15

В комнате царил полумрак. Анель плотно зашторила окна. У кровати стоял Фаррейт, склонившись над Адрианом, который полулежал на подушках. При моём появлении все трое повернулись ко мне.

И надо бы подумать о душе, но все мысли вылетели из головы, как только на меня обратили все взор.

— А, вот и вы, — произнес лекарь, не отрывая взгляда от раны. — Как раз вовремя.

Я подошла ближе, стараясь не смотреть на Адриана. Слишком уж много времени я думала о нем.

— Как вы себя чувствуете? — спросила я.

— Лучше, — ответил он, усмехнувшись.

Одно слово, а моё сердце уже было готово вырваться из груди.

Гросс Фаррейт наконец закончил осмотр и выпрямился.

— А вы молодец, — произнёс он, глядя на меня с лёгким удивлением. — Даже удивительно, что без магического потенциала вы справились и оказали первую необходимую помощь.

Я кивнула, не споря. Сейчас было не время для дискуссий, но меня немного задел тон лекаря.

— Я училась, — стараясь держать себя в руках, проговорила я.

Фрайлет немало удивился.

— Учились? — переспросил гросс, приподняв брови. — В нашем мире без магии невозможно стать настоящим лекарем.

Я сжала руки в кулаки, стараясь сдержать раздражение.

Что в моём мире медицина существует без магии и людей лечат с помощью знаний и опыта, я промолчала, но уверена, что всё было и так написано на моём лице.

Адриан неожиданно вмешался в разговор:

— Гросс Фаррейт, не стоит недооценивать знания Элли. Она спасла мне жизнь.

Лекарь нахмурился, но ничего не сказал на сей счет.

— Господин, вам нужно поберечься. Не стоит тратить силы на споры.

Скрипнув зубами, я сдержала порыв и промолчала.

Фаррейт достал из сумки небольшой флакон с тёмной жидкостью.

— Это зелье ускорит заживление, — пояснил он, повернувшись к Анель. — Нужно принимать по чайной ложке три раза в день.

Адриан поморщился, но не возразил. Вид у него был уставшим, и было заметно, как сильно его выматывали эти разговоры.

Служанка кивнула, принимая флакон из рук лекаря.

— Что-то ещё? — спросила я, обращаясь к Фаррейту.

— Пока нет, — ответил он, собирая свои вещи. — Но я буду заходить каждый день, чтобы следить за состоянием лорда.

Анель поспешила проводить лекаря. Он ушёл, я осталась наедине с Адрианом. Его взгляд скользил по моему лицу, и мне стало не по себе.

— Элли… — начал он, но я перебила.

— Вам нужно отдохнуть.

— Ты должна мне подчиняться.

Я взбила подушки и расправила их, стараясь не касаться лорда лишний раз. Каждое прикосновение отзывалось в моём теле странным трепетом, который я отчаянно пыталась подавить.

— Отдыхайте, — сказала я, отступая к двери. — Я буду поблизости, если что-то будет нужно.

Уже собиралась уходить, но мужчина схватил меня за руку, и я вздрогнула от неожиданности.

— А если мне нужна ты?

Я замерла, не в силах пошевелиться. Мужские пальцы крепко сжимали моё запястье, но у меня не было сил вырваться.

— Отпустите, — прошептала я.

— Зачем? — Его голос стал низким, бархатным. — Разве ты не хочешь этого сама?

Я подняла глаза и встретилась с его пронзительным взглядом.

— Я не ваша собственность, — ответила, пытаясь выдернуть руку.

Ладонь Адриана скользнула по моему запястью, поднимаясь выше, к локтю. Он больше не был похож на обессиленного раненого, скорее на волка в овечьей шкуре.

— Ты моя, Элли, — прошептал он, заставляя меня склониться над ним и притягивая ближе, так что я почувствовала его дыхание на своей щеке. — И всегда будешь моей.

Губы почти касались моих, когда Адриан остановился, как будто бы давая мне последний шанс отстраниться и убежать. Но я была парализована его близостью, его запахом, его взглядом, в котором читалась такая страсть, что у меня перехватывало дыхание.

— Не надо, — прошептала я, но услышала, как мой голос дрожит.

Я не понимала, в чем дело, но сопротивляться не могла. Одно движение, и тут же оказалась крепко припечатана к обнаженной мужской груди.

Кто бы мог подумать, что раненый Адриан мог так быстро двигаться.

Твердые губы накрыли мои в поцелуе, таком нежном и требовательном одновременно. Они скользили по моей шее, оставляя горячие следы, а руки начали исследовать моё тело через одежду. Каждое его прикосновение вызывало во мне волну бешеного желания, которое я больше не могла подавлять.

— Элли… — прошептал он между поцелуями, словно пытаясь убедиться, что это действительно я.

Руки скользили по моей спине, опустились ниже, мягко сжимая ягодицы.

Я больше не могла держаться и притворяться ледышкой. Желание во мне было гораздо сильнее, чем хотелось бы.

Пальцы Адриана начали медленно расстёгивать пуговицы на моем платье, а я не могла заставить себя остановить его. Каждое прикосновение мужчины вызывало во мне новую волну желания, заставляя тело отвечать на его ласки.

Он опрокинул меня так, что я оказалась лежащей на кровати, а он нависал надо мной, не отрывая взгляда от моих губ. Поцелуи становились всё более глубокими, всё более требовательными, словно не мог насытиться.

— Ты моя, — прошептал он, скользя губами по моей шее, оставляя после себя огненные следы. — Только моя.

Он начал медленно снимать с меня одежду, целуя каждый открывающийся участок кожи. Его губы были везде: на шее, на груди, на животе, заставляя меня извиваться от удовольствия и желания.

— Адриан… — прошептала я его имя, не в силах больше сдерживаться.

Если он и горел, так это была не лихорадка. Жар передавался и мне.

Мужчина хищно улыбнулся, продолжая свои ласки и вызывая новые волны наслаждения. Весь мир замер, остались только его губы на моих, его руки на моём теле, его взгляд, полный нежности и страсти, что у меня кружилась голова.

Когда с меня слетела сорочка, как последняя преграда между нашими телами, я оказалась полностью обнаженной перед ним. Взгляд, полный восхищения и желания, он скользил по моему телу, заставляя меня чувствовать себя самой желанной на свете женщиной.

— Ты прекрасна, — прошептал он, склоняясь надо мной.

Его губы снова нашли мои. Я больше не могла сопротивляться.

Всё, что происходило после, было как во сне. Я помнила только нежность и ласку, перерастающую в бешеную страсть.

Пик. Вспышка. Фейерверк.

Я пожалею обо всем потом. Сейчас были только мы и то волшебство, которое нас окутало.