Глава 10

Затормозив в неположенном месте, Сафронов отстегнул мой ремень безопасности и притянул к себе.

— Будем прощаться, зайка, — прозвучало зловеще. Оскалился, между прочим, он тоже весьма кровожадно. Я себя, действительно, почувствовала зайцем, который спрятался под кустом и за которым охотится страшный серый волк. Все, как обещал позавчера Сафронов.

— Нет, — произнесла на автомате, еще и руку выставила, когда Денис потянулся, чтобы поцеловать.

— Я не понял, Ай, что это за капризы? — хмыкнул он.

— Ты итак вволю поиздевался по дороге до города, — припомнила. А Сафронов, действительно, позволил себе слишком многое. Его рука постоянно гуляла в районе моих бедер, беззастенчиво пользуясь отсутствием трусиков. Я смущалась, но позволяла. Даже в какой-то момент решилась повторить действия мужчины. Не разрешил, заявив, что иначе вместо торгового центра мы попадем в кювет, а, может, и в больницу. С этим трудно было не согласиться. В общем, становилось очевидным: вечером мы с невинностью попрощаемся окончательно. Я даже не могла сказать, что у меня были хоть какие-то сомнение или сожаления по этому поводу. Со мной происходило нечто странное. Я менялась. Менялась стремительно и не могла пока сказать, нравились ли мне подобные перемены.

— Ладно, — сдался он. — Помнишь, что обещала мне?

— От охранника не сбегать, — не стала напоминать, что сбегать мне пока некуда.

— Иди, пока я не передумал. Тебя уже ждут, — посмотрела в окно. Рядом с машиной уже стоял знакомый водитель. Быстро он успел припарковаться. — И да, Ай, начни с магазина нижнего белья. Чтобы так не смела расхаживать по торговому центру. Поняла меня?

— До свидания, Денис Семенович, — издеваясь, попрощалась и, придерживая подол короткого платьишка, выпорхнула из машины. Собиралась не только купить себе трусики, туфельки и какое-нибудь новое платьице. Я больше не планировала экономить и отказывать себе в чем-то. Денис явно дал понять, что у него нет никаких финансовых затруднений, а меня он хочет видеть в качестве своей девушки. Ничего зазорного в трате денег своего мужчины я тоже не находила. Естественно, никакого феерического загула по магазинам также устраивать не собиралась, но вот приобрести необходимый минимум приличных вещей однозначно.

Мне не очень нравилась мысль надевать на себя нижнее белье без стирки. Неизвестно кто и как его примерял до меня. Но я нашла абсолютно простые хлопковые трусики в запечатанных коробочках, как-то сразу почувствовав себя увереннее. А избавившись от вульгарной тряпки, принадлежащей названной сестре Сафронова, вздохнула с облегчением.

Я побывала уже в нескольких магазинах, когда мне в голову взбрела сумасшедшая идея. Хотела сначала попросить телефон у охранника, а потом подумала, что от лишних потраченных двадцати тысяч Сафронов не обеднеет.

— Геннадий, — поинтересовалась у мужчины, — а у вас паспорт с собой?

— Конечно. А что вы хотите, Агния Николаевна? — а Агнии Николаевне вздумалось обзавестись новым мобильным телефон и сим-картой к нему в придачу. В этом не было особой необходимости, тем более зарядное устройство для своего смартфона я уже приобрела. Но немного подразнить Сафронова показалось слишком заманчивой идеей.

Гена безропотно выполнил пожелание девушки своего шефа, а я, получив новый мобильный телефон, закрылась в примерочной магазина с шикарным нижним бельем.

Отправив мужчине несколько весьма провокационных фотографий, замерла в ожидании. Прошло минут пятнадцать, а реакции никакой не последовало. Видела, что Сафронов сообщения просмотрел. Стало обидно. Понимала, что он занят делами, но мог бы хоть как-то прореагировать. Я бы даже улыбающемуся смайлику обрадовалась.

Расплатившись, отправилась в следующий магазин. Я уже приобрела достаточно вещей, чтобы ни в чем не нуждаться в ближайшую неделю. В данный момент находилась в магазине косметики, выбирала подходящую туалетную воду. Не то, чтобы в этом была такая уж необходимость, просто захотелось побаловать себя. В особняке Самойленко у меня осталась настоящая коллекция изысканных и повседневных ароматов.

Геннадия было искренне жаль. Он стоял такой весь потерянный в окружении баночек и флакончиков, сжимая в руках корзинку, куда я уже успела побросать необходимый минимум декоративной косметики и кремов.

Зазвонил мобильный телефон охранника. Одну из композиций Rammstein тяжело было не узнать.

— Агния Николаевна, — обратился ко мне Геннадий, — я отойду поговорить. Пожалуйста, не уходите никуда.

— Хорошо, — даже не повернулась, потянувшись за новым ароматом.

Никак не могла определиться с выбором. Закрыв глаза, вслушивалась в два особенно понравившихся аромата. Вздрогнула, когда сильные руки легли на талию.

— Денис, — мне необязательно было открывать глаза, чтобы узнать мужчину. Узнать не только по проявленной наглости, но и по запаху. Пахло от мужчины всегда очень приятно, чем-то мускусным с некой кислинкой.

— Ай, хорошая моя.

Развернувшись, чуть ли не в нос сунула ему два тестера:

— Какой тебе больше нравится? — к моему удивлению, Сафронов лишь отмахнулся.

— Забирай все, что понравилось, — произнес он. Голос был каким-то неживым, что не могло не насторожить. — Гена оплатит.

— Что-то случилось?

— Ты купила все, что хотела? — мой вопрос явно проигнорировали.

— Да, — я бы еще пару часиков просто погуляла по магазинам, но, судя по всему, предлагать подобное Сафронову было не лучшей идеей.

— Тогда идем, нам надо поговорить.

— Что случилось, Денис? — в очередной раз спросила, когда мужчина потащил меня на подземную парковку.

— Ты голодна?

— Нет.

— Денис, что происходит? — предприняла еще одну попытку прояснить ситуацию.

— Вернемся домой, поговорим. Пока расскажи, что интересного ты купила, — начала перечислять, но Сафронов явно меня не слушал. Я замолчала, а он даже внимания не обратил.

К моему изумлению, «домом» оказался не загородный коттедж, который по заверениям самого Сафронова именно домом он считал, а городская квартира.

— Ай, — усаживая меня в удобное кресло, начал он, — мне звонили из больницы.

— Что-то с Виктором Степановичем? — насторожилась.

— Да, Ай. Его сын организовал перевод Виктора Степановича в другую больницу, — облегченно выдохнула. Ничего ведь страшного?.. Нет, теперь бы я предпочла, чтобы опекуна лечили в клинике Сафронова, но ведь ничего страшно, да? — Лермонтов перевод не одобрил, но помешать не смог. У меня плохие новости, Ай, — Денис явно замялся.

— Говори уже, — не выдержала и рявкнула. — Ему стало хуже, да?

— Ай, он умер.

— ЧТО?! — не поверила услышанному. Отказывалась верить.

— Виктор Степанович скончался два часа назад.

— НЕТ!!! — он что-то продолжал говорить, объяснять… Я не воспринимала. Абсолютно. Для меня все слова превратились в какой-то посторонний шум. Слезы непроизвольно полились градом, а я, кажется, закричала.

Пришла в себя на коленях у мужчины, который укачивал меня, словно, маленького ребенка. Периодически поглаживал по волосам.

— Ай, мне так жаль! Бесконечно жаль!

— Ты не понимаешь! Не понимаешь! Он заменил мне отца! Ближе и роднее у меня никого не было! А теперь, вообще, никого не осталось! НИКОГО!

— У тебя есть я, родная! — в который раз пытался утешить меня мужчина.

Я отказывалась верить в случившееся. Я не хотела выслушивать сочувствия и заверения. Мне было очень плохо.

Выплывала из какого-то мутного забытья, не сразу осознав, что истерика каким-то образом трансформировалась в тревожный сон. Я лежала на кровати, прижимаясь к Сафронову.

— Денис, — потянулась к мужчине, желая услышать то, что мне все это причудилось. Но Сафронову удалось меня неприятно удивить.

— Ай, девочка моя, — с каким-то сожалением произнес он, — я должен уехать.

— Что?!

Нет, правда, я снова не желала верить в услышанное. Недавно он с такой убежденностью заявлял, что будет рядом, не смотря ни на что. Всегда поддержит… И вот куда-то собрался, когда мне было так плохо и он так нужен.

— Я бы никогда не оставил тебя, — он нервно взглянул на часы, — но у меня почти не остается времени. Ты сейчас уснешь, — пообещал, — а ближе к утру я вернусь. Ты даже не заметишь.

Я потерялась во времени, поэтому схватила его за руку. Без четверти десять. Вечер. Куда можно срочно отправляться в такое время? Весь день Сафронов провел со мной, значит, никаких срочных-пресрочных деловых переговоров и встреч у него не было.

— Но… — попыталась возразить, но Сафронов ухватил меня пальцами за подбородок, заставляя смотреть себе в глаза.

Сознание стало постепенно уплывать куда-то. Только вот надоедливая мысль «А куда он собрался? Нет, к кому?» все настойчивее выходила на первый план и не давала полностью отключиться.

— Черт! — выругался Сафронов. — Ай, пожалуйста, расслабься, — умоляюще попросил. — Тебе надо отдохнуть, маленькая.

— А ты куда?

— В стаю, — произнес и, словно, осекся.

— Куда?

— В загородный дом. У меня есть дела. Пожалуйста, Ай. Тебе надо поспать, — произнес Денис и снова наградил таким взглядом. Таким… Словно, хотел внушить что-то. Но в этот раз сознание оставалось четким, во мне крепла уверенность, что Сафронов собирался меня бросить. А ведь он, действительно, единственный, кто у меня оставался. Нелогично. Но о логичности никто не говорил, слишком много сумбурных мыслей. Главная из которых: Не. Хочу. Остаться. Одна! Только не сейчас!

— Нет! — покачала головой, избавляясь от его руки, удерживающей меня за подбородок. Села, притянув к себе ноги и обняв за колени.

— Ай! — взмолился Сафронов.

— Не бросай меня!

— Ай, ты просто не понимаешь!

— Так объясни!

— Не могу, Ай, — простонал он.

— Тогда возьми меня с собой!

— Это не самая хорошая идея.

— Денис, пожалуйста, я сейчас не хочу оставаться одна! Пожалуйста! — посмотрела на него, понимая, что снова могу разреветься в любой момент.

— Ай, ты понимаешь, что мне все равно придется тебя оставить? Не здесь, так в доме, — я ничего не понимала, но кивнула. Лучше в доме, чем в квартире.

Сафронов снова взглянул на часы и нервно провел рукой по волосам.

Он, действительно, забрал меня с собой. Укутал в плед и усадил на заднее сидение.

Всю дорогу до загородного дома мы молчали, я лишь изредка всхлипывала. Сафронова что-то беспокоило, но мне было не до его переживаний. Меня также не слишком волновало, что он гнал, словно, ненормальный.

Мы уже подъезжали к коттеджному поселку, когда Денис заговорил:

— Ты должна мне пообещать, Ай, что не выйдешь из дома, чтобы не случилось, чтобы ты не услышала, — у меня не было желания гулять в ночное время суток, поэтому легко согласилась.

— Хорошо, — буркнула. Может быть, в другой момент оказалась заинтригована, но сейчас была полностью погружена в свои переживания.

— Ай, тебе лучше вовсе не покидать спальню. Я вернусь сразу, как смогу.

— Хорошо, — повторила.

— Ай, что я сказал? — в очередной раз спросил Денис, когда автомобиль затормозил около дома.

— Не покидать спальню не под каким предлогом, — отчего-то осознание того, что я окажусь одна в доме Сафронова, не давало почувствовать себя брошенной. А вот если бы оставил в городской квартире, ощущала себя именно так. Опять нелогичность. Нелогичность на уровне ощущений и эмоций.

— Хорошо, — выдохнул он. — Пожалуйста, иди в дом, — внимательно посмотрела на Дениса. Он, похоже, даже не собирался покидать салон автомобиля. Сидел, судорожно вцепившись в руль. Мне почудилось, что его изящные пальцы превратились в сосиски, а из-под манжет рубашки показались мохнатые запястья. — Ай, иди! Ну, же! — настойчиво повторил Денис, кажется, начиная злиться. Закрыв глаза, потрясла головой. Снова взглянула на Сафронова, с его руками было все в порядке.

Открыла заднюю дверь и выбралась на свежий воздух. Хорошо, что Сафронов закутал меня в плед. На улице было чрезвычайно свежо.

— В. Дом. Ай. Быстро! — приказал Денис. Послушно побрела к дому. Сделала всего несколько шагов, а автомобиль резко сорвался с места с характерным звуком.

Только очутившись около входной двери, поняла, что ключей Сафронов мне не оставил. Вздохнув, все-таки подергала за ручку. Дверь, к моему удивлению, оказалась не заперта.

Оказавшись внутри дома, осознала, что все это очень странно. Впрочем, мне было в данный момент не до странностей Дениса. Отправилась на кухню, собираясь заварить себе чай. Сафронов был прав, мне следовало отдохнуть. Иначе психика могла просто не выдержать.

Заурчал желудок. Неудивительно. Я не успела пообедать, а время уже перевалило за одиннадцать вечера. Залезла в холодильник. Богато жил Сафронов. У него одних видов мяса имелся с десяток. Остановила выбор на карпаччо. Соорудив себе бутерброд, направилась в спальню. Однозначно, Денис вел себя неадекватно, хотя в моем поведении тоже странностей хватало.

Помнится, он настойчиво просил не открывать окна, но в спальне оказалось душно. Открывать целиком не стала, но все-таки частично приоткрыла, насколько позволяла конструкция стеклопакетов. В конце концов, никто в дом не залезет. Рассуждала так. Опасаться в коттеджном поселке явно некого, учитывая, что Сафронов входную дверь оставлял открытой.

Устроилась прямо на постели вместе с чаем и тарелкой с бутербродами. Никогда прежде так не поступала. Правда, чуть не облилась, когда где-то в отдалении услышала что-то похожее на волчий вой. Поежилась. Слезла с постели и все-таки прикрыла окно. Нет, Сафронов определенно прав. Окна лучше держать закрытыми.

Меня абсолютно не насторожил волчий вой. В конце концов, находились загородом в окружении хвойных лесов. Просто неприятно.

Поев и выключив свет, забралась в постель. Я уже уплывала в сон, когда зазвонил мобильный телефон. Пришлось вставать. Странно, но звонил новый смартфон, а не старый.

Денис.

— Да, — как только я приняла вызов, его тотчас сбросили. Перезвонила, но телефон оказался отключен. Повертела в руках, собираясь отложить смартфон, когда заметила непрочитанные сообщения. Открыв, сразу наткнулась на собственные фотографии. Еще несколько часов назад я была такой безмятежной, находилась в неком игривом и предвкушающем состоянии. А оно вон как повернулось! Планировала провести приятный вечер в объятиях мужчины, а оказалась в одиночестве в унылом и подавленном настроении.

«Ай, жду тебя на опушке. Выйдешь из дома через заднюю дверь. Там сразу будет тропинка. Не ошибешься».

Что за черт?!

Перечитала сообщение несколько раз, оно никуда не исчезло.