Глава 49

Алекс

Подхожу к стоящей у открытого окна Сильве и тоже закуриваю.

Молчим, но мои мысли разрываются от вопросов и я получу на них ответы. Злость на шайло кипит внутри, тьма постепенно заполняет душу. Я уверен, она что-то сделала с Кари. Дерзкая девочка стала слишком покладистой.

Мельком бросаю взгляд на Сильву. Она, как всегда, одета в очередной светлый балахон и дымит своей вонючей самокруткой.

Резкий травяной запах противно скребёт по гортани. Черти, как же я ненавижу это дерьмо.

Глубоко затягиваюсь. Горячий дым сигареты обжигает лёгкие и немного успокаивает разбушевавшиеся эмоции. Нельзя выдавать себя.

— Что ты сделала с ней? — ледяным тоном спрашиваю, а сердце в это время нервно тарабанит в груди — слишком долго я этот вопрос в себе сдерживал.

Не поворачиваюсь к шайло. Не хочу смотреть Сильве в глаза, слишком много они видят внутри меня, вытаскивают на свет моих чертей и обличают их, а мне это не нужно. Я давно вырос, чтобы меня кто-то мог отчитывать. Мне нужны лишь ответы, а не её проповеди.

Едва заметный ветерок касается кожи. Смотрю, как дым густым белым облаком исчезает за окном и сливается с вечерним туманом.

— Тебе не нравится результат? — она тоже не оборачивается, а лишь всматривается вдаль.

— Он меня настораживает, — ровным голосом отвечаю, но сдерживать себя становится всё сложнее. Я получу от неё этот чёртов ответ!

Последний раз глубоко затягиваюсь и выкидываю окурок.

Знаю, как это не нравится Сильве, ухмыляюсь, хочется сильнее её задеть, вывести, наконец, из себя. Но эта чёртова старуха не реагирует.

Она медленно стряхивает пепел со своей самокрутки и тушит её в хрустальной пепельнице.

Бля! Она не женщина, она просто скала!

Глубоко дышу через нос, грудь ходуном ходит. Как же она меня бесит!

Упираюсь кулаками в каменный подоконник и, наконец, не выдерживаю и поворачиваюсь к ней, сталкиваюсь взглядом с её белёсыми старушечьими глазами.

— Эльгюн умная шайло, — Сильва наклоняет голову на бок и разглядывает меня, — не удивлена, что она решала помочь внуку.

— О чём ты?

Неприятное волнение проходится тысячами острых игл по коже.

— Она воздействовала на Кари, сломала её защиту, сопротивление. Не знаю, до или после укуса она смогла всё это проделать, но Кари вскоре признала бы Орхана своим Альфой. Эльгюн очень сильна и многое знает и умеет.

Отворачиваюсь к окну, невидящим взглядом ощупываю расплывающиеся в тумане деревья и горы. Не замечаю, как царапаю острыми когтями каменный подоконник и зло сжимаю ладони в крепкие кулаки. Кипящий гнев моментально ошпаривает внутренности.

Твари! Увижу — растерзаю обоих! В клочья!

Глубоко вдыхаю и поворачиваюсь обратно к Сильве.

— Поэтому она так реагировала на меня? Рычала и отказывалась признавать меня своим Альфой?

— Да. Эльгюн ослабила действие твоей метки, — Сильва замолкает, а я уверен, что это ещё не всё.

— А ты, Сильва, что ещё ты сделала? Почему Кари вдруг стала такой покладистой? Скажи мне, она хотела остаться с Орханом? — ледяным тоном медленно произношу, впиваясь в неё уже звериными жёлтыми глазами. Знаю, чувствую, что-то страшное она сделала, то, что мне точно не понравится слышать, — Почему сейчас Кари такая ласковая?! Что. Ты. С ней. Сделала?!

— Тоже самое только наоборот, — под моим испытующим взглядом шайло спокойно отвечает и достаёт из кармана новую самокрутку, а я чувствую, как моё тело быстро тьма наполняет, — или ты предпочёл бы, чтобы она выбрала Орхана?

— Ты влезла в её голову и заставила Кари считать меня своим Альфой? — спокойно кивает и выпускает изо рта колечки белого дыма, а я едва удерживаю себя от желания схватить шайло за шею и разодрать её, — то есть она не выбирала меня?! Луна! Зачем ты сделала это?! Тебе же нужно было только вылечить её!

Оборачивается, впивается в меня жутким взглядом и ледяным голосом произносит:

— Чтобы ты не насиловал её и не причинял боли, как всем остальным своим зверушкам. Думаешь, я не в курсе твоих развлечений? — её хриплый голос тихим змеиным шипением вырывается из неё и холодная ярость сквозит в её страшном взгляде, — я всё о тебе знаю, Алекс! — тычит мне в грудь своим скрюченным пальцем, — Ты. Настоящее. Зло, Александр! Усмири своих чертей и не смей обижать её! Вот она! Уже с тобой! Не причиняй ей зла!

С ненавистью и лютой злостью смотрим друг на друга, испепеляем взглядами. Хочется расхерачить здесь всё к чертям и придушить шайло.

Значит, не выбирала меня и могла остаться с Орханом!

Внутри всё кипит и разъедает яд ревности, но я удерживаю в себе рвущийся на свободу мрак, задерживаю дыхание, успокаиваюсь.

Сильва не остановит меня, она не указ мне!

Эта мысль приятной патокой разливается по сознанию и расслабляет мышцы. Тьма отступает.

Смеряю старуху насмешливым взглядом и, опустив уголок губ, хмыкаю. Убираю ладони в карманы чёрных классических брюк, наклоняюсь к ведьме и тихо шепчу ей на ухо:

— Я не буду её насиловать, Сильва, если когда-нибудь она захочет уйти к Орхану, я просто сожру её сердце.