Глава 25

Я больше не хотела бегать. Хотя и понимала, что выбора у меня нет. Одна я не решусь на побег, а Андрей меня не отпустит. Так и будет перевозить с места на место.

Думала обо всем этом, пока Андрей решал вопрос о том, куда я перееду на этот раз. Весь следующий день. Я потихоньку собирала свои нехитрые пожитки. На самом деле только рисунки и документы. А еще накопленные деньги. Сама не знаю, почему. Обычно я еще беру платья, что сшила и прошу перевезти мою швейную машинку.

Но еще больше я размышляла про Аврору и парня, который искал ее. Нашел? Я звонила выяснить, но трубку она так и не взяла. Это напрягало. Так что я звонила весь день, всю ночь, а на утро она внезапно перезвонила сама.

— Алин. Ты занята?

— Издеваешься?! — ору я в трубку. — Я сутки тебе звоню, а ты меня спрашиваешь, не занята ли я?

— Не могла я трубку взять, — она ревет что ли?

— Аврора? Что случилось?

— Платон случился! Слушай, ты говорила, что уехать хочешь.

Я даже рот раскрываю от удивления. Смотрю на свою худую сумку. Внутри разливается тепло от мысли, что скоро моя жизнь девочки на час закончится. Да, без Андрея мне будет очень больно, но рано или поздно я его забуду. Все забуду.

— Хочу. Только как с Мишкой.

— Придется нарушить закон. Ты не против?

— Против? Да я только за. К тому же я смотрела по карте. Россия такая большая, что нас вряд ли хватятся.

— Тогда приезжай к приюту, где держат Мишку. Я адрес сейчас скину. Чем раньше, тем лучше. А еще лучше на машине. Ты водишь?

Да, Андрей научил меня. Он даже права мне сделал. Наверное, и сам хотел, чтобы я нашла возможность уехать. Так сказать, решить проблему, не тратя на это моральных и материальных сил.

— Вожу.

— А машину…

— Скидывай адрес, — решительно перебиваю. — Я все устрою.

Только понять бы как выбраться из дома и взять машину, чтобы при этом охранник не позвонил хозяину тут же.

Ну ладно, сейчас сымпровизируем. Беру сумку, надеваю джинсы, пуловер, пуховик, кроссовки. Потом немного подумав все-таки переодеваю колготки и юбку, а джинсы беру с собой.

Иду по дорожке к машине. Вижу, как напряглись охранники при виде меня.

Думай, Алина, думай.

— Госпожа Иванова, вам нельзя покидать территорию.

— Правда? — включаю дурочку. — А я и не знала.

Руки опускаются, а я уже разворачиваюсь к дому, как тут же вскидываю руки и неловко падаю на землю. Бррр… Холодно.

— Что с вами, — все трое садятся рядом, пытаются помочь встать. Но я делаю вид, что мне нужна медицинская помощь. — Нога?

— Кажется лодыжку подвернула. Ой, ой, как же больно! Мне кажется это перелом. Тут есть больница?

Парни переглядываются и тот, что меня поддерживает, кивает.

— Отвезем вас по-быстрому в травмпункт, а потом вернем.

— Конечно-конечно., — хлопаю я ресницами, окрыленная невиданной удачей.

Мне помогают сесть в машину. Двое охранников остаются возле дома. Один едет со мной.

И когда мы отъезжаем на приличное расстояние, я начинаю истошно орать. Водитель Гена пугается, вертит головой и не знает, что делать.

— Больно! Больно!

Парень выходит из машины, чтобы посмотреть как моя нога, но сначала звонит знакомому из больницы. Эта заминка мне на руку. Я тут же перелезаю вперед и даю по газам, оставляя Гену задыхаться облаком пыли. Удалось! Удалось! Я ушла, сбежала и просто еду по проселочной дорожке, ощущая наконец долгожданный вкус свободы. Его не сравнить ни с чем. Разве что со вкусом Андрея, но об этом я думать не буду. Никогда.