Глава 20

Николас Очередное утро, но на этот раз пропитанное счастьем и спокойствием. Ведь рядом находилась та, кто привносила этот самый мир в душу. Моя женщина. Моя любимая. Моя пара. Просто моя. Та, от вида которой в голове лютая война начиналась. Потому что с одной стороны мне безумно нравилось смотреть на неё спящую, а с другой – хотелось разбудить и повторить всё, чем мы занимались остаток прошлого вечера с перерывом на еду и болтовню о совместном будущем.Где-то на задворках сознания свербела мысль о том, что я обманщик и трус, не спешащий взять на себя ответственность за содеянное, но я привычно отмахнулся от этой мысли. Во-первых, не хотелось портить такое прекрасное утро. Во-вторых, сперва нужно выяснить правду о смерти Уго Оливейра. Всё же один раз с братом мы уже допустили ошибку, на ещё одну не имеем права. Я не имею.– И давно ты не спишь, mi pareja? – донеслось тихое от Аделии, которая так и не открыла глаза.Зато поймала мою ладонь, прижав к своей щеке, о которую потерлась с довольной улыбкой. Так и не отпустила, крепко сжимая своими пальчиками.И как и раньше невидимые тиски резко отпустили все внутренности, позволяя дышать полной грудью. Вот так просто, с одной её тёплой эмоции.– Не знаю, – прохрипел негромко, целуя в оголённое плечо. – Возможно, что до сих пор как раз сплю. Раз ты здесь, со мной и не спешишь сбегать, – поддел шутливо.– Тогда хорошо, что тебе хотя бы не такой уж и кошмар снится, – улыбнулась девушка, наконец открывая глаза, переворачиваясь, взглянув мне в глаза.– И не говори, – поддержал я её, продолжая бестолково улыбаться, склонился ниже, касаясь её губ лёгким поцелуем. – Очень хорошо, – прошептал, целуя снова и снова.И улыбаясь.Не получалось иначе.Не с ней.Этим утром она ощущалась как никогда родной.Или это у меня на фоне беспрерывного спермотоксикоза мозги плывут. И всё, что я могу, – продолжать целовать её. Это даже не похоть. Это в разы хуже. Настоящая зависимость от её присутствия в моей жизни. Уйдёт она, умру я. Всё просто. Именно поэтому не отпущу. И ей уйти не позволю. Даже если по итогу она меня возненавидит за это. Всё лучше, чем лишиться её.– Люблю тебя.Ответом стал тихий стон-всхлип. Тонкие пальчики сжались в моих волосах крепче. Девушка выгнулась в спине, вновь прикрывая глаза, наслаждаясь каждым моим прикосновением губ к её дрожащему телу.– И я тебя, mi pareja.Вот он мой предел, за которым не остаётся ничего разумного – сплошное безумие, полное жажды обладания. Едва ли я достаточно нежен, скорее груб, ничего не могу с собой поделать.Её кожа, как самый нежный шёлк, который я совсем не аккуратно цепляю грубыми пальцами. Зацеловываю всю. Каждую россыпь веснушек. Оставляю царапины от увеличенных клыков. И банально еду крышей от того, как легко она отзывается на каждое моё действие.Моя. Идеальная.Она стонет подо мной громче, выгибается отчётливей, но мне мало. Я хочу, чтобы она, как и я, пылала от жажды. Сходила с ума вместе со мной. Растворялась в этом хаосе.Может я и не пара её мечты, но я сделаю всё, чтобы она никогда не пожалела. Ни о чём. Любила меня. Не только в моменты слабости. Всегда. Ведь я уже её люблю навсегда. Поселилась в сердце, не извлечь.Моя. Единственная.Кто так откровенно раздвигает для меня свои шикарные ножки, пока я медленно погружаюсь в её горячую плоть. Едва держусь, чтобы не сорваться в жёсткий трах. Но сегодня я хочу не просто наслаждаться своей девочкой, а чтобы она наслаждалась нашей близостью.И она обязательно будет. Снова и снова подаваться мне навстречу. Прикрыв глаза, хватать приоткрытым ртом воздух, срываясь в продолжительные стоны.– Ник…Её шёпот разобьёт вдребезги мою выдержку, и я всё-таки потеряю контроль над собой. Да и кому он нужен? Уж точно не мне. И не ей, судя по тому, как она цепляется за мои плечи, крепче сжимая меня своими ножками. Буквально сама насаживается на член, неумолимо требуя больше. Глубже и сильнее. До тёмных точек в глазах от нехватки кислорода. Я не дышу больше им. Ею дышу. И нашими поцелуями с привкусом крови. И моментом, когда на волне инстинктов вонзаю клыки в мягкую кожу на стыке шеи и плеча, а она не отталкивает, принимает всё и полностью, порождая настоящую эйфорию в душе. Намного большую, чем в прошлый раз.– Te amo, mi pareja.– Te amo.Скатился с неё, но только лишь для того, чтобы уложить её на себя. Уложить и обнять, вновь прикрыть глаза, наслаждаясь ощущением безбрежного счастья и спокойствия.Хорошо…– Странно… – протянула задумчиво Аделия, отвлекая. – Ничего особо не поменялось… – сама обняла меня крепче.Хмыкнул. Глаз так и не открыл.– Да для тебя и в первый раз не особо что-то поменялось, бесчувственная ты моя, – не удержался от шпильки.Девушка закономерно напряглась. И дёрнулась прочь. Вернее, уселась. Прямо на мне.– В какой ещё первый раз? – потребовала, на эмоциях впиваясь пальчиками мне в грудь, оставляя росчерки от ногтей.– Точно. Поцелуй был третий по счёту. Слегка ошибся.Пальчики на моей груди оставили новые росчерки.– Это который из них? – в явном недовольстве протянула моя пара. – Когда и где?– Девичья память? – съехидничал, отсекая от себя плохие ассоциации. – Первый поцелуй был на капоте. Второй в спальне, после твоего пробуждения. Ну а третий… сама вспомнишь, думаю, – ухмыльнулся шире.Ноготки впились глубже. На мгновение. Послышался шумный выдох. Какое-то время девушка молчала. Видимо обдумывала мои слова. Или же вспоминала. А по итогу:– Так вот почему ты такой самодовольный, – фыркнула Аделия. – Не только потому, что у тебя скверный характер и тебе нравится меня выбешивать.На смену шаловливым пальчикам пришли губы. Оставила дорожку из нежных поцелуев ровно там, где прежде пустила мне кровь. Но и то длилось тоже ненадолго. Вновь улеглась на меня, крепко обнимая. Вся такая хрупкая по сравнению со мной, порождая во мне очередную волну умиления в свою сторону.– И вовсе у меня не скверный характер. По сравнению с братом я вообще милашка, между прочим, – пробурчал деланно недовольно, с шумом втягивая в себя её терпкий аромат, смешанный с моим.Всё те же шаловливые пальчики, коснувшиеся моего плеча, тут же двинулась дальше, вдоль горла, очертили подбородок и замерли на моих губах.– По сравнению с тем же моим братом ты тиран и деспот, но я же не сравниваю, – заметила ехидно.Вот тут я смешок сдержал. И переубеждать не стал.Всё-таки несмотря на то, где выросла, Аделия была слишком наивна и доверчива. Или правильнее сказать, несмотря ни на что, видела в других больше положительного, чем отрицательного. Ведь доверилась одному из Беловых без всякой задней мысли.Неприятное чувство, что моя пара доверяет другим больше, чем мне, в очередной раз отсёк от себя. Ни к чему накалять. Да и если кому выговаривать, так точно не ей. Вот и поднялся с постели, решив, что хватит бока отлёживать, надо бы заняться делами, наконец. Охрана внешних границ сама себя не проверит и поджопников себе не выдаст. Скорее опять в карты проиграют всю смену, а у меня для них скопилось немало заданий.– В таком случае, твой тиран и деспот приказывает тебе вставать и идти умываться, а потом спускаться на завтрак в сад.И сам же отнёс девушку в душ, а оттуда в гардероб. Все её вчерашние покупки доставили тогда же, так что с переодеванием проблем не возникло, хотя Аделия и одарила меня парочкой косых взглядов, как только обнаружила этот факт. Смолчала.Что сказать…– Свою гордость оставь другим. Со мной не прокатит.Вообще больше был занят тем, что смотрел на то, как она в дополнение к обтягивающей футболочке надевает на свои бёдра ультра-коротенькую юбочку. Так бы и…Но тогда мы сегодня точно отсюда никуда не уйдём!Вот и отвернулся. От греха подальше.– Своё непомерное эго, разбавленное стремлением всё контролировать, тоже куда-нибудь тогда засунь, – огрызнулась Аделия на мои слова.Улыбнулся. Несколько похабно, но да ладно. Всё равно не видела.– Убедила, – развернулся обратно к ней. – Но только позже, ладно?И прежде чем она ответила, поднял на руки, а затем и вовсе через плечо перекинул, не забыв одарить ладонью по нижним девяносто.– Оливейра, млин! – рыкнула возмущённо огненная волчица.И не только это, разумеется, сказала. Много чего ещё добавила. Так, насвистывая под девичью ругань, я и направился вниз, на террасу.Честно говоря, ждал сборища всего семейства с остальными гостями, но на террасе кроме Рафа и немного бледной Ангелины никого не обнаружилось.– Неужто все уже разъехались? – уточнил, ставя свою пару обратно на ноги.– Не все, но большинство, – отозвался Рафаэль для меня. – Доброе утро, – добавил для моей пары.– Доброе, – поздоровалась и она.И с Рафом. И с Ангелиной. Последняя в ответ лишь вяло улыбнулась, махнув рукой. Понятно, кое-кого утро радует не вкусной едой и поцелуями, а очередным витком токсикоза.– Тебе нездоровится? – тут же заметила её состояние Аделия, нахмурившись.– Да нет, скоро отпустит. Так всегда по утрам, – успокоила её серая волчица. – Токсикоз, – добавила в пояснение.Я сочувствующе улыбнулся новоиспечённой родственнице, попутно отодвигая стул для своей вредины. Та на это сдержанно улыбнулась, прежде чем сесть. Устроился рядом с ней на соседнем стуле, придвинув её к себе боком так, чтобы она оказалась сидящей аккурат между моих ног, а я мог её обнимать дальше. Благо прямая спинка стула и отсутствующие подлокотники позволяли легко это осуществить. Но по итогу, чуть подумав, перетащил девчонку к себе на колени, отодвинув ненужную мебель в сторону.Да, так определённо лучше.Спокойнее.И ручки есть чем занять.Если моя пара и собиралась возразить на такое моё самоуправство, то в итоге лишь одарила многообещающим взглядом с лёгким прищуром.Говорю же, вредина!За что и ущипнул её. За клитор.Она вздрогнула. Свела колени. И локтем в бок мне заехала.– Оливейра, млин… – прошипела тихо, вцепившись в мою ладонь между её ног.– М-мм? – уточнил, уткнувшись губами в плечо, целуя оставленную ранее метку.Моя пара вздрогнула повторно и закусила нижнюю губу, придвинувшись ко мне вплотную. Тут же отстранился и сделал вид, что ничего такого не делал.С другой стороны стола, напротив, раздался тихий смешок.– Простите, – тут же повинилась Ангелина, когда я посмотрел на неё с вопросом. – Просто вы такие милые, – не менее мило улыбнулась сама.– Это у нас просто сегодня настроение сложилось, – пояснил с самым честным видом. – Кое-кто с правильной ноги встала.Аделия тоже улыбнулась.– Это ты сейчас про себя, mi pareja? – поинтересовалась нежным голосом. – Ведь правда же? – добавила всё с той же интонацией, заведя руку назад.Сжимая мой член.З-зараза…Так и не отпустила. Зато принялась ласково проглаживать.– А есть какие-то сомнения? – выдохнул хрипло, пробираясь пальцами под тонкую ткань трусиков, зеркаля её действия.На этот раз никаких возражений на мои действия не последовало. Колени – и те, раздвинулись шире, в явном в приглашении.– Разве я могу в тебе сомневаться? – с явным сарказмом, но едва ли громко отозвалась она, потеревшись об меня своей шикарной задницей.– Запомни и не забывай, – поддержал я её, глубже проникая пальцами в уже вновь влажную плоть.Прикрыл глаза, окончательно позабыв обо всём, кроме того, как же хороша моя огненная волчица.– Кхм… – подавился и закашлялся Рафаэль.Так и не откашлялся, когда резко поднялся на ноги. И пару свою вместе с собой прихватил.– Мне пора, – заявил вместо прощания. – Приятного… может быть даже аппетита, – проворчал напоследок.И только тогда до меня дошло, где и что я натворил. Нервно рассмеялся. Нет, не в Рафаэле дело. В Ангелине, которая была смущена до красных щёк.– Твоя вина, – хмыкнул, уткнувшись лбом в затылок Аделии, тяжело дыша. – С ума сводишь, – добавил тише.– Угу, – едва ли в самом деле сообразила о чём я говорю, до побеления пальцев вцепившись в край стола.– С завтрашнего утра завтракаем только вдвоём.И это последнее, что я сказал, прежде чем скинуть всё со стола, уложив вместо еды на него свою пару. Животом вниз. Обременять нас обоих прелюдиями тоже не стал. Задрал коротенький подол на талию и вторгся в податливое тело сразу на всю длину, сорвавшись в быстрый темп. Ничего во мне не осталось, кроме желания чувствовать её как можно дольше. Как мягкие стенки сжимают мой член всё крепче. Вытягивая из меня не только сперму, но и всю мою суть. Нет во мне ничего больше. Только она – Аделия Вега – моя пара, моя женщина, моя душа. Всё заменила собой. Затмила весь мир. Как та же Луна – Солнце.– Если мы в принципе всегда будем только вдвоём, я тоже не против, очень даже «за»… – рвано и шумно выдохнула Аделия, едва ли в достаточной мере придя в себя намного позже.– Тогда сегодня же переезжаем в городскую квартиру, – постановил с шумным выдохом, ласково оглаживая упругие ягодицы.Заодно кое-чья педантичная натура спокойно будет высыпаться и дальше.– Без разницы где, если ты рядом, – улыбнулась лениво девушка, сжимая собой мой член.Рыкнул на такое самоуправство, шлёпнув ладонью по девичьему бедру в предупреждении.– Мы не одни, если забыла, – укорил, отстраняясь.Хотя больше всего на свете хотелось продолжить. Да ещё после такого признания. Покруче банального “люблю тебя”. Но на границе слуха уже слышались чьи-то шаги.Вечно все не вовремя просыпаются…– Переезжаем прямо сейчас? – совершенно не смутилась Аделия. – И ты первый начал, – нагло усмехнулась, поправляя свою задранную юбку.– Кто ж спорит, – усмехнулся ответно, не менее нагло и тоже принялся поправлять одежду. – Иди собирайся тогда, потом покажу тебе своё тайное логово. А я пока позову Габи, пусть её помощницы уберут здесь всё, – виновато вздохнул за устроенный бардак.Не то, чтоб мне прям стыдно было, но обычно я старался не сорить дома. Делал это в другом месте.Судя по тому, как девушка приоткрыла рот, явно собралась мне что-то сказать на это. Но не стала. Чуть склонила голову, как и я недавно, расслышав чужие шаги. Так и ушла молча. И до того шустро, будто банально сбежала.Очень интересно…Особенно в свете того, что вместо неё на террасу заявился тот, кто вчера весь день не отходил от неё ни на шаг.Родственничек, мать его.В гробу я, правда, видел таких родственников. Которые лезут не в своё дело. И желают мою пару.Так бы и переломал ему хребет.Раздробил к херам собачьим.Жаль, это выльется в проблемы похуже, чем с баронами.В общем, лучше просто уйти.Не вышло.Белый волк перегородил выход собой.Так и нарывается…Выгнул брови вопросительно в ожидании продолжения.Белов…Промолчал.Только нахмурился и губы поджал.– Ты если помолчать пришёл, то без меня давай, – шагнул вперед, толкнув его плечом, чтобы сдвинулся наконец в сторону.Тот и сдвинулся. Правда всё равно не отступил.– Она близка к разгадке. Я лишь решил проконтролировать, чтобы она не узнала раньше времени правду. Думаю, правильнее будет, если ей обо всём расскажешь ты, а не посторонние. Как ты и сам хочешь.Думает он…Будто кто-то просил.– Без тебя разберёмся, – только и сказал.Обошёл и ушёл.Но в одном этот урод прав – нужно рассказать.И я обязательно так и сделаю.Потом.Или нет.– Что ты знаешь о пожаре в том районе, в котором я вчера была? Там вообще всё сгорело. Очень… масштабно, – прилетело мне, стоило только войти в спальню.Аделия, похоже, за время моего отсутствия, так и не начала сборы. По крайней мере, едва ли пара вещей из гардеробной оказалась вытащена. Сама девушка стояла у распахнутого окна, глядя на сад.Мысленно выругался.Почему именно сейчас?Но врать не стал.– Всё.Вот так просто и лаконично, без всяческих хождений вокруг да около.Приблизился к ней, встав рядом.– Я знаю всё, что там произошло.Впрочем, этого я не скрывал с самого начала. Что знаю больше, чем она думает. Просто до этого момента Аделия об этом не задумывалась в полной мере, предпочтя воспринять мои слова, как нечто несущественное. Ну и я сам отвлекал её от этого, как мог. Что сказать, образ безмозглого раздолбая мне всегда удавался лучше всего. А иногда я и сам начинал в него верить. Пока проблемы очередной гроздью не падали на голову, возвращая в реальность. Вот и Аделия им прониклась. И так бы оставалось дальше, если бы не вмешательство белого волка. Весь план загубил, урод!– Мой отец был там. Я точно знаю. Перед пожаром. Я не имею ни малейшего понятия, зачем и почему, что именно он там забыл. Это я ещё не поняла. Видимо, на вашей территории тогда происходило что-то важное. Не только для Сальваторе Вега. Для всех баронов. Они были в том бойцовском клубе все вместе. И это что-то – очень веское, потому что отец не любит такие длительные путешествия… собираться баронам Карибского побережья в одном месте – для него вообще последнее дело, – проговорила она задумчиво, скорее как рассуждение вслух, нежели действительно поделилась, замолчала, продолжая смотреть в окно, хотя пауза длилась недолго. – А пожар этот… ты знаешь, кто его устроил, правильно?Развернулась ко мне.Но на этот раз я на неё отказывался смотреть.– Они собрались по поводу смерти Уго Оливейра. После дяди убить пытались и нас с Рафом. Не вышло. Мы правда так и не выяснили точно, кто именно из них покушался. Возможно, это их общая договорённость. Не уверен, – помолчал и добавил: – Пожар случился из-за похищения Ангелины. Рафаэль несколько взбесился, когда я сообщил ему о её пропаже.Тоже не соврал. Умолчал о том, что, узнав такую весть, брат вырвал сердце Сальваторе Вега, который находился в тот момент рядом и просто попал под горячую руку.– То есть не бароны устроили пожар? – уточнила, словно не поверила услышанному.– Не они, – кивнул, заведя руки за спину, перекрестил и сжал в кулаки. – Мы с братом. Он начал, я довёл до конца. В назидание всем тем, кто в будущем решит снова напасть на огненный клан и в частности на нас с братом. Чтобы наглядно видели, что их ждёт.Пауза. Недолгая. Но и вместе с тем длиною в вечность. Спустя которую девичья ладонь взметнулась выше, обхватила моё лицо. И повернула так, что не смотреть на неё уже не получалось.– Вы устроили пожар, – повторила за мной, а во взгляде всё то же неверие. – Это я поняла, – кивнула своим же словам. – Не поняла только, почему бароны не вернулись. Они… тоже сгорели? Там же. Все, – закончила совсем тихо, глядя на меня с ожиданием.И ох, как мне захотелось ей соврать. Но я не стал.– Все, – повторил за ней. – Я не позволил уйти ни одному из них.Неверие в фиалковом взоре никуда не делось, лишь стало ярче. Вместе с проступившими слезами, отравившими моё сердце хуже самого болезненного яда.– Ты? – мотнула головой в отрицании. – Их. Всех. Сжёг? Ты… – снова качнула головой несколько раз.Отшатнулась.– Нет. Ты же не серьёзно? – уставилась на меня с откровенной мольбой. – Ты же не можешь сказать мне, что ты и правда убил Сальваторе Вега? Ты. Тот, кто… – опять замотала головой в отрицании. – Нет. Не может этого быть. Иначе ты ведь не мог… так… со мной…Я смолчал.Да и что тут скажешь?Что я не знал в тот момент, что причиняю боль собственной паре?Или что не думал о том, что вообще причиняю кому-то боль, считая содеянное справедливым?В конце концов, даже если бы жалел, именно это деяние привело меня к ней, а значит оно того стоило.Вот и оправдываться никак не стал.Просто смотрел на неё и ждал, когда заполонившее её отчаяние выйдет наружу. Правда вместо этого пополам согнуло меня самого. Вместе с пришедшей по нашей связи болью от безысходности. Резануло тупым ножом по грудине, вынуждая пасть перед ней на колени.– Лия…И опять – сплошное отрицание.– Ты, – в который раз повторила Аделия, отступая ещё на шаг назад. – Сказал, что любишь меня, – и ещё на шаг дальше. – Сказал, что я – твоя, – и ещё один шаг, увеличивающий расстояние между нами. – Сказал, что… – не договорила, вновь качнув головой в отрицании. – И не сказал самое главное. Ты. Как ты… Знал ведь с самого начала? Ты… – остановилась.Врезалась спиной в стену. В тот же момент, когда первая слеза скатилась по её щеке. За ней ещё одна и ещё… Тут же оказался с ней рядом, закрываясь от её эмоций, что взрывались и разлетались, подобно извержению вулкана. Обхватил обеими ладонями заплаканное личико, вынуждая смотреть на меня.– Я не буду оправдываться и говорить, что мне жаль, что я убил твоего отца. К тому же, это помогло мне встретиться с тобой. А значит, оно того стоило. Единственное, чего мне жаль – что я тем самым причинил боль тебе. Я не могу ничего исправить, но могу пообещать, что тебе больше никогда не будет из-за меня больно.Её губы искривились в злорадной усмешке.– Не обещай. Не надо. Я ухожу.– Нет, – сорвалось с губ раньше, чем вообще осознал её заявление. – Ты не уйдёшь. Я тебя не отпущу. Никогда.И снова она усмехнулась. Перехватив мои запястья, впиваясь в них до крови. Всего на миг. Усмешка на её лице исчезла. Мои руки, пусть и не сразу, но отпустила. И лишь за тем, чтобы тоже обхватить моё лицо, чуть приподнимаясь, почти касаясь моих губ своими губами.– И как же ты меня удержишь, mi pareja? – прошептала совсем тихо.– Просто не отпущу. Никуда. Даже если будешь ненавидеть всю оставшуюся жизнь. Плевать. Ты моя. И я ни за что от тебя не откажусь.– Даже если я буду ненавидеть тебя до конца всех наших дней? – то ли повторила, то ли переспросила, надеясь на то, что в другой раз ответ будет иным. – А у меня, получается, нет никакого выбора. Я же твоя. Да?Ладони на моём лице сместились ниже, к шее, а большие пальцы погладили. Как смотрела на меня переполненными слезами глазами, так и не перестала.– Нет, Веснушка, – уткнулся лбом в её. – Это я. Я – твой. Зависим от тебя. Никогда не оставлю. Буду идти за тобой шаг в шаг, пока могу, – прикрыл глаза на мгновение, после чего приподнял её лицо и впился в манящие губы долгим поцелуем. – Не смогу без тебя, – прошептал едва слышно. – Лучше просто убей.Аделия на это улыбнулась с грустью. Ничего не сказала. И сама потянулась к моим губам, крепко обнимая за плечи, прильнув всем телом. Не просто целовала. Душу из меня вытягивала. И я позволял. Что угодно, лишь бы она не уходила. Не бросала меня одного. Нахрен мне не нужна такая жизнь. Без неё.Она и не ушла. Не бросила. Даже когда от внезапной боли в боку меня вмиг парализовало. Опустилась вместе со мной на пол, помогая устроиться удобнее, пока я смотрел на неё с нескрываемым сожалением, не в силах произнести ни одного слова. Да и не нужны они. Парная связь куда громче любых слов. С обеих сторон.Прости меня, mi pareja…– Прощай, mi pareja…