Глава 40

Андрей

Я чет нихера не понимаю. Ей что нравится в этой дыре? В халупе, что она взяла за баснословную сумму, с подругой, которая берет на себя смелость решать, как ей жить?

Меня прям выносит с этого. Да как так?

Ночью еле сплю, а весь следующий день выношу мозг своим сотрудникам в Москве, которые очень не вовремя очень тупят. То на тендера не вовремя подаются, то аренду продлить забывают. К вечеру я уже на таком взводе, что когда приезжаю за сыном в садик, готов рвать и метать. И очень удачно, что мне на глаза попадается Вика, которая стоит рядом с Алиной.

Я уже подхожу ближе, смотрю прямо на эту белобрысую сучку, выкидываю сигарету и готов открыть рот, чтобы высказать все, что думаю, но тут она просто разворачивает ко мне Алину и буквально пихает. Алина падает в меня, я естественно обнимаю ее на автомате, вдыхаю знакомый пряный аромат и резко успокаиваюсь, словно мне в лицо водой брызнули.

— Привет, — Алина обнимает меня за шею, целует в щеку. — Не знала, что ты придешь.

— Да чего — то на работе полный завал, хотел сюрприз сделать.

— Ну ладно, Алин. Я пойду, — эта дрянь машет Алине и уходит на территорию садика. За татарчонком своим. А я возвращаю взгляд к своей девочке.

— Ты так напряжен, — она проводит рукой по моему лицу и то самое напряжение как-то махом распадается на молекулы. Я тут же в себя ее вжимаю.

— Соскучился, Алин.

— И я. Пойдем Лешку встречать. Он уже знает про папу и очень хочет с тобой познакомиться.

— Поверь, я тоже, — достаю из пакета машину на радиоуправлении. — Нормально?

— Конечно, хотя еще рановато, но поиграете вместе.

— Хорошо.

Мы вместе заходим в ворота самого обыкновенного детского садика, проходим несколько площадок и на одной их них дети— трехлетки.

— Мама! — бежит один из них, а у меня дыхание перехватывает, когда Алинка подхватывает на руки этого карапуза. Он обнимает ее пухлыми ручками в желтом светоотражающем комбинезоне, а у меня в груди горит. Это ж сколько я пропустил из-за этой суки.

— Малыш, это папа, — шепчет она, и малыш поворачивает ко мне голубые, как у матери, глаза. Такая маленькая копия, что даже не по себе. Леха с любопытством меня осматривает, а потом тянется руками, и я тут же прижимаю его к себе. Никому не отдам. Никого из них.

— До свидания, — машет Алинка сотрудникам садика, а мы уже идем с парнишкой, и я рассказываю, какую игрушку ему купил. Уже дома у Алины мы разбираем подарки. У меня и для Алины есть. Новая швейная машина последней модели. Она радуется как девчонка, и мне приятно. Они крутятся вокруг меня, как дети, и я уже забыл о негативе. Спокойно поужинал и даже улегся на диване, куда меня положили женщины.

Уснуть конечно долго не мог. Одна мысль, что где — то там рядом моя Алинка, совсем рядом, только руку протяни, не давали погрузиться в забытие. А когда уже уснул, вдруг ощутил, как по ногами прокатилась прохлада, а диван чуть прогнулся. Отвратительный, кстати, диван. Дико неудобный.

Накрываю Алину одеялом, прекрасно понимаю, что со своим стояком придется как — то решить вопрос без разрядки, Слишком неуместно, да и стены здесь картонные.

— Алин, поехали в Москву. Откроем там тебе магазин. Делай, что хочешь…

— Ты был на Алтае? Знаешь, как там красиво? Мы почти каждый месяц катаемся. Тяжко пятьсот километров, но я обожаю горы. И Вику. И свое дело, которое только— только начало приносить доход, — шепчет она. — Я понимаю для тебя это все мелочи, но мне тут хорошо, а в Москве было некомфортно. И я не хочу оставлять Вику.

— Алин, она не маленькая.

— Я знаю. Но я не хочу повторения ситуации, понимаешь. Я не хочу снова быть запертой.

— Такого больше повторится. Ты свободна в своих перемещениях.

— Но там не мой город. И там не будет Вики. С кем мне общаться.

— Телефон есть… Видеосвязь.

— Это не то… Андрей, ты привык видеть во мне послушную игрушку, и я понимаю почему, но той Алины больше нет.

— Я не это в тебе полюбил. Не за послушание.

— А за что? — жмется она ко мне ближе, целует подбородок, а я вдавливаю в нее свой стояк, чтобы хоть немного легче стало. — За что же?

— Я неадекват, вечно ору, бешусь, готов рвать и метать, а рядом с

тобой успокаиваюсь. Ты очень хорошо на меня влияешь. И мне очень этого не хватает.

Она залезает на меня, целует так сладко, что в груди ноет.

— Ты же можешь перебросить свой бизнес в Новосибирск? — вдруг говорит она и целует меня, сползает все ниже и ниже. Я бросаю взгляд на коридор, двери везде закрыты, но блин… Торможу Алину.

— Алин…

— А у тебя машина далеко.

В организме такой выброс адреналина, что я тут же подрываюсь. Мы пытаемся тихо и быстро одеться. Я и вовсе выхожу в одной куртке и тапках. Спускаемся по подъезду и все время целуемся. Добираемся до машины, словно ненормальные. Она залезает на заднее сидение, а я за ней, понимая, что теперь тормозить себя не надо. Тут же подтягиваю к себе эту чертовку и трусы отодвигаю, как и свои брюки. Вхожу во влажную щель резким толчком. Алина выгибается, а я сдвигаю ее майку и впиваюсь в яркие соски.

— Ну, — шепчу, когда мы уже отдыхаем, в полностью запотевшей машине. — Чего ты там хотела.

— Чтобы ты переехал к нам сюда.

— Ты хоть представляешь, сколько я бабла потеряю.

Алина целует меня в щеку, пальчиками растягивает влагу по члену.

— Но приобретешь гораздо больше. Сможешь начать не на том, что построил твой отец, а сам. Будешь собой гордиться.

— А ты будешь мною гордиться?

— Я всегда тобой гордилась. Особенно, после той истории о твоем детстве.

— Мы купим дом в области. У тебя будет личный водитель.

— Не успел переехать, а уже условия ставишь?

— Ну должен же я что — то выиграть от этой сделки.

— А разве я не лучший выиграш?

— Самый лучший, — целую крепко, пока она снова меня возбуждает. Переворачивается чудеской попкой и трется об меня, выгибаясь кошкой. Моя сладкая девчока.

— Даже не верится, что ты так просто согласится…

— Не недооценивай на меня своего влияния. Я боольше не готов жить без тебя. Без тебя и нашего сына.