Глава 9. Майя

Стою, как вкопанная, перед своим палачом. Я надеялась, что когда проснусь – сбегу. Но мало того, что он запер дверь на замок, так ещё и в комнате я не нашла ничего, что помогло бы мне выбраться из неё.

А сейчас вижу мужчину и хочется биться в истерике. Как вольная птица, которую посадили в клетку, лишив свободы.

– Даже не смей подходить ко мне, – цежу озлобленно сквозь зубы. Прижимаю к груди подушку. Первое, что попалось мне под руку, стоило услышать его тяжёлые шаги.

– И что ты мне сделаешь? – делает шаг вперёд.

Сглатываю, потому что не знаю, что ответить. Все мои угрозы сейчас бессмысленны и не имеют никакого толку.

Но я всё же говорю чушь, лишь бы оттянуть неизбежное. Зачем-то же он пришёл?

– Я... – и как бы ни хотела сказать это уверенно, выходит жалко.

Потому что мужчина оказывается рядом. Нависает огромной скалой. Поднимаю голову и выставляю руки вперёд. Подушка падает на ноги, а я пытаюсь защититься.

Он прав.

Я ничего ему не сделаю.

– Что? – на равнодушном до этого лице появляется кровожадная ухмылка. Ладони, от которых жжёт кожа, обхватывают плечи. Мужчина дёргает меня на себя, впечатывая в своё тело.

Давлюсь воздухом, упираюсь маленькими ладошками в его обнажённую грудь. Я не хочу трогать его. Но приходится.

Его взгляд скользит вниз, как раз на мои руки.

– Не терпится? – его горящие глаза говорят только о бедах. – Мне тоже.

– Но ведь вчера... – заикаюсь, понимая, что моя участь неизбежна. Рано или поздно этот изверг трахнет меня. И боюсь терять сознание я так часто не смогу. – Уже...

Внезапно похититель делает шаг назад, тянет на себя. Не выпускает из своих оков, перенося меня с одного места на другое. Просто так. Даже не вспотев.

– Не люблю грязных баб. Пошли, – не понимаю, о чём он. И только когда он без труда заносит меня в ванную комнату, осознание накрывает с головой.

– Что вы делаете? – меня снова начинает чуть потряхивать.

– Раздевайся, – мужчина отпускает и толкает в сторону ванной. Комната маленькая настолько, что здесь нет места, чтобы развернуться. Утыкаюсь попой в холодную сталь и пугливо смотрю на человека, напоминающего титана.

Обнажённый, с рельефными мышцами. Накаченный настолько, что сломает меня одними руками.

– Ну, залезай! – рявкает так, что подскакиваю на месте.

И под его жгучим взглядом чёрных глаз хватаюсь за водолазку. Мне страшно настолько, что не могу сопротивляться. И снимаю.

– Штаны, – кивает на мои джинсы, и я всхлипываю. Я впервые плачу так много за всю свою жизнь. Слабая. Никчёмная.

Стоит только расстегнуть пуговку, как джинсы падают на пол. Остаюсь в одном белом белье и опускаю взгляд в пол, прикрываясь руками.

– Хм, – раздаётся со стороны. Мужчина осматривает с ног до головы. А мне хочется провалиться сквозь землю. Упасть на этаж ниже. И лучше разбиться. – Так сиськи даже больше. Снимай всё и залезай в ванну.

И хоть понимаю, что лучше не сопротивляться, сделать, как он просит, но не могу. Рано! Не готова я!

– Значит, будешь так, – горячие ладони на талии. Одно движение. И уже чувствую всем телом холодные стенки металлической клетки.

Холодная вода обрушивается почти сразу. Зажмуриваюсь, вскрикиваю и пячусь назад.

Тело знобит ещё больше. Соски встают, а зубы клацают друг о дружку.

А ненормальный продолжает обливать меня холодной водой. Пока из душа не разлетается тёплая жидкость.

– Мойся, – звучит как самый настоящий приказ. – Иначе мне придётся тебе помочь.

Он кидает мне ручку от душа. Даже не подаёт. Просто кидает мне на ноги. Отходит на шаг назад и скрещивает на груди руки, смотря на меня сверху вниз. Присаживается на мебель.

От его взгляда пальцы на ногах и руках сводит. Из-за чего не сразу, под его тяжёлым вниманием, поливаю себя водой.

Смотрю на него из-под мокрых ресниц. Не от воды. А от слёз. Только и могу их проливать. Беспомощная, жалкая.

Внезапно раздаётся звонок в дверь. Действует на мой мозг, как спасительный воздух для лёгких.

Мужчина дёргается.

Вскакивает с тумбы, на которой сидел все это время и скользит по мне взглядом.

Уходи! Прошу, уйди!

Открой дверь человеку, кем бы он ни был! Я закричу! Тогда, может, меня услышат. Поймут, что здесь кого-то держат!

И похититель разворачивается, уходит из ванной. Смотрю в его обнажённую и удаляющуюся спину. Почти следом вскакиваю на дрожащие ноги и обматываюсь полотенцем. Ткань неприятно липнет к телу.

С трудом выбегаю в комнату и дёргаю за ручку двери. Заперта. Снова.

Держат здесь как зверушку!

Прислушиваюсь, но всё, что слышу – обрывистый диалог:

– Артур, – там мужчина. И судя по тому, что к моему похитителю обращаются по имени… Он его друг или знакомый.

И если закричу… Ничего не изменится. Только больше спровоцирую этого психа.

Артура. Имя… Ему подходит. Такое же странное: ударение на первый слог. Впервые слышу именно в этой форме.

– Там проблема. Райский на наших напал.

Всё равно, что они говорят. Слышу плохо из-за приближающейся очередной паники.

Решаюсь и бью кулаком по двери. Нет, тарабаню. И надрывая слабый голос, кричу:

– Есть кто?!

Продолжаю бить по дереву ладонями, лишь бы кто-то услышал.

Раздаётся топот тяжёлых ног. Отдаляющиеся голоса и мат.

Страх пронизывает всё тело. Округляю глаза от ужаса, понимая, какая я дура!

Думаю, что он идёт по мою душу. Избить, покалечить.

Но всё тихо, спокойно.

Сползаю вниз по двери, падая на пол. Поджимаю колени и зарываюсь в них лицом, снова рыдая. В груди всё жжёт и полыхает. Горит так, что, кажется, сгорю следом.

Невозможно, чтобы я попала в такое пекло.

Из которого выберусь только... Не знаю.

Но поможет мне только подчинение.

И эта мысль заставляет зарыдать сильнее. Заколотить ладонями по полу и прокусить губу.

И только через десять минут истерики, опустошённая, встаю с холодного пола.

Продрогла до такой степени, что пальцы на руках посинели. И даже сухое полотенце, пропитавшееся влагой, никак не спасает.

Неосознанно, с надеждой, снова дёргаю за ручку двери.

И округляю глаза, стоит понять, что она открыта…