, когда находился подле меня или забирался на колени.

Именно благодаря дракончику мы поставили на ноги Олли и Вили быстрее, чем любые травяные настои. Драго не лечил их в полной мере, но легко делился жизненной силой. Буквально источал ее, как маленький, магический генератор. У меня появилась идея взять драконенка в поездку по арендаторам. Вдруг бы болезнь отступила.

— Заболевшие? — очередной вопрос прилетел в спину.

— Сдерживаем, — устало буркнула я. — Герцог, вам интересны хозяйственные будни в Арканте?

— Я обещал Эрику заботиться о вас, — нахмурился его светлость и заложил руки за спину. — Кто-то же должен, пока ваш супруг окончательно не встал на ноги.

— О себе бы позаботились, — проворчала я недовольно.

Эту фразу Даниэль пропустил мимо ушей. Он открыл рот, но так и не успел высказать свои мысли. В дверь постучали, и через минуту Даффи находился подле моего стола с полным отчетом о передвижениях Пола МакГиннеса.

— Леди, — склонил голову дроу, покосившись на герцога. В одной руке Дарау держал бумаги, а другой небрежно поправил килт на плече.

— Ваша светлость, не оставите нас? — попросила Даниэля. Тот, естественно, нахмурился от подобной просьбы.

— Вы уверены? — вскинул брови герцог.

— Даффи — мой личный телохранитель — протянула я, уловив в голубом взоре сомнение.

— Это неприлично, — поджал губы Даниэль.

Мой взгляд устремился к трещинам на потолке.

Клянусь богами, ну и дрыглова дурь. Уж за то время, что я провела в Арканте, о приличиях здесь никто и никогда не вспоминал. Мадам Сорель упала бы в обморок, узнай она о моих поцелуях с женихом до свадьбы, непристойном поведении и… даже той ночи в спальне Терлака. Про жителей замка говорить нечего: одни девочки довели бы бедную наставницу до глубокого обморока.

Да что там. Мое выступление на совете и заключение сделок с нелюдями. Приличные женщины подобными вещами не занимались. В обществе я бы получила самое уничижительное прозвище — синий чулок. За разговоры о делах в кабинете. А его светлость внезапно вспомнил о приличиях.

Фи.

— Хорошо, — буркнул Даниэль, — погорячился. Прошу прощения.

— Еще как, — хмыкнула я непроизвольно, поражаясь самой себе. Боги, а ведь буквально два месяца назад пришла бы в ужас от собственных слов.

За нашу непродолжительную беседу Даффи успешно изображал предмет мебели. Молчал, устремив взгляд на каминную полку. Я привыкла к незримому присутствию дроу, что почти его не замечала. Дарау встречал меня у дверей спальни, провожал до кабинета и оставлял там под присмотром охраны. После того случая у покоев леди Розалинды он больше не проявлял эмоций открыто. Хотя несколько раз я ловила на себе задумчивый, пронзительный взгляд.

Вот и сейчас Даффи молча дождался ухода Даниэля, а когда дверь закрылась с тихим щелчком, протянул мне бумаги.

— Нашел в спальне мистера МакГиннеса счета, — коротко проговорил дроу.

— Как ты туда проник? — удивилась я.

В прошлый раз мы осматривали покои Пола, но ничего подозрительного не нашли. С другой стороны, братец Терлака все время стоял над душой и всячески мешал обыску. А потом вовсе поставил защитное заклятие, чтобы никто не проник внутрь. Объяснял просто: беспокоился за сохранность вещей, ведь по замку бродили предатели.

Ха-ха.

— Нашел брешь в его заклинании, — нахмурил светлые брови дроу. — Кто-то до меня взломал одну из печатей. Очень аккуратно, хочу заметить, почти не нарушен контур.

Я нахмурилась и бегло просмотрела на названия. Часть из них узнала сразу: редкие коренья, травы и экзотические растения. Для сына лэрда такие вещи ни к чему, если не готовишь какие-нибудь зелья или лекарства. Отдельной графой шли книги. Гримуары, справочники по темной магии и защите от нее. Моему изумлению не было предела. Когда среди незнакомых слов я узрела драконий справочник. Тот самый, который сестра прислала мне из дома. Только год выпуска другой.

— Куплен три года назад, — озадаченно пробормотала я, поворачивая пожелтевшие листы. Самые новые сохранили яркость отпечатанных чернил, а те, что старше, — поблекли.

— Полагаю, сэр Пол изучал драконов и их разведение, — Даффи заложил руки за спину.

— А говорил, что не интересовался товарами контрабандистов. — мрачно изрекла я.

— Леди, — нахмурился Даффи, — передайте бумаги вашему мужу. Лэрд должен знать о предательстве.

— Чеки ничего не доказывают, — устало вздохнула я. — Про контрабанду мы уже знаем, а к убийству и моему похищению они не имеют никакого отношения.

— И все же…

— Я обещала лэрду МакГиннесу, что не допущу кровопролития между братьями, — тихо и четко произнесла, отбрасывая любые возражения. — Нельзя бездоказательно обвинить человека. Опять же, когда убили Кейлу, Пол находился в замке.

— Мне не нравится ваша позиция, но возражать не стану, — склонил голову Даффи. — Как пожелаете, моя леди.

— Ладно, — я спрятала бумаги в стол и закрыла магический ящичек на ключ, ловко убрав тот в карман домашнего платья. — Лучше расскажи, как идут восстановительные работы. Ты сегодня утром контролировал перестройку сарая.

Дроу слабо улыбнулся от резкой смены темы и сделал приглашающий жест.

— Мне кажется, вам лучше все увидеть самой.

Даме не полагалось разгуливать по замку и его окрестностям в простом наряде, потому я надела килт и закрепила тот серебряной фибулой. Получилось очень даже неплохо. Во всяком случае, не стыдно пройтись мимо слуг, которые здоровались со мной в коридоре.

Несколько гномок подошли ко мне с вопросами об уборке второго этажа, а бодрый Олли задержал на выходе из донжона радостным криком:

— Леди МакГиннес!

Я обернулась и прищурилась. Теперь каждый вечер служанки стройными рядами ходили на озеро с горой грязной одежды. Можно сказать, под моим давлением им пришлось изменить старым привычкам. Ради всеобщей чистоты Дугал отремонтировал общественную купальню и выделил несколько гномов для починки водопровода, чтобы на кухню, гостевые спальни и уборную теперь поступала вода.

Вопрос с освещением мы тоже решили. Отчасти. Новая партия заряженных камней приехала вместе с Магдой и мистером Лейтоном. На лестницах больше никто не спотыкался, а в столовой стало значительно светлее.

Еще немного, и эта дрыглова дыра превратится в приличное место!

— Олли, — улыбнулась я, внимательно рассматривая новую россыпь веснушек на впалых щеках помощника повара. Он до конца не оправился, но чувствовал себя хорошо и отъедался за последние недели лихорадки.

— Я пришел с меню, — помахал Олли списком и поморщился. — Месье Жобер попросил вас разыскать, чтобы отдать на утверждение.

— А почему не Магда?

— Ее вызвал в свои покои лэрд, — закусил губу Олли. — Вместе с капитаном стражи.

Нахмурившись, я переглянулась с Даффи. Похоже, Терлаку надоели недомолвки. Я мысленно уповала на благоразумие гномки и орка. Пусть Дугал не разделял моих взглядов, а Магда злилась — они вряд ли рискнут сказать правду.

— Хорошо, — кивнул я и забрала список. — Посмотрю и вечером передам на кухню.

— Спасибо!

Олли затерялся среди колонн, а я устало потела виски и вышла следом за Даффи. Погода сегодня радовала: неожиданно жаркий день спасала прохлада с озера. Легкий ветерок гонял по двору остатки привезенного сена и радовал тоскующих наблюдателей в башне своим присутствием. Бедные дроу с гоблинами то и дело высовывали головы в узкие просветы бойниц, чтобы немного остудиться.

Работа над сараем действительно впечатлила. Всего за несколько дней трудолюбивые гномы значительно расширили курятник, где вовсю квекали недовольные упырекурицы на жердочках. Несколько бревен неподалеку ждали часа, когда их используют для починки прохудившейся крыши донжона.

По словам Даффи, еще три таких повозки должны прислать чилли-ду на следующей неделе. Лесные жители больше не препятствовали нашим землевладельцам и охотникам. Теперь кладовые полнились ягодами и дичью, а сараи — древесиной.

— Священная госпожа, прекрасная леди МакГиннес! — услышала я очередной крик и повернула голову. Со стороны овечьего загона мне махал Вили.

— Я же просила его полежать в кровати, — заворчала я, но все же улыбнулась и кивнула в ответ.

Мы прошли дальше и остановились под навесом. Даффи аккуратно оперся о стену, чуть поддавшись вперед, из-за чего я сразу ощутила дискомфорт. Мне не претило его присутствие. Просто с такого ракурса каждый любопытный слуга нас видел. А лишние сплетни в замке подбрасывали дров в огонь постоянного напряжения, что витал повсюду.

К тому же окна спальни Терлака как раз выходили во двор, и сарай хорошо просматривался.

— Даффи, — прозвучало чуть резче, чем хотелось.

Дроу быстро сообразил, что перешел границы и отодвинулся. Именно в этот момент из донжона выскочили близняшки. Джинни размахивала руками, а Маргарет несла подмышкой задремавшую упырекурицу. Я бы их не заметила, но девочки громко разговаривали.

Из копны рыжих волос выглянул Драго, который вцепился в килт Джиневры. Чешуя дракончика так блестела на солнце, что рабочие невольно оборачивались вслед и пихали друг друга локтями.

— Надо ей жабу дохлую в кровать подбросить! — бесилась Джинни. — Жирную такую, с бородавками!

— Мали просила так не делать, — бесцветным тоном отвечала Маргарет. — Леди ведут себя скромно и не заниматься подобными глупостями.

— А мы по-скромному! Одна жаба не десять.

— Кому они опять хотят насолить, — с недоумением спросила я, охнув от неожиданности, когда Даффи весело хмыкнул.

— Эрвине, наверное, — улыбнулся дроу. — Она на них накричала, когда девочки пробрались на кухню и попытались стащить пирожные. С тех пор там война.

Впервые в жизни я была солидарна в отношении наглой служанки. Жабу в кровать, чтобы поменьше нос задирала. Руки чесались превратить нахалку в розовый куст или дерево. Уволить бы, да пока не за что. А рабочих рук, несмотря на наличие нелюдей, нам все равно не хватало.

— Вы чего разорались?

К девочкам спустилась Эйла. Кивнув мне в знак приветствия, сестра Терлака с интересом протянула руки, и Драго быстро перебрался ей на плечо. Близняшки этого даже не заметили. В порыве злости Джинни выхватила у сестры квекнувшую упырекурицу.

— Нам срочно нужен план по уничтожению клювогрылой шмыги! Она жмется к папе!

Я вздрогнула, улыбка сползла с губ. Неведомое чувство ударило поддых, и с десяток мыслей заполонили голову. Образ миловидной служанки встал перед глазами, из-за чего по пальцам пробежали искры. Стало так тихо вокруг. Девочки моментально замолчали, обернулись и ошарашенно посмотрела на меня.

— Ой, — пискнула Маргарет.

— Леди Амалия, — моего плеча коснулась рука Даффи.

Послышался треск, бревна выпустили молодые побеги. Деревянные колеса повозки увязли в земле, пока зелень пробивалась через каждую трещину и щель. Про травяной покров говорить нечего. Перепуганные гоблины взвизгнули, когда стебли попытались схватить их за штанины.

— Что она делает? — с трудом выдавила я, сжимая кулаки.

— Э-э-э, Мали, — нерешительно протянула Эйла.

Развернувшись, я зашагала обратно в донжон с намерением прояснить ситуацию. Или вышвырнуть эту девицу из замка собственными руками. За мной тянулся каждый цветок и деревце, а с ними Драго. Он неожиданно бросился следом. Маленькие коготочки вцепились в мой килт, и над ухом прозвучало воинственное:

— Иу-ма!

Я кожей чувствовала жар от его чешуи. Дракончик светился, чутко реагируя на перепады моего настроения.

— Поговорить, — процедила я сама себе и напугала несколько гномок, когда пересекала столовую. — Обычная беседа.

— Иу-ма!

— Ничего такого, да? Нам давно пора пролить свет на ситуацию. Объясню, что не могу делиться тайнами его отца… дяди, — бормотала на ходу.

— Иу-ма-а, — зевнул драконенок.

— Никаких криков, — уверенно заявила я. — Леди не скандалят.

— Ма, — крякнул Драго.

У меня не было ни четкого плана, ни малейшего понятия, как начать трудный разговор. Секунду назад я неслась по лестнице, однако, приближаясь к третьему этажу, немного успокоилась. Виноват ли в этом Драго или врожденное воспитание. Но, приметив у дверей спальни высокую фигуру мужа, я замерла на месте и дождалась, когда он подойдет ближе.

— Нам надо поговорить, — выдохнули мы одновременно. Терлак со злостью, а я — растерянностью.

В серых глазах бушевал настоящий шторм, который вызвал недоумение и трепет. МакГиннес сжимал челюсти, и весь буквально искрился от ярости, кипящей внутри. Таким я не видела его давно. Сейчас он почти не походил на больного. Хотя еще утром с трудом передвигался по комнате и ворчал на собственное бессилие.

Эрвина его так взбудоражила, что ли? Неожиданная мысль обожгла кипятком.

— Где она? — процедила я ледяным тоном.

Где-то за спиной МакГиннеса промелькнула знакомая тень. Драго зашипел, прогнулся и выпустил дым из ноздрей.

— Тебе не кажется, что такой вопрос должен задавать я? — поинтересовался Терлак с яростным вздохом и чуть словами не подавился.

Мне бы накричать, расплакаться, но вместо истерики вышло только приподнять брови.

— Мои служанки внизу, — сухо ответила я. — Какая конкретно нужна?

МакГиннеса затрясло от бешенства. В коридоре со свистом пронесся ветер, сорвав со стены старый гобелен. Раздался такой грохот, что послышались крики стражников и голоса прислуги. Скандал на глазах у всего замка никак не входил в мои планы. Однако Терлаку, похоже, было наплевать.

— Издеваешься? — зашипел он, резко напомнив Юну. Примерно таким же взглядом она одаривала меня.

В глубине зрачков плескалась злость, но я не понимала причин. Возможно, МакГиннес чувствовал вину, а теперь отыгрывался на мне. Или…

Он ревновал. Как я.

Так.

Стоп.

Какая-то глупость получалась.

— Эрвина была с тобой, — задрала я подбородок, призывая себя к спокойствию. — Куда бы я ее дела?

МакГиннес чуть до потолка не взлетел. У него едва ли не валил пар из ушей. Меня на секунду пробрал истерический смех, вырвавшийся из груди невнятным бульканьем. Очередной порыв ветра взметнул пряди волос.

Терлак ударил кулаком по стене, и я вздрогнула от неожиданности.

— К дрыглам служанку! — заорал он, никого не стесняясь. — Где дроу!

— Дроу? — моргнула и открыла рот.

— Даффи-и.

О пресвятые боги, василиск бы позавидовал такому шипению!

— МакГиннес, — пролепетала я, окончательно растеряв весь пыл. Даже Драго успокоился. — У тебя разум помутился? Какой Даффи, когда мы говорили об Эрвине.

— При чем здесь эта болтливая упырекурица, если я веду речь о твоем возможном любовнике! — рявкнул Терлак.

Он с шумом втянул носом воздух, и шторм отступил. Радужка вновь стала прозрачной, как чистое, расплавленное серебро. Напряженные плечи опустились, резкая морщина на лбу разгладилась. Шорох со стороны лестницы поутих, и мы вновь остались одни. Похоже, слуги решили, что раз хозяева друг друга не убивают, то нечего лезть.

— Так, — нахмурил брови МакГиннес, — я запутался.

Настала моя очередь шипеть.

— Да что ты, — раздражалась я по-новому. — Распутывайся быстрее, хочу знать, когда обзавелась любовником. Между ночными посиделками за гроссбухами или отслеживанием строительства западной стены. Не подскажешь?

Ему бы смутиться, но это же Терлак. Резкая смена настроений для моего мужа — дело нехитрое. Вспыхивал, как промасленный факел, и затухал во мгновение ока. Вот и сейчас он просто моргнул, неожиданно улыбнулся и протянул:

— Ты такая красивая, когда бесишься.

Убью его. Честное слово. Прямо в саду закопаю под молодыми кустами роз. Пусть удобряет землю, пользу приносит. Или превращу в дуб, потому что такой же дрыглов тугодум.

— У тебя на лице все мысли написаны, — наклонил Терлак голову набок. — Я не впишусь в наш розарий.

— В местную природу очень впишешься, — буркнула я, разжимая кулаки, не в силах на него злиться. — Рыжий дуб понравится гостям замка.

Большие ладони обхватили сначала мое лицо, затем скользнули на затылок и меня притянули к крепкой груди. Знакомый аромат леса вскружил голову, позволяя утонуть в привычной заботе. Я так соскучилась, что невольно поддалась мужу навстречу. Хоть в груди тлели угли от невысказанной обиды, а на языке вертелось с десяток оскорбительных выражений в сторону рыжего наглеца.

— Прости, — выдохнул Терлак куда-то мне в макушку. Я закрыла глаза и всхлипнула. — Прости, Лия. Твой муж — дрыглов идиот.

— Согласна, — гнусаво пробурчала я, крепче прижимаясь к нему. — Совершенно невозможный, плювагрылый шмыг.

Короткий смешок вырвался из его груди следом за моим фырканьем.

— Леди так не выражаются.

— Ты меня еще правилам этикета поучи, муженек.

Терлак отстранился, чтобы через мгновение склониться к моим губам для поцелуя. Тысячи мелких иголочек пронзили тело. Я всхлипнула, сжав пальцами шелковую ткань сорочки, и издала тихий стон. Даже о Драго позабыла, а тот воспользовался ситуацией и укусил Терлака.

МакГиннес не вздрогнул, поцелуй не прервал. Согнал возмущенного дракончика, потянув меня в сторону спальни. Ладони скользнули ниже, по плечам, теребя застежку на килт. Вместе с моими вздохами Терлак поймал еще один стон и прикусил нижнюю губу. Простая ласка окончательно затуманила разум. Я не заметила, как мы вошли с его спальню.

— К дрыглам все, — прохрипел муж мне в губы. — Я соскучился.

Как будто я — нет!

На задворках сознания огоньком вспыхнул дурацкий секрет. Пока тело прошибали жар и дрожь от ласковых прикосновений, разум отчаянно сопротивлялся возбуждению. В висках забилась мысль, что момент самый подходящий. Для разговора по душам. Вряд ли МакГиннес взбесится, если раскрою все карты разом в момент страсти.

— Терлак, — шепнула я. Так тихо, что муж не обратил внимания. Ловкие пальцы стянули килт, отбрасывая тот подальше. Затем спустились ниже, сжав мои бедра под несколькими слоями ткани.

— Терлак.

— Потом, — промурлыкал он и потянулся к пуговичкам на спине.

Сопротивление угасало. Сил едва хватало на редкие возражения, которые, впрочем, никто всерьез не воспринял. Последнюю попытку разговора я предприняла, когда платье соскользнуло с плеч и путь к отступлению преградила кровать.

— Нам надо поговорить. Это важно и касается твоей семьи, — простонала, а сама отклонила голову для обжигающих поцелуев на шее. Вцепилась в широкие плечи одной рукой, пока пальцы другой торопливо дергали шелковую сорочку.

Боги всемогущие, какая я слабая и безвольная. Но мне же нравилось!

— Мы обязательно поговорим, Мали. Хоть сутки напролет. Только позже, — глухо выдал Терлак и крепче прижался ко мне, и я ощутила силу его желания.

Очередной поцелуй уничтожил остатки сомнений и заглушил протесты. Боги, как я скучала. Всего одного раза хватило, чтобы привязаться к мужу. Рядом с ним я чувствовала себя такой счастливой, какой не была даже с Абелем. Пусть не любовь, но что-то близкое.

— Терлак!

Нас прервали грубо и бестактно. В спальню без стука вломился Пол, и я с криком спряталась за широкой спиной мужа, спешно поправляя платье и пытаясь дышать. Неожиданный страх ледяным потоком смыл все возбуждение.

Что-то в выражении лица Пола МакГиннеса мне не понравилось сразу. Когда отступила пелена, я чётко разглядела нервное напряжение и зеленоватые искры на кончиках длинных пальцев. Рыжие волосы были всколочены, походная куртка расстегнута. Его грудная клетка подымалась и опускалась при каждом рваном вдохе, словно до покоев брата Пол бежал без возможности глотнуть кислорода.

— Какого дрыгла?! — рявкнул Терлак, закрывая меня собой.

До того, как Пол открыл рот, я поняла: случилось ужасное.

— Нам надо поговорить. Сейчас же, — не слушая возмущений и оскорблений в свой адрес, выдал он.

— У вас сегодня какой-то день откровений? — возмутился Терлак. — Выйди, дрыгл побери, пока я тебя не выставил хорошим пинком.

Раньше мне казалось, что из двух братьев Пол самый спокойный. Теперь поняла, как ошибалась насчет этого МакГиннеса. Невзирая на вопли Терлака, он легко отразил воздушный удар. От хлесткой петли появилась трещина на стене. А следом за ней дрогнул замок, разом издав жуткий вой, от которого у меня на миг помутилось сознание.

Источник, что-то с ним не ладилось. Я чувствовала.

— Дрыгл, — Терлак поднял взгляд к потолку.

— Боги, — выдохнула я с трудом, хватаясь за сорочку мужа.

— Терлак, — прорычал Пол.

— Снег! Снег!

Крики с улицы достигли спальни. Я выпрямилась от неожиданности. Брат Терлака резко побледнел и бросился к распахнутому окну. Несколько снежинок мягко вплыли в покои МакГиннеса, опустившись на подоконник под наши изумленные взгляды.

— О нет, — выдохнул Пол и пошатнулся.

Я ощутила, как снежинка мазнула по щеке. Дернувшись, потерла кожу и с изумлением уставилась на серое пятно. Без всяких подсказок я поняла, что с неба падал не снег.

Пепел.

— Лэрд МакГиннес, пожар! Наши леса горят!