Глава 27

Алекс

Я почувствовал её, ещё когда она, осторожно ступая, шла по коридору, а сейчас я дико кайфую от того, что она робко наблюдает за мной.

Её аромат, её эмоции, её вздохи… я алчно пожираю их и не могу надышаться.

Плевать на тренировку.

Сердце рвано бьётся в груди. Вел довольно воет, чувствует Зверюга свою самку.

Она здесь.

Очнулась.

Восемь дней она лежала с высокой температурой и бредила. Она умирала и её смерть избавила бы меня от метки… от этой мучительной привязанности… от невозможной жажды обладания… Избавила бы, но я не смог сказать Наде «оставь её, пусть умрёт».

Я не смог.

Я знаю, это ещё одно решение… последнее решение, которое окончательно изменило мою жизнь.

Ещё три недели и я узнаю, есть ли у меня истинная… девушка, которая навсегда поселится в моём сердце. Та, кого я не смогу оттолкнуть и с чувствами которой мне придётся считаться.

Кари-и-и.

Неужели это она?

Прячется от меня, но я ощущаю, как ей нравится наблюдать за мной. Дико хочу её, но желаю растянуть эту приятную пытку… я живу предвкушением.

Возможно, когда-то эта девушка затмит собой все мои увлечения и станет единственной, кто мне будет нужен. В это сложно поверить сейчас, но я допускаю такой вариант, а ещё… ещё, если Кари действительно моя истинная, то она одним своим словом, отказом, протестом сможет разрушить меня, поставить на колени, заставить меня умолять… смотрю на неё и понимаю — она сможет… вот эта дерзкая румяная девочка вполне сможет это сделать…

Но я никогда не позволю ей узнать о власти, которую уже сейчас имеет надо мной.

Нет.

Пусть она сама будет в моей власти, в моих руках, в моей постели.

Мне дико нравится её провоцировать. Вызывать в ней кипящие волны возмущения и наблюдать… жадно пить их… смаковать её фонтанирующие эмоции…

— Я тебе нравлюсь, малыш, — выдыхаю в её нежное ушко и облизываюсь. Предвкушаю её эмоции… когда-нибудь они сведут меня с ума.

Смотрю на неё и улыбаюсь.

Ты ещё не знаешь, к кому попала, девочка.

Взрывная волна зарождается в ней, а я алчно облизываюсь. Я все её эмоции чувствую.

Какой это кайф!

Сначала её глаза испуганно расширяются, а потом в них вспыхивает огонь.

Вызов.

Она бросает мне вызов.

О, да!

Да, давай, детка… я так жду этого взрыва.

Такая сонная ещё, взъерошенная… безумно манящая. Так бы и съел её всю.

Кари-и-и.

— А ты вообще видел себя? У тебя сильное красивое тело, — она отходит на шаг и проводит в воздухе рукой, показывая на меня с ног до головы, — несгибаемая харизма и очень смазливое лицо. Конечно, ты мне нравишься, как и любой другой девчонке — ты же классический плохиш, — уверенно припечатывает, но выступивший румянец на щеках и отчаянно бьющееся сердце выдают её с головой.

Я ей действительно нравлюсь!

Довольно улыбаюсь. Жадно ловлю её эмоции и внутри меня палящая лава желания растекается… я болезненно погибаю и мучительно возрождаюсь, когда касаюсь её шёлковой кожи… я сгораю, когда смотрю на неё раскрасневшуюся… это невыносимо… но так приятно… немыслимо…

Разве мог я подумать, что вот так буду пылать от неукротимого желания, от дикой страсти к своей зверушке?

Никогда. Я никогда не предположил бы такого.

Такая тёплая, розовощёкая, я слышу, нет, чувствую, как быстро бьётся её храброе сердце.

— Хочешь потрогать его? — снова провоцирую. Задаю вопрос и взглядом указываю вниз, туда, где висит моя катана и стоит колом мой член.

Кари опускает взгляд вниз и щёки её начинают пылать, но когда она поднимает на меня свой острый гневный взгляд, я понимаю, что она не спасует.

— Хочу! — громко заявляет и протягивает мне руку.

Откидываю голову назад и смеюсь. Никто ещё не доставлял мне такого удовольствия просто своим нахождением рядом.

Чёрт, Кари прекрасна!

— Не сегодня, Кари-и-и, не сегодня, — ловлю её ладонь и целую.

Снова смущается, но глаза её горят гневом.

Впиваюсь в неё взглядом, жру её эмоции… хороша, очень хороша!

— Тогда я пойду, — зло отвечает и поворачивается, чтобы уйти, высоко задрав нос.

О, нет, недотрога моя драгоценная, я слишком долго ждал. Теперь не сбежишь.

— Давай позавтракаем вместе? — не отпускаю её ладонь и чувствую, как резко ускоряется её пульс.

Кари оборачивается. Пару мгновений молчит, а потом произносит то, что её действительно волнует.

— Алекс, — она пронзительно смотрит в мои глаза, — я хочу вернуться домой.